Любовь в облаках - Байлу Чэншуан

— Слушаюсь…

А в это время Мин И уже готовилась к отъезду: возле неё суетились десять служанок, выданных в сопровождение — только после этого ей разрешили покинуть дом.

Посторонние только и делали, что завидовали Мин И: мол, посмотри, какая теперь у неё свита — точно взлетела на самую вершину дерева счастья. День за днём — благодать. Но Мин И самой было совсем не до смеха.

Десять служанок — все как одна прилипли к ней, не отставали ни на шаг. Даже в уборную с ней ходили! Что уж там — о том, чтобы наедине поговорить с Сыту Лином, и мечтать не стоило.

Однако, как только она переступила порог поместья Сыту, тут же почувствовала странный запах. Она инстинктивно прикрыла рукавом рот и нос, с виду просто покашляла.

Сыту Лин, ведя её вглубь, усмехнулся:

— Сестра поистине проницательна.

Шедшие следом служанки, конечно, ничего не поняли, отчего вдруг господин делает такие комплименты — но стоило им пройти ещё немного, как в глазах потемнело, ноги подкосились — и одна за другой они рухнули на землю.

В это же мгновение примчались слуги, все в масках, — и ловко унесли бесчувственные тела.

Как только они пересекли крытый переход, воздух вновь стал свежим. Мин И отпустила рукав и покачала головой:

— Молодой господин, у вас и методы… достойны восхищения.

Сыту Лин с преувеличенной невинностью развёл руками:

— Я просто не люблю, когда рядом уши торчат. Разве сестре нравится?

— Не люблю, — ответила Мин И, а затем, немного помедлив, добавила: — Я вот что скажу… Вы могли бы просто велеть раздать платки со снадобьем — и усыпить их по очереди, куда дешевле вышло бы, чем запахом наполнять весь двор.

Такой дым, такая трата! Сколько же на него ушло серебряных лян!

Сыту Лин сперва опешил, а потом рассмеялся во весь голос:

— Сестрица, вы ведь из знатного рода — неужто так прижимисты?

Мин И с лёгкой грустью покачала головой:

— Как раз потому, что из богатого дома. Когда теряешь всё — начинаешь понимать, какую цену имеет каждая монета.

Врать Цзи Боцзаю она умела ловко, но в этом — не солгала. Когда-то она и вправду стояла на улицах, протягивая руки за подаянием.

Глава 84. Тогда смотрите ваше высочество

Мин И с самого рождения имела всё, о чём только можно было мечтать: шелковые одежды, резвого скакуна, юношескую отвагу и беззаботность. Её никогда не тяготили мысли о деньгах — до тех пор, пока она не покинула Чаоян в полном отчаянии и не оказалась в Му Сине без единой опоры. Лишь тогда она узнала, что простой лепёшке с зелёным луком может быть дана такая цена.

Тогда она потерялась с Эрши Ци, её меридианы были полностью разрушены, и она не могла вызвать и крупицы юань — на самом деле, она голодала несколько дней. Лишь благодаря уличному оборванцу, что подсказал ей, что во внутреннем дворе ищут танцовщицу, она пошла туда и откликнулась на призыв.

В атмосфере изысканности и утончённости, среди грациозных учёных танцовщиц, она постигла искусство женского обаяния и хитрости, способной покорить любое сердце. И вот, по воле судьбы, на её пути возник Цзи Боцзай, направлявшийся к Да сы. В этот момент в её душе зародилось новое желание, новая мысль.

Пусть так, но иного желания мало — без денег не обойтись. Деньги — вещь чудесная: чем больше их, тем лучше. Если бы можно было спрятать их в меридианах, она бы с радостью носила на себе десять тысяч цяней золота каждый день.

Сыту Лин остановился, в его взгляде, обращённом к ней, читалась глубокая печаль.

— Эй, говорю это не для того, чтобы выпросить у вас сочувствия, молодой господин, — я просто хочу, чтобы вы запомнили, в любые времена нужно оставлять себе побольше серебра, — сказала она, покачивая шёлковым веером и хлопнув его по плечу так, как старшая сестра — с ласковой наставительной строгостью.

Сыту Лин вздохнул, собрался с духом и сменил тему:

— Вчера сестра не выходила из поместья, верно? Значит, вы, вероятно, и не знаете, сколько всего интересного случилось снаружи.

При упоминании этого Мин И оживилась. Быстро нашла каменный стол и уселась вместе с ним, придвинув к нему блюдце с семечками:

— Говорите же скорее!

— По обычаю, посланцы задерживаются в Му Сине на полмесяца, пересчитывают дары и по пути возвращаются в свои города. Потому всех посланцев из трёх верхних городов разместили в великом поместье почившего вана Пина на самой окраине улицы Чанжун, — Сыту Лин щёлкал семечки, рассказывая. — И вот вчера с самого утра, неведомо что узнал Бо Юанькуй, но он словно обезумел: вскочил на коня и прискакал из поместья вана Пина прямиком во внутренний двор. Едва не ранил Да сы!

Мин И округлила глаза:

— Неужели стража во внутреннем дворе настолько слаба?

— Вовсе нет, — покачал головой Сыту Лин. — Он, как обычно, вошёл во внутренний двор, подал визитную табличку — и никто его не остановил. Все подумали, будто он пришёл обсудить дела с Да сы. Кто ж знал, что, едва переступив порог внутреннего зала, он сразу же вызовет область миньюй.

Каждый Да сы в своём городе когда-то был сильнейшим из боевых мастеров. Но обременённые управлением и чиновничьими делами, они редко продолжают совершенствовать искусство боя. А с годами и юань слабеет — где уж им тягаться с таким, как Бо Юанькуй.

— Господин Цзи получил тяжёлые раны, никто во внутреннем дворе не смог его остановить. К тому моменту, как прибыло подкрепление из дворцовой гвардии, Да сы уже харкнул кровью, — Сыту Лин цокнул языком и покачал головой. — Дело серьёзное. Может статься, что из-за этого мы окажемся на грани открытой вражды с Чжуюэ.

Мин И слушала с живым интересом, но не удержалась от вопроса:

— Но скажите, молодой господин, если всё так плохо, почему на вашем лице ни тени тревоги? Разве вражда между Му Синем и Чжуюэ — это хорошо?

— Не то чтобы это было хорошо… — Сыту Лин лукаво прищурился, глядя ей прямо в глаза. — Но, по-моему, это забавно. Разве вам не любопытно, сестра Мин, что могло довести Бо Юанькуя до такого безумия?

Ведь Му Син дал миру такого, как Цзи Боцзай, и Бо Юанькуй, казалось, был склонен наладить отношения — он даже сам снизил размер подношений. А потом, после одной лишь ночи, вдруг переменился до неузнаваемости и совершил столь безрассудный поступок. Тут поневоле задумаешься, что же случилось.