Внесённая в чёрный список - Джена Шоуолтер

Опасность. Одно это слово привело мою нервную систему в бешенство. Горячая кровь хлынула по венам, заставляя все точки пульса хаотично биться.

— Этот Человек в Маске будет преследовать меня?

Эрик сделал достаточную паузу, чтобы я занервничала. Затем он сказал:

— Нет. Я позабочусь, чтобы этого не случилось.

Его голос звучал уверенно.

Мои глаза расширились от ужаса.

— Ты убьешь его? — это был единственный способ дать мне стопроцентную гарантию.

— Нет, я не собираюсь его убивать. Просто замолчи и доверься мне, ладно?

Это меня несколько успокоило, но могла ли я доверять тому, кто игнорировал закон и продавал наркотики? Тому, кто добровольно приносил смерть людям? Как ни глупо, я этого хотела. Может быть, потому, что мне было трудно принять правду о том, кем был Эрик, трудно расстаться с фантазией, которую я создала в своем сознании.

Если бы он так хорошо не подлечил мою рану сегодня вечером, я бы могла полностью списать его со счетов. Возможно.

— Ты же не можешь ждать, что я тебе поверю, Эрик. — мне только хотелось бы, чтобы я говорила это всем сердцем. — Откуда ты знаешь, что этот человек не собирается меня преследовать?

— Камилла. — он вздохнул.

— Эрик. Мне нужно знать.

Он потер переносицу.

— Ты всегда такая любопытная?

— Когда это касается моей жизни, да.

— Как ты, наверное, догадалась, я работаю на него. Я нужен ему, и он это знает, поэтому не захочет меня злить.

Я посмотрела на свои ботинки. На носках засохли капельки крови.

— А если мне причинят боль, это разозлит тебя?

Пауза, еще один вздох.

— Да.

По какой-то причине это меня успокоило, как мне и было нужно, и я замолчала. И, Боже, помоги мне, мне нравилось, очень нравилось, что Эрик готов сражаться за меня. «За твою жизнь, дурочка. Не за твои чувства. Он, вероятно, не хочет, чтобы твоя смерть легла ему на совесть… или в его послужной список».

Мы проехали мимо высокой ограды, окружавшей мой район. Дома, которые показались затем, были среднего размера, обычные, но ухоженные. Сделанные из полированных серебряных камней с жестяными крышами, они были почти идентичны. Я прожила здесь всю свою жизнь, и эта привычность одновременно успокаивала и пугала.

— Эм, Камилла, — внезапно сказал Эрик.

Резкая нотка в его голосе была как удар в живот, резкий, болезненный. О нет.

— Что?

— За нами следят.

— Что!

— Посмотри назад.

Я повернулась и выглянула в заднее окно. Два черных седана ехали в дюймах от нашего бампера, даже не пытаясь остаться незамеченными. Их окна были настолько темными, что я не видела, кто находился внутри.

— Кто это?

— А ты как думаешь?

А.У.Ч.? Я проглотила комок, образовавшийся в горле.

— Оторвись от них, — сказала я, инстинкт дистанцироваться от ситуации говорил за меня. «Пожалуйста, оторвись от них». Я не хотела, чтобы меня поймали с Эриком.

Если он говорил правду раньше, это только еще больше меня бы скомпрометировало. К тому же, я не хотела, чтобы А.У.Ч. сопровождал меня домой. Я бы никогда не смогла выкрутиться из такой ситуации.

— Почему ты от них не отстаешь? — потребовала я, когда Эрик не перепрограммировал пункт назначения автомобиля.

— Сейчас, щелкну пальцами. А также позову актерский состав «Чужие в Ночи».

Я стиснула зубы.

— Они ехали за нами с тех пор, как мы покинули мой дом, — добавил он.

— Они видели, как я садилась с тобой в машину?

— Может быть. Вероятно.

— О, Боже. — живот свело судорогой. Мало того, что они видели меня в клубе с Эриком, так они видели меня и у него дома. И я была не против. «Думай, Робинс. Думай».

Ладно. Может быть, пытаться оторваться от них было не лучшим планом. Это только сделало бы меня еще больше виноватой. Может, мне нужно выйти, подойти к ним и объяснить, что произошло. Может, они отпустят меня, не прибегая к разговору с родителями. Может, мои опасения напрасны.

По словам Эрика, А.У.Ч. боролся за защиту невинных людей. Я была невиновна. Но также, по словам Эрика, А.У.Ч. сначала пытало бы меня, а потом задавало вопросы. Ну, что же будет?

— Я… я поговорю с ними.

— Я не могу тебе этого позволить, — сказал Эрик. — Кто знает, в чем ты там признаешься.

— Но… но…

Он приказал машине остановиться. Шины взвизгнули, и мой ремень безопасности натянулся.

— Эрик! Что…

— Черт, — прорычал он.

Откуда ни возьмись, появился черный седан, преградив нам путь. Мы не могли ни ехать вперед, ни развернуться. Они зажали нас.

— Просто выпусти меня, — сказала я. — Они отнесутся ко всему разумно. Они должны.

— Им плевать на всё, что ты скажешь, — отрезал Эрик, быстро нажимая кнопки на консоли. Свет потускнел, и между нами поднялся рычаг переключения передач, как мне кажется, так он назывался. Панели раскрылись широким кругом, и появился руль. Педали тоже поднялись с пола.

Я видела такое по телевизору, но никогда вживую. Меня охватил страх.

— Что ты делаешь? — выдавила я.

— Перехватываю управление у компьютера, чтобы повести машину вручную.

— Ты можешь это сделать? — дура. Он только что это сделал.

— Просто держись. Будет трясти. — не говоря больше ни слова, он резко переключил передачу назад, и машина сдала задним ходом. Хруст.

Я взвизгнула. Металл заскрежетал о металл, когда мы врезались в один из седанов, а затем Эрик переключил передачу вперед, поворачивая и поворачивая руль.

Мы врезались в другую машину.

Он вдавил педаль в пол. Всё моё тело отбросило к лобовому стеклу, когда мы оторвались от преследователей и вылетели на боковую дорогу. К счастью, ремень безопасности меня удержал.

Другие машины, конечно, последовали за нами. Их шины визжали, сжигая резину и выпуская дым во все стороны.

Страх охватил меня сильнее, чем когда-либо. Сильнее даже, чем когда я была окружена Чужими, а их лазеры были направлены мне в грудь. Теперь я была не только в опасности сама, но и невинные люди тоже. Любой, кто гулял ночью… Я сжала живот, чтобы унять очередную дрожь.

— Эрик. Ты должен это прекратить.

— Не могу.

— Пожалуйста.

— То, что я делаю, слишком важно. Меня нельзя закрывать.

— Что ты делаешь? — спросила я, находясь на грани истерики. — Помогать людям убивать себя — это неважно.

Его губы сжались в тонкую линию.

— А что, если мы ошибаемся, и они не из А.У.Ч.? — резко спросила я. Зажмурилась, когда мы переехали мусорный бак и выскочили на тротуар. Боже мой, сущий на небесах.

— Это А.У.Ч.

Шины взвизгнули, когда наша машина резко повернула налево. «Да святится имя Твоё». Или «светится»?

— Откуда. Ты. Знаешь. Это? Точно?

— Считай