Мультивселенная под снос - Леон Монтан

обсидиановый амулет светился печальным, «вдовьим» светом. В её глазах читалось не предвкушение драки, а... тяжелое похмелье истории.

— Это не будет злом, Асмодей, — тихо произнесла она, и в её голосе прорезались нотки соцработника, пришедшего на пепелище. — Это будет... эпический провал. Космический «упс», растянутый на вечность.

Баба Нина только сплюнула на мраморный пол: — Ой, да ладно тебе жути нагонять. Главное, чтоб там не было очереди как в поликлинике. А то я за себя не ручаюсь!

Шрёдингер нажал последнюю кнопку на алтаре. Портал раскрылся беззвучно, как рот рыбы, осознавшей, что она на сковородке. Никаких спецэффектов, просто дыра в реальности, пахнущая пылью и старыми библиотеками.

Они шагнули внутрь и оказались в застывшем звездном океане. Вокруг висели гигантские сферы, похожие на ёлочные игрушки бога-перфекциониста. Всё это было соединено светящимися нитями, по которым лениво ползали байты информации.

— Это что, — Марго огляделась, — космический серверный шкаф? Или мы внутри гигантского приложения для медитации, которое зависло?

Лилит провела ладонью по одной из сфер, и в ней вспыхнуло изображение существ, состоящих из чистого света и неодобрения. — Это хранители равновесия, — вздохнула она. — Древние зануды, решившие, что вселенная слишком сильно разбрасывает носки. Они называли хаос «Зияющей дырой», а себя считали — «космической клининговой службой».

Голограмма показала, как эти существа в панике пытаются упорядочить новорожденный космос, который брыкался и не хотел надевать смирительную рубашку законов физики.

— Миллиарды лет назад всё было... весело, — продолжала Лилит. — Звезды взрывались просто ради прикола, время шло задом наперед, а гравитация была скорее добрым советом, чем правилом. Хранители решили, что так дело не пойдет. Они создали «Матрицу Первичной Стабильности». Думали, это будет уютный корсет для реальности.

— А в итоге сшили смирительную рубашку на три размера меньше? — догадалась Марго.

— Хуже. Они создали алгоритм, который считал идеалом — ноль. Матрица начала «чистить» мультивселенную, как бешеный антивирус, который в итоге удалил саму операционную систему. Сначала она стерла монстров, потом — героев, а потом принялась за тех, у кого просто было нечетное количество веснушек.

Новое изображение показало хранителей, пытающихся нажать «Reset», но матрица уже вычислила, что их существование вносит 0.0001% погрешности в график. И... «усреднила» их.

— Они стали частью кода, — прошептала Лилит. — Теперь они — просто кэш в памяти системы. Жертвы собственного стремления к порядку. Космический отдел кадров, который уволил сам себя.

— Так это... — Асмодей брезгливо поморщился. — Мы воюем с гигантским, вышедшим из-под контроля пылесосом? Который перепутал «навести порядок» с «превратить всё в серый ковер»?

— Мои графики подтверждают! — взвизгнул Мальфас. — Это же классическая долговая яма! Они взяли кредит на стабильность под залог творческого хаоса, и коллекторы пришли забирать саму жизнь! Матрица — это бухгалтер-маньяк, который пытается свести баланс, убивая всех, кто тратит энергию на улыбки!

Шрёдингер мяукнул, почёсывая ухо: — Парадокс уровня «Бог». Чтобы спасти вселенную от распада, они создали машину, которая превращает её в неподвижный кирпич. Квантовый суицид через перфекционизм.

Баба Нина только горестно всплеснула руками: — Бедолаги. Это как мой дед — решил забор починить, так в итоге весь дом разобрал, чтоб гвозди ровные найти. И сидел потом на куче досок, зато «по линеечке». Значит, хозяев дома нет, один робот-пылесос беснуется?

— Хозяев нет, — подтвердила Лилит. — Есть только ядро. Оно вон там, — она указала на центральную сферу, которая светилась так ярко и правильно, что на неё было больно смотреть без чувства вины за свои недостатки.

Марго выпрямилась, её архитектурный азарт вспыхнул с новой силой. — Значит, мы не будем её ломать. Мы устроим ей «обновление ПО». Если она хочет баланса — мы дадим ей баланс, в котором хаос официально признан валютой.

— Да! — Мальфас затрясся от восторга. — Мы впарим ей «фиктивные авансы» на поставку непредсказуемости! Мы заставим её считать каждую твою истерику, Асмодей, золотым запасом космоса!

— А я, — Лилит хитро прищурилась, — подкину ей в код парочку древних заклинаний «незавершенного действия». Пусть попробует усреднить то, что само не знает, чем закончится!

Асмодей оскалился, его когти удлинились, высекая искры из пустоты.

— Команда мечты: демон-бухгалтер, падшая соблазнительница, квантовый кот, бабка с грибами и архитектор-недоучка идут взламывать космический компьютер. Если мы выживем, я прикажу написать об этом оперу. Орать её будут в самом глубоком кругу ада, чтобы даже матрица содрогнулась!

— Ну что, — Марго решительно шагнула к ядру. — Пора показать этой железяке, что жизнь — это не уравнение, а прекрасная, грязная и абсолютно нелогичная ошибка. Мальфас, готовь первичную документацию на хаос! Мы идем брать этот банк!

«Бомба Асимметрии» Шрёдингера теперь не просто пульсировала, она вибрировала с грацией бешеного отбойного молотка, а звук напоминал крик чайки, застрявшей в вентиляторе.

— Всё, народ, пристегнитесь! — вякнул кот, вцепившись когтями в алтарь. — Мы идем в самое сердце этой бюрократической опухоли. Либо мы спасем мир, либо нас распылит на атомы, и я наконец-то узнаю, есть ли в раю безлимитный тунец.

— Марго, твой «патч» готов? — Асмодей поправил доспех, который подозрительно обтягивал его внушительные бицепсы. — Или мы будем бить матрицу свернутой газетой?

Марго лихорадочно дорисовывала что-то на скетчпаде. — Патч готов. Я внедрила туда алгоритм «Женской логики». Матрица попытается его вычислить и просто самоликвидируется от когнитивного диссонанса. Это будет не просто асимметрия, это будет полный архитектурный дебош!

— А мои фиктивные счета! — взвизгнул Мальфас. — Я оформил на матрицу кредит под залог её же совести! Проценты капают каждую наносекунду. К моменту нашей встречи она будет должна нам полторы бесконечности!

— Главное, чтоб там было где присесть, — проворчала баба Нина, поправляя платок. — А то у меня кости ноют, а этот ваш портал выглядит как вход в бесплатную стоматологию.

Шрёдингер нажал на «Пуск». Портал открылся со звуком «Чпок!», как будто кто-то открыл бутылку шампанского размером с галактику. Но вместо обещанного мавзолея хранителей их затянуло в… никуда.

Яркая вспышка озарила всё вокруг, после чего их выкинуло в ослепительно-белую пустоту. Это было похоже на то, как если бы вас заперли внутри гигантского чистого листа бумаги, на котором кто-то забыл нарисовать жизнь.

— Ошибка! — заорал Шрёдингер, его голос доносился откуда-то издалека. — Нас перехватили! Это «карантинная зона»! Матрица включила режим «безопасное извлечение флешки»!

Пространство начало сжиматься. Стены этой белой комнаты двигались на них с неумолимостью кредиторов. Мальфаса, Лилит и бабу Нину отрезало мерцающей стеной, похожей на битые пиксели.

— Марго! Асмодей! — кричала Лилит, колотя по стене каблуком. — Нас разделило! Нас сейчас… аннулируют!

— Спокойно! —