Озма - Кэндис Робинсон

Она ударила локтем назад, попав в мягкую плоть существа. Когти разжались, и Озма стремительно поплыла к поверхности. Как только она успела глотнуть воздуха, тварь схватила её за лодыжку и снова потащила вниз. Рука зажала ей рот; она укусила её, но существо не отпустило.

Сердце колотилось всё сильнее, легкие отчаянно требовали воздуха. Озма пыталась держать глаза открытыми, но не могла. Она никак не ожидала умереть вот так, в этом озере, которое всегда было безопасным. Последней мыслью было: если её так легко убить, то, возможно, она вовсе не истинная королева.

Глава 6

Джек

Звук скольжения дерева по дереву разбудил Джека. Он точно знал, что это за звук — окно в спальне. Он не пошевелился, продолжая лежать на изношенном, рваном ковре и притворяясь спящим. Озма тайком выбиралась наружу, и он хотел знать почему. Если сестра Типа сбегала, чтобы доложиться Момби, ему нужно было об этом знать. Пол скрипнул, воздух наполнился шорохом юбок — Озма выскользнула в окно.

Пульс Джека участился; он заставил себя пролежать неподвижно еще немного. Раз. Два. Три. Он приоткрыл глаза. Изъеденные молью шторы были задернуты, так что она не могла видеть его движений. Медленно он поднялся на ноги и прокрался в спальню. Место на полу, где спала Озма, пустовало, а окно действительно было открыто. Выглянув в ночь, он заметил мелькание золотистых волос Озмы — она пробиралась через тыквенное поле к хижине Момби.

— Что ты задумала, Цветочек? — прошептал он про себя.

Он подождал, пока она пройдет полпути до хижины, и только тогда выпрыгнул в окно следом за ней — дверь издала бы слишком много шума. Босые ноги бесшумно коснулись земли; он скользил в тенях, наблюдая за её бегом. Если Озма не работает на Момби, что ей так сильно понадобилось в хижине? И почему она пробирается туда тайком? Конечно, у ведьмы было много вещей, которые пожелали бы многие фейри, но некоторые из них были куда коварнее остальных. Он поступил импульсивно, когда подхватил её и притащил к себе домой, но она выглядела так, будто вот-вот упадет в обморок. И, возможно, он надеялся, что после хорошего отдыха она охотнее заговорит с ним. У него было столько вопросов: зеркало, в котором она жила, Темное место, кто были родители её и Типа…

Озма скрылась в хижине Момби и закрыла за собой дверь. Джек бежал так тихо, как только мог, пока не достиг жилища ведьмы. Он прижался спиной к гниющим деревянным стенам и подполз к окну, где на стекле была трещина. Он двигался сантиметр за сантиметром, боясь, что она заметит его ярко-рыжие волосы. В глубине души он пожалел, что не захватил рубашку, чтобы защититься от ночной прохлады.

Теперь уже поздно.

Джек высунул голову и заглянул в темную хижину. Фонарь — его фонарь — осветил угловую спальню, а затем внезапно вспыхнул свет от свечей. Комната Момби, значит? Подозрительно. Он сам не пытался заходить туда после того, как пал барьер — ему было наплевать, но теперь он об этом пожалел. Было ли у Момби там какое-то устройство для связи? Или Озме поручили забрать забытые вещи? Он хотел верить, что она была заперта в зеркале, но… Он коротко выдохнул. Никаких «но». Возможно, он верил Озме только потому, что это означало, что Тип вовсе не бросал его, хотя это и не оставляло места для сомнений в его смерти. Рассказ Момби всегда оставлял крошечную щелочку надежды на то, что это ложь, что Тип не умер, но Озма…

Тряхнув голвой, он снова сосредоточился на мерцающем свете, чувствуя растущую тревогу. Он пожалел, что в спальне Момби нет окна, чтобы можно было заглянуть сзади и увидеть, чем Озма там занимается. Время от времени мелькала тень, слышался шум вещей, которые она отбрасывала, но в главной комнате Озма не появлялась целую вечность. Когда она наконец вышла, пламя свечи заплясало на её лице. Она выглядела… взволнованной. Черты лица напряжены, нижняя губа прикушена; она осматривала хижину так, словно видела её впервые. Джек сузил глаза. Наверняка в комнате Момби были странные вещи, но если Озма действительно была заперта в зеркале и видела всё, что творила ведьма, вряд ли пара заспиртованных частей тела могла её так расстроить.

Черт.

Озма направилась прямо к двери. Джек обежал хижину сбоку и замер. Дверь открылась и закрылась. Свет упал на землю, покачиваясь в такт её шагам. В лес? Какого хрена эта женщина поперлась в лес посреди ночи? Причем шла она так уверенно, будто точно знала дорогу… Как она могла так хорошо ориентироваться в угодьях Момби, если всё время была заперта в зеркале?

Всё подозрительнее и подозрительнее…

В душе Джека зародилось зерно презрения. Озма пришла сюда… и лгала ему. Но зачем? С какой целью? Её глаза действительно были того же уникального оттенка, что и у Типа, так что он верил в их родство, но это не значило, что Момби ею не помыкает. Если это так, то Озма, возможно, и не хотела ему лгать, просто была вынуждена. И всё же это бросало тень сомнения на каждое её слово. Хочет убить Момби, да? Он всегда хотел того же, но Момби всё еще жива. И не потому, что у него не было ни единого шанса. Просто обречь себя на жизнь внутри барьера не входило в его планы. Он сжал кулаки.

Что мне, черт возьми, делать? Кому верить?

Он когда-либо доверял только одному фейри — Типу. А тот либо ушел, либо был убит. Какова бы ни была его судьба, она разрушила часть Джека. Та крошечная, почти призрачная его сторона, которая хотела верить другим, была раздавлена сапогом скорби.

И он последовал за Озмой, тени среди деревьев, пока она не вышла к озеру. Луна освещала поляну у берега, где росла самая мягкая трава. Поваленное бревно, которое Тип давным-давно подкатил к кромке воды, всё еще лежало там, служа скамьей. Они провели здесь много часов, открывая друг другу души, а со временем — и тела.

И теперь Озма ставила свой фонарь рядом с ним так естественно, будто знала это место всю жизнь. Откуда ты знаешь дорогу сюда, если была заперта в другом месте? Джек сделал шаг вперед, чтобы потребовать ответа, но в этот момент платье соскользнуло с её плеч и опало к ногам. У него перехватило