Озма - Кэндис Робинсон

того, как Джек перевязал её раны, она пролежала, уставившись в потолок его хижины. Затем, без всяких просьб с её стороны, Джек сменил измятые простыни на кровати. Но Озма всё равно не заставила себя лечь на неё.

В боку тупо ныло там, где когти ундины впились в плоть, но целебная мазь Джека сделала свое дело.

Ночью она не могла перестать думать о том, что случилось бы, если бы Джек не пришел к озеру. Слишком многие в стране Оз были бы подведены, ведь она потерпела бы неудачу, даже не начав. С каждым днем груз на её плечах становился всё тяжелее, пока Волшебник и Момби оставались живы.

Магия бы ей помогла, но приходилось полагаться лишь на собственный ум, кинжал и книги заклинаний Момби.

Дверь распахнулась; Озма резко выпрямилась и увидела Джека. Он стоял, склонив голову набок, с самодовольной ухмылкой на губах.

— Подъем, Цветочек, — промурлыкал он, подзывая её пальцем. — Живее.

Сердце Озмы забилось чаще от этого голоса, жеста и нового прозвища, которым он снова её наградил. А еще перед глазами всплыл его образ без рубашки прошлой ночью. Каждая мышца была натянутой и твердой — она знала, что это от тяжелой работы на ферме. Она отогнала видение и сосредоточилась на его словах.

— Зачем? — нерешительно спросила Озма.

— Забыла, что мы сегодня идем на рынок? Поможешь мне с тыквами, а взамен получишь еще порцию еды. — Джек бросил ей темно-синий фрукт, и она легко его поймала. — Шевелись! Я хочу сегодня сделать хотя бы две ходки.

Рынок. Ну конечно. Часть её была до крайности заинтригована этой идеей. Наконец-то она увидит, так ли там всё, как она себе представляла.

— Дай мне сначала одеться.

Его взгляд, казалось, задержался на ней, выражение лица было нечитаемым, прежде чем он закрыл дверь. Прошлая ночь висела между ними: то, как он видел её обнаженной, то, как он смотрел на неё тогда. Она вовсе не хотела, чтобы он впервые увидел её тело именно так. Она посмотрела вниз, заметив на себе тунику Джека. Интересно, его раздражает, что я всё еще в его рубашке? Он дал её, когда они вернулись, так как платье было слишком мокрым, чтобы в нем спать.

Тихо рыкнув от досады, она стащила тунику и быстро влезла в платье. Выходя из хижины, она откусила кусок фрукта и направилась к полю. Солнце пряталось за облаками, небо окрасилось в светло-серый цвет. Порыв ветра пронесся мимо, колыша тыквенные плети рядом с местом, где стоял Джек.

Рядом с ним стояли в основном пустые ящики и один, наполненный маленькими тыквами. С другой стороны была телега на колесах, груженая плодами покрупнее. Она вовсе не скучала по ежедневной чистке тыкв для зелий и пирогов Момби.

— Кажется, будет дождь, — сказала Озма, подходя к нему.

— Немного воды еще никого не убило. — Джек глянул через плечо, поднимая ящик. — Сможешь взять тот? — Он указал на тележку, но тут же передумал и сам потянулся к ней. — Хотя забудь. Не хочу, чтобы ты бередила раны.

— Я в порядке. — Она вскинула бровь и ухватилась за деревянную ручку, потянув тележку вперед. Тыквы зашатались. Раны на мгновение обожгло болью, но она не подала виду.

Джек вытер пот со лба тыльной стороной ладони, и они зашагали к лесу.

Озма буквально затаила дыхание, когда они обходили узкие стволы деревьев там, где раньше должен был быть барьер. И хоть его там больше не было, она всё еще не могла поверить, что может свободно идти в неизведанные земли Лоланда.

Оказавшись за прежней границей, она с бьющимся сердцем сделала глубокий вдох; лесной и сладкий аромат окутал её. Ей было интересно, как выглядят здания, и что таит в себе мир за пределами её заточения. Теперь она, наконец, узнает — увидит места, куда Джек уходил по приказу ведьмы.

Миновав камни и валуны, они вышли к ручью. Его берега заросли кустами с розовыми и фиолетовыми ягодами. Чем дальше они шли, тем шире казались деревья. Крошечный коричнево-зеленый розовый гоблин, весь покрытый шипами, выскочил из кривого дупла, оскалив зубы.

Джек шикнул на него. Гоблин взвизгнул и спрятал голову обратно. Озма не смогла сдержать смешок.

— Так, — протянул Джек, — расскажи мне об этом Темном месте, где ты была…

Он выуживал из неё информацию, потому что всё еще не доверял ей. Никто другой бы не заметил, но она видела. Озме нужно было не вызывать подозрений, пока она не приготовит зелье в доме Момби.

— После того как Момби вытащила меня из зеркала и изгнала из Оз, я попала в место, где повсюду была тьма. Там водились твари, из-за которых тебе расхотелось бы спать. Я была в постоянном движении, убегая от зверей, способных разорвать тебя одним укусом, и от деревьев, которые могли переломить пополам. Но я была не одна, там я встретила мать Дороти, Реву. — За всё время они не видели там ни единой живой души, кроме чудовищ — только скелеты мертвых фейри, у одного из которых она и взяла свою одежду.

Его губы приоткрылись, и на этот раз Озма прижала палец к губам Джека. Чтобы заставить его замолчать. Она сделала это не подумав, по старой привычке. Теплое дыхание Джека коснулось её пальца, и её нервы словно прошила искра, поэтому она поспешно отдернула руку.

Затем Озма рассказала историю Дороти — о том, что на самом деле её зовут Телия и как она победила Лангвидер. Она продолжила, объяснив, что Рева была проклята и стала Злой Ведьмой Запада, и сейчас она путешествует вместе с Кроу (она надеялась, что Кроу нагнал её), чтобы победить Локасту.

Джек нахмурился, в замешательстве.

— Вести из-за Песков доходили и сюда, но я никогда особо не прислушивался.

— Почему? — Озма пригнулась под веткой и замерла, когда её нога коснулась дороги из синего кирпича, похожей на желтую. Слой пыли покрывал выцветшие кирпичи, но на них не было ни единой трещины.

— Потому что я всё равно никогда не планировал туда идти. — Джек помог ей перекатить тележку через край дороги и сменил тему. — А что твои родители? Тип всегда хотел о них узнать.

Он был прав. Будучи Типом, она всегда задавалась этим вопросом, но став Озмой, она узнала их судьбу от Ревы. Король Пастория и королева Лурлин. Думая о них — величественных образах без лиц — она не чувствовала того, что, по её мнению, должна была чувствовать дочь и королева. Если бы Озма знала их, она бы