Любовь в облаках - Байлу Чэншуан

Тьма, прежде с фиолетовыми вкраплениями, теперь стала совершенно чёрной. Он поднял голову, и из-за его спины с рыком вырвался сюаньлун — Тёмный Дракон, взмывая в небо и закручиваясь над ареной, как властелин.

Вокруг вспыхнул настоящий переполох.

Да сы с шумом вскочил с места, лицо его горело от возбуждения:

— Чёрный дракон!

— Цзи Боцзай… В его возрасте — и уже чёрная юань?!

— Му Сину теперь и правда суждено подняться! Ха-ха-ха!

В рядах Му Сина царило ликование. Подъём духа был почти осязаем. Многие боевые культиваторы, не колеблясь, спустились на арену, чтобы прикрыть Цзи Боцзая от скрытых атак. Луо Цзяоян и другие обернулись, бросили на них взгляд — и, хоть не были удивлены, всё равно почувствовали гордость.

Да, боевой культиватор с чёрным драконом— их. Из Му Сина.

Но Мин И, наблюдая за всем с верхних рядов, чувствовала совсем иное.

Если только не крайняя необходимость, Цзи Боцзай никогда бы не стал раскрывать свою истинную юань в такой обстановке. Значит… он на грани. Выдержать всё, что на него обрушилось за эти два дня, да ещё сражаться с таким количеством мастеров подряд — даже для него слишком.

Но сейчас он не имел права проиграть.

Мин И вспомнила прежние турниры Собрания Цинъюнь. Много раз она видела, как участники выжимали из себя всё, побеждали на последних силах… а потом месяцами приходили в себя, ночами мучаясь от кошмаров и боли.

И он теперь тоже пошёл этим путём, — с тяжёлым сердцем подумала она.

Она опустила глаза и сделала глоток чая. Ничего, лишь бы не умер — всё остальное переживёт.

Но когда Бо Юанькуй вложил всю мощь в удар, Мин И всё же не сдержалась. Взмахнула рукой — и во вспышке света в его сторону полетела песочно-жёлтая юань.

Мин И понимала — её собственная юань сейчас слишком слаба, чтобы остановить удар Бо Юанькуя. Но тот, несмотря на силу, действовал неосторожно: в его атаке было полно слабых мест. Посланный ею импульс был не столько защитой, сколько подсказкой — как метка, где именно ударить, чтобы прорвать оборону.

Когда песочно-жёлтая юань пронеслась над ареной, Луо Цзяоян не стал её останавливать. Он узнал этот оттенок силы — в ней чувствовалась аура Му Синского бойца, и, если она помогала Цзи Боцзаю, значит, ей можно доверять.

Цзи Боцзай тоже заметил этот луч. Он на мгновение сосредоточился, проследил за направлением… и в следующую секунду в ту же точку полетела чернильно-чёрная драконья вспышка.

Рёв дракона сотряс небо. Удар врезался точно в цель, разрушив атаку Бо Юанькуя, а заодно разнёс в клочья и его защитный щит.

Бо Юанькуй побледнел от потрясения. Он тут же отступил, оборвал бой и, прикрыв рот рукавом, вернулся на почётное место.

— Поколение сменяет поколение… — с горечью выдохнул он, сглатывая кровь. — Мы, старики, хотим того или нет — должны признать поражение.

Он слабо усмехнулся:

— Я достиг фиолетово-чёрной юань только к тридцати семи… И лишь в сорок семь, получив редкую возможность, сумел выйти в победители. А он… он просто рожден для этого. Цзи Боцзай не только обладал поразительным талантом, но и в бою демонстрировал необычайную зрелость. В последней атаке его контрудар был настолько выверен, что без десяти лет боевого опыта его просто невозможно было бы исполнить. Если бы Бо Юанькуй замешкался ещё на миг — последствия были бы страшными: несколько энергетических каналов могли бы быть навсегда разрушены.

С дрожью в сердце он посмотрел на Да сы и с уважением произнёс:

— Примите поздравления.

Эти слова относились не только к сегодняшнему призовому бою, но и ко всему, что предстояло на будущем турнире Собрания Цинъюнь.

Да сы вроде бы хотел сохранить скромность… но не смог. Он рассмеялся от всей души:

— Благодарю вас, господа, за столь щедрые наставления! Но ведь это всё-таки пир — давайте присядем и как следует отпразднуем!

На арене пострадавших хватало: многие были в крови, с рассечёнными губами, ушибами и синяками. Цзи Боцзай, хоть и ранен, вышел из боя героем, с прославленным именем. Остальным же приходилось сжимать зубы — терпеть боль и возвращаться за стол, делать вид, что всё в порядке, и даже поднимать тосты.

Настроение Луо Цзяояна и других всё равно было неплохим. Пусть ничего и не выиграли, зато победа осталась за их городом. Он повернулся к Цзи Боцзаю и с полу усмешкой сказал:

— Ты, конечно, человек так себе… но силу не отнять — достойная.

Цзи Боцзай остался стоять на месте, не сдвинувшись ни на шаг. Он чуть улыбнулся и спокойно ответил:

— Благодарю за лестную оценку.

Но Луо Цзяоян уловил что-то странное. Он шагнул ближе и вполголоса спросил:

— Ты не можешь идти?

— Немного погодя — смогу, — тихо ответил тот.

— Тц, — фыркнул Луо Цзяоян, — геройствуешь, значит? После такого изнуряющего боя — да хоть бы сам Мин Сянь пришёл, и тот бы без посторонней помощи с арены не ушёл.

С этими словами он ухватил Цзи Боцзая за руку и аккуратно повёл вниз, прочь с арены.

Делали они это столь буднично, что никто вокруг ничего не заметил. Даже Да сы, сидящий на главном месте, по-прежнему весело восклицал:

— Боцзай, иди-ка открой вторую реликвию! Пусть все увидят, что именно ты сегодня выиграл!

В другое время переход с помоста до пьедестала занял бы два шага. Но сейчас, когда Луо Цзяоян поддерживал Цзи Боцзая, каждый шаг казался деревянным — они двигались с подчёркнутой неспешностью.

— Хочешь, я сделаю это за тебя? — вполголоса спросил Луо Цзяоян.

— Не стоит, — лениво отмахнулся Цзи Боцзай. — От такого пути ещё никто не умирал.

Нет, умереть — не умрёт. Но страдать придётся немало. Луо Цзяоян нахмурился, наблюдая, как тот поднимает ногу — по тому, как содрогались мышцы, можно было почти физически ощутить, насколько болят его каналы и связки.

И тут рядом с ними с воздуха слетело яркое пятно — словно бабочка опустилась рядом.

Мин И.

Луо Цзяоян на миг замер — перед ним стояла она, с той самой очаровательной, чуть лукавой улыбкой, что уже умела заставить мужчин забывать, где они находятся.

— Разрешит ли господин мне пойти с вами и тоже взглянуть на сокровище? — спросила она, склоняя голову чуть вбок.

На скамье позади раздалось раздражённое бурчание Ляна Сюаня:

— Как только понадобилась — не найти, а как запахло вниманием — так и прибежала!

Шу Чжунлинь тут же врезал ему локтем под рёбра и прошептал:

— Ты не видишь, что Боцзай едва стоит на ногах?