Жертва - Шанталь Тессье

«Забрать то, что принадлежит мне?»

Так вот почему она следила за мной, когда Люк запер меня? Уитни хотела убедиться, что я надолго исчезла, прежде чем перебраться к моему мужу? Не знаю, как Уитни планировала это провернуть. Тайсон на тот момент даже не был уверен, что она жива. И как бы она могла быть с Тайсоном, если была замужем за Люком? Его слова должны заставить меня держаться от нее подальше, но они только усиливают мое желание с ней поговорить.

— Разве ты не хочешь узнать, почему Эштин вас бросила? — спрашиваю я.

Я докапываюсь, потому что не знаю их личной истории, но ему любопытно. Иначе моя сестра была бы уже мертва.

Он напрягается, на лице появляется что-то зловещее, от чего у меня перехватывает дыхание. Сент медленно приближается ко мне, а я не могу заставить свои ноги двигаться, чтобы убежать. Остановившись в нескольких сантиметрах от меня, он смотрит на меня сверху вниз.

— Желание заставить кого-то заплатить за то, что он сделал, и любопытство, почему он это сделал, — это две совершенно разные вещи. И одна из них, черт возьми, не имеет значения.

Я раздраженно сжимаю кулаки. Я фыркаю и отступаю от него на шаг, нуждаясь в пространстве.

— О, да ладно тебе, брат, — раздается позади меня мужской голос. Я отпрыгиваю и, прижавшись спиной к стене, вижу их обоих. Это Кэштон. — Пусть она увидит свою сестру.

Мой взгляд падает на его татуировку в виде женщины, одетой как монахиня. Во рту у нее кляп, по лицу текут слюни и косметика, а на щеке нарисован перевернутый крест.

— Оно того не стоит, — заявляет Сент.

— Сент?

Мы все оборачиваемся, и я вижу стоящего в конце коридора Гэвина. Он переводит взгляд с меня на Сента.

— Можно тебя на пару слов?

Сент уходит и оставляет меня наедине с братом. Кэштон смотрит на меня своими голубыми глазами, а я таращусь в пол.

— Пойдем. Я отведу тебя.

— Серьезно? — скептически спрашиваю я.

Он не отвечает. Вместо этого Кэштон поворачивается, и я иду за ним. Мы идем по коридору к лифту, и я молча стою в углу, а он прислоняется к стене. Кэштон не отрывает взгляда от своего мобильного, печатая то, что, как я предполагаю, является сообщением.

Лифт останавливается, и мы выходим. Мы, должно быть, в подвале. Здесь только бетонные стены и пол. Потолок низкий, и с него свисает несколько лампочек. Кэштон настолько высокий, что почти задевает их головой. Мы подходим к двойным дверям, и он их распахивает.

Войдя в следующую комнату, я останавливаюсь, пораженная тем, что вижу. С потолка свисают двое мужчин. По их обнаженным телам течет кровь, руки связаны за спиной, головы опущены, глаза закрыты. Они кажутся мертвыми.

— Что?.. — шепчу я, подходя к ним. — Почему они?..

— Тайсон попросил Раята привезти их к нему, — сообщает мне Кэштон.

— Я не понимаю, — шепчу я.

Я знаю их. Почему они здесь?

— Тайсон убил Бо.

— Что? — ахаю я, глядя на него широко раскрытыми глазами.

Кэштон ухмыляется, явно возбужденный тем, что рассказывает мне эту информацию.

— Пока он пытался найти тебя, он пришел к Бо. Убил его и эту тупую сучку. А потом порылся в его мобильнике и обнаружил, что тот писал этим двоим, когда ты приехала в клуб.

Я помню, как когда сказала Бо, что готова работать, он достал из-за барной стойки свой телефон и отправил сообщение. Я снова возвращаю взгляд к двум охранникам, которых знаю по «Блэкауту».

— В общем, это они помогли Бетани выбраться и поджечь клуб. Тайсон пытал их у Раята, пока не нашел тебя. Затем привез их сюда.

Кэштон подходит к одному из них и тыкает в его окровавленное плечо. С заклеенных губ парня срывается стон, а его тело начинает раскачиваться взад-вперед.

Я отступаю на шаг и закрываю лицо руками, когда понимаю, что он подвешен на воткнутом в его спину крюке для мяса. У меня внутри все переворачивается, и я поворачиваюсь к ним спиной.

— Меня сейчас стошнит, — бормочу я себе под нос, но слышу, как Кэштон посмеивается надо мной.

— Пойдем, — он идет к двери в другом конце комнаты, и я вбегаю в нее, когда он открывает ее для меня.

Эта комната отличается от предыдущей, и я смотрю на прутья решетки на полу. Я хмурюсь.

— Для чего они? — спрашиваю я, не в силах удержаться.

Кэштон оглядывается через плечо, останавливается и отвечает:

— Это ямы.

Ямы? Я стою над одной из них. В полу вырыта яма, похожая на квадратную мини-ванну. Но сверху идут прутья с тремя отверстиями. То, что в центре, больше, чем те, что по обе стороны от него.

Посмотрев на него, я отхожу в сторону, не желая знать, что и зачем они туда положили. Кэштон ухмыляется, поворачивается и открывает еще одну двойную дверь. Мы оказываемся в новом коридоре, и по обе стороны от него есть двери. Здесь убийственно тихо. Тускло освещенный коридор наполняет только мое тяжелое дыхание.

Это напоминает мне тюрьму. Ту, где тебя сажают в одиночку. Ни света, ни общения с кем-либо. Тебя просто оставляют наедине со своими мыслями и голосами, заставляя сходить с ума.

— Вот мы и пришли, — останавливается у одной из дверей Кэштон. Он протягивает руку и набирает на внешней клавиатуре код, и дверь открывается.

Я смотрю на него широко раскрытыми глазами, и на мгновение меня охватывает паника.

Он смотрит на большие часы на своем запястье, и они выглядят неуместно рядом с татуировкой монахини. Это черно-серебристые часы «Патек Филипп» — дорогие и стильные. У моего отца такие же.

— Даю тебе пять минут, чтобы выяснить все, что ты хочешь знать. Потом ты сваливаешь, — Кэштон смотрит на меня своими голубыми глазами, и опускает руку. — Мне не составит труда вытащить тебя оттуда.

Сглотнув, я киваю и поворачиваюсь, чтобы войти в комнату. Она холодная и выглядит так же, как и коридор, — один сплошной бетон.

Оглядываясь через плечо, я убеждаюсь, что Кэштон не запер меня здесь, и вижу, как он прислоняется к стене, скрестив руки на груди, и не сводит с меня глаз.

— Лэйк?

Вздрогнув, я поворачиваюсь, чтобы осмотреть комнату, и вижу, как из-за угла выходит моя сестра. Я нервно сглатываю, заметив, что Уитни обнажена, а ее запястья прикованы цепями к стене позади нее. Теперь я понимаю, почему Кэштон не закрыл дверь; она не сможет