Гори ярко - Патриция Бриггз

— Эдисон, просто успокойся, — сказал другой мужчина спокойным и властным тоном. — Мы поймали женщину, которую разыскивали. Мы не виноваты, что мужчина оказался сильнее, чем нам говорили. Сбор информации не входил в наши задачи. За это кто-то другой получит по голове.

Ветер сменил направление, и Чарльз почувствовал запах оборотней. Братец волк в ярости навострил уши.

Оборотни нападали на людей Брана на его территории.

Вдалеке Чарльз услышал характерный гул вертолёта. Он опоздал.

Если бы тут были только люди, он бы поступил с ними по-другому. Но для оборотней имелся только один ответ.

И всё же это было тяжело.

Чарльз и братец волк защищали покорных волков. В этом заключалась их цель в этой жизни, а здоровяк явно был покорным волком.

При любых других обстоятельствах он бы убил доминанта и дал бы шанс на спасение покорному волку. Покорный волк мог бы считать, что должен выполнять приказы. Но этот волк участвовал в набеге на территорию маррока. За это ему не было прощения.

С тактической точки зрения Чарльзу следовало сначала разобраться с более доминантным и опасным волком. Но братец волк был против. Они не могли спасти покорного волка, но могли убить его быстро, чтобы у него не было возможности испугаться.

Чарльз бесшумно подкрался к ним, используя магию стаи, магию своей матери и собственные навыки. Когда он спрыгнул с деревьев и приземлился на здоровяка, тот не успел даже дернуться, как клыки Чарльза прорвались сквозь сухожилие и вонзились в кость, которая треснула под давлением его челюстей.

Пока он убивал первого мужчину, второй поднял свой странный на вид пистолет и среагировал с волчьей быстротой. Чарльз учитывал возможность атаки второго оборотня, но рассчитывал на эффект неожиданности, чтобы разобраться с первым волком.

Но кто-то научил этого солдата быстро реагировать. Чарльз не рассчитывал на это, и из-за этого его могли убить.

Братец волк попытался отпрыгнуть в сторону, но как и Чарльз, понимал, что ни один оборотень на планете не был достаточно быстр, чтобы увернуться от пули. Им оставалось только надеяться, что это не серебряная пуля и что она не настолько большая, чтобы убить его.

Но эти люди пришли, чтобы охотиться на оборотней, захватить Эстер. Так что, скорее всего, они принесли с собой оружие, которое может справиться с оборотнями.

Боль была такой сильной, что от нее зазвенели кости, а затем наступила тишина.

Глава 3

Чарльз очнулся от стука камня о металл и рычания своей пары. Судя по звукам, она не присоединилась к нему на небесах, и он понял, что не умер, хотя и не мог понять, как ему удалось выжить.

Он легко поднял голову и увидел, что крови на нем нет. Поморщившись от боли, которая мешала сосредоточиться, он перевернулся на бок и увидел, как Анна бьёт камнем по двери клетки, где находилась Эстер. Неподалеку лежал человек, который в него выстрелил, и он был мёртв.

Вряд ли Чарльз был без сознания долго, потому что услышал шум вертолёта неподалеку.

— Ломайся. Ломайся. Ломайся, — приговаривала Анна, с силой колотя не по двери клетки, а по гладкому и прочному на вид навесному замку. У человека не было бы ни единого шанса открыть этот замок камнем, но Анна — оборотень.

Чарльз поднялся на ноги, когда замок на двери клетки сломался. Не обращая внимания на головокружение, которое грозило повалить его на землю, он нетвёрдой походкой подошёл к Анне и встал между ней и Эстер, пока его пара снимала навесной замок.

За свои старания Чарльз получил укус в плечо, который не был болезненным, но Эстер вонзила в него клыки, злясь из-за того, что он оплошал. Она не из тех волков, которые в знак благодарности ложатся на землю и ползают на животе.

— Прекрати, — сказала Анна и шлёпнула Эстер по носу с такой силой, что старая волчица отпустила Чарльза и зарычала на его пару.

Анна с шипением отдёрнула руку и потрясла ею. Из-за серебра на клетке и замке на ее коже проступили волдыри. Удар по носу Эстер причинил ей боль. И увидев ее раны, братец волк зарычал на Эстер и с силой оттолкнул её от Анны.

На этот раз Эстер с яростью зарычала на него, реагируя на его доминирование.

— Чарльз, пожалуйста, — попросила Анна. — Эстер, мы пытаемся тебе помочь. Джонси вызвал нас. Давай спрячемся под деревьями, чтобы нас не пристрелили с вертолёта, пока вы пытаетесь убить друг друга. — Она посмотрела на небо, вертолёт быстро пролетел прямо над ними. — Почему они просто кружат над нами, а не приземляются?

Поляна была недостаточно большой для вертолёта, потому что на том участке, где стояли застрявшие квадроциклы, выросли большие деревья.

Чарльз часто летал на вертолётах и понимал, что они были легкой мишенью на открытой местности. Но вертолёт даже не замедлился, пролетая над ними.

Эстер посмотрела на Анну, раздумывая, стоит ли учить Анну чему-то полезному или лучше дать ей подзатыльник, пока её пара отвлёкся на вертолёт.

Чарльз принял человеческий облик до того, как Эстер успела сделать какую-нибудь глупость. Она взвизгнула и отпрыгнула назад. Он не знал, что её напугало, то как он внезапно превратился или то, что он был полностью одет. Ни один оборотень не смог бы так быстро измениться и наколдовать на себе одежду, потому что только Чарльз рожден оборотнем. К тому же в жилах его родителей текла магия. Анна как-то сказала, что Чарльзу повезло, потому что с такими корнями он мог родиться с фиолетовой кожей или с рогом единорога. Вместо этого он может в мгновение ока превратиться в волка и наоборот, полностью одетым, вплоть до обуви.

Чарльз решил не обращать внимания ни на кровь, сочившуюся из раны на плече, ни на то, что Эстер подумывала укусить его пару. Боль в голове утихла, а трансформация ускорила процесс исцеления, что говорило о том, что братец волк обратился за помощью к магии стаи.

Чарльз задумчиво осмотрел поляну. Люди в вертолете явно кого-то или что-то искали, но пролетели над ними, словно их здесь и не было.

— Это Джонси наложил чары на это место? — спросил он Эстер. — Он может скрыть вашу хижину от врагов, но не скрывая её от нас с Анной сегодня утром? Он может сделать так, чтобы её было трудно обнаружить с воздуха?

Эстер фыркнула и взглядом сказала: «конечно, идиот».

— Итак, — продолжил Чарльз, — они нас не видят, как и поляну,