Новая жизнь Аделин - Елена Княжинская

их на место. Улыбнулась и вновь вернулась к еде. Определенно цыпленок под горчичным соусом удался. Чай из горных трав с медом бодрил и придавал сил. Боги, я превращалась в злодейку! Но, как часто такое бывает, я рано радовалась. Противников у меня оказалось больше, чем я думала.

– Фрайя Катарина, матушка Берхарда, да будут боги милостивы к нему, заботилась и о подданных, и о дереве чар, – произнесла Агнес, победно улыбнулась. – Странно, что ты этого не помнишь. Супруг часто говорил о ней.

Теперь уже не две, а шесть пар глаз смотрели на меня. Да, Ада, этого они тебе не простят. Найдут повод припомнить такую оплошность.

– Нам с Берхардом не до разговоров было, – ответила и отметила, как вытянулись их лица. – Теперь извините. У меня дела.

Я вышла из-за стола, спешно покинула трапезную. Мой уход скорее напоминал бегство, но мне было все равно. Пусть думают что хотят. В этот раз последнее слово осталось за мной, а к следующему сражению нужно подготовиться. В том, что это не последняя стычка, я даже не сомневалась.

Ответы я отправилась искать в библиотеке. Туда же приказала принести ужин, если задержусь. Снова встречаться с этими особами, что возомнили себя самыми умными, не хотелось. Вместо того, чтобы помочь, они только раздавали непрошенные советы и повторяли то, о чем я знала и без них. Агнес нашла в них поддержку, а я словно оправдывалась. Нет, так дело не пойдет. Вражда бессмысленна: обе мы имели равные права. Придется искать точки соприкосновения, даже идти на уступки, но только взаимные. Заискивать перед этими дамочками я не собираюсь.

Замковая библиотека размещалась в небольшой комнате. Здесь же располагался архив. Два десятка книг разместились на верхних полках и успели покрыться пылью. Под ними, так, чтобы было удобно брать, размещались хозяйственные документы и (о чудо!) “Свод законов Фейзенланда”.

Я взяла деревянную коробку обеими руками и, проклиная все на свете, согнувшись под ее тяжестью, перенесла на стол. Зажгла свечи. Открыла крышку, извлекла увесистый том в кожаном переплете. Бегло просмотрела оглавление. Древние законы, законодатели и первые короли меня не интересовали. С общими положениями я решила ознакомиться позже. Сначала хотела разобраться с локальными на примере Туманного утеса.

Первые пункты я уже знала. Все жители этой марки, то есть приграничной территории, были лично свободными. Логично: попробуешь загнать людей в рабство, они либо сбегут к соседям, либо помогут им проникнуть сюда. Теперь понятно, почему крестьяне не боялись и говорили со мной почти как с равной. Запугивать их не имело смысла. Нужно было еще раз попытаться переубедить. Кажется, у меня даже появилась идея, как это сделать, но она могла потерпеть до утра.

– Все богоугодные дела делаются до полудня, – произнесла вслух, подражая Вилде.

Так, следующий раздел был посвящен бракам, правам супругов. В редких случаях допускались даже разводы, например, по причине неверности одного из супругов, бездетности или государственной измены. Двоеженство было запрещено, но, опять же, в исключительных случаях мужчина мог взять вторую супругу с разрешения кенинга*, то есть короля. Обе они наделялись равными правами и обязанностями. Женщине второй муж не полагался ни при каких обстоятельствах.

Раздел имущества меня мало интересовал, как и права наследования. Ясно, что земли и титул переходили от отца к сыну. У сестер и дочерей были другие обязанности. Вдова управляла маркой до совершеннолетия сына. После занималась лишь хозяйственными вопросами.

Сборы, налоги, отчисления в казну, наказания за преступления и другие судебные вопросы я пролистала. Придет время, разберусь или попрошу о помощи Готфрида. Этот немолодой молчаливый мужчина вызывал больше уважения, чем остальные жители замка вместе взятые. Человек занимался своим делом и не пытался подмять меня под себя, пользуясь ситуацией. Он однажды сказал, что служит Туманному утесу, и я поверила.

“Главной ценностью Туманного утеса было и остается дерево чар. Его цветение знаменует приход весны. Вместе с ним просыпается все живое. Его защита является святой и важнейшей обязанностью маркграфа и его супруги-хранительницы. Тот, кто пренебрег своим долгом, карается смертью”.

_______

Кенинг – глава государства.

Глава 12

В тот вечер я не вышла к ужину. Мне нужно было время, чтобы обо всем подумать, решить, что делать, как выжить. Назад пути нет. Взывать к богам бесполезно. Аделин подставила меня и упорхнула к своему ненаглядному. Не стоило надеяться на то, что сердобольные крестьяне, слуги и остальные жители Туманного утеса заступятся за меня и пойдут против закона. Моя предшественница прожила здесь шесть лет, но по-прежнему оставалась для них чужачкой с юга. Я оказалась один на один с проблемами, которые никак не могла решить. Страшно было до дрожи и обидно.

За что мне это?

Хотелось кричать и биться головой об стену. Впервые за много месяцев я дала слабину и заплакала. Громко, долго, от души. Полегчало. Немного, но оно того стоило. Я будто отпустила боль, страх, обиды – свои и Аделин. Представила, как переворачиваю страницу. Передо мной чистый белый лист и только от меня зависит, какая история здесь появится.

Картина получилась настолько яркой, что я увлеклась фантазиями о будущем. Упрекала людей за то, что они просто плыли по течению, вместо того, чтобы бороться, а сама повела себя не лучше. Так нельзя. Мой мир – мои правила, и пусть кто-то попробует помешать мне.

В голове неожиданно возникла идея. Поразмыслив, я решила, что стоит попробовать претворить ее в жизнь. Полночи строила планы, а утром, едва рассвело, приступила к активным действиям, пока не передумала.

Поскольку лично свободных крестьян я не могла принудить, а уговаривать их пришлось бы слишком долго, то начала со слуг в доме. По моему приказу мужчины расчистили от камней и вскопали небольшой участок земли за крепостной стеной. Три на три метра, но мне и этого хватило для начала. Затем огородили невысоким забором. Принесли прошлогоднюю солому, которую использовали в качестве подстилки для скота. Когда с подготовительными работами было покончено, послала горничных за семенами. Лично проследила за тем, как они делали грядки и сеяли укроп, морковь, сажали лук и чеснок. Сверху накрыли их той