Как зомби из трущоб вернула свой кайф - Диана Роулэнд

— Время вполне подходящее. — Он одарил меня успокаивающей улыбкой. — Филипп будет здесь с минуты на минуту, и ему это необходимо, — добавил он. — Мне нужно кое-что подготовить, но я не заставлю вас двоих долго ждать.

— Всё круто. — Я подняла телефон. — Я взяла с собой книгу. — Ну, аудиокнигу. Скорость моего чтения находилась где-то в промежутке между «медленно, как садовый слизень» и «о-мой-бог-ледники-движутся-быстрее», но благодаря программе аудиообмена в местной библиотеке я постепенно нагоняла упущенное по всяким книгам из разряда тех, что «надо бы» прочесть, а также по куче тех, что были чисто ради развлечения.

— Прекрасно, — пробормотал доктор Никас, разворачиваясь, чтобы уйти, хотя я не была уверена, что он вообще меня услышал. В его глазах уже появился тот самый знакомый расфокусированный взгляд, который говорил о том, что он вовсю перебирает в уме новую исследовательскую задачу.

Я опустилась на стул у одной из компьютерных рабочих станций, воткнула наушники в уши и устроилась поудобнее с книгой — из разряда чисто развлекательных, — а через несколько минут в стеклянные двери вошел Филипп Райнхардт. На его лице играла улыбка, но в шагах чувствовалась тяжесть, будто каждое движение давалось ему с трудом. Филипп был симпатичным парнем, с коротко подстриженными светлыми волосами и мужественным, красивым лицом, но его голубые глаза выдавали боль, которую он пытался скрыть. Я поставила книгу на паузу и выдернула наушники.

— Привет, Зомби-Мама, — с усмешкой сказал он. — Готова к очередному увлекательному деньку? — Он потер руку. — Жак только что ткнул меня раз двенадцать. Мне кажется, половину из них он сделал просто ради забавы.

— Как я тебя понимаю! Меня он тоже сегодня уделал. Начинаю думать, что он больше вампир, чем зомби. — Я почесала зудящее место на руке.

— Вампир-зомби. — Он тихо рассмеялся. — Вот уж у кого была бы тяжелая жизнь. Ему бы понадобились и кровь, и мозги.

— Ну, Жак для этого как раз в правильном месте. — Я смерила Филиппа задумчивым взглядом и демонстративно погладила подбородок. — Совпадение? Хммм… осиновый кол под рукой есть?

— Я бы мог поискать здесь какой-нибудь карандаш, но если паразит затянет рану от кола, всё может обернуться хреново. — Он в ответ задумчиво почесал подбородок. — Тут понадобился бы кол в сердце и пуля в ствол мозга одновременно.

— Ты об этом размышлял.

Он одарил меня невинной улыбкой:

— А кто бы не стал?

— Большинство нормальных людей? — предположила я.

— Значит, мы в этот список не входим.

С этим я поспорить не могла.

Вместе мы направились в процедурный кабинет дожидаться доктора Никаса. Индикаторы питания светились на нескольких приборах на стойке, а странная стенография доктора Никаса занимала половину маркерной доски на стене рядом со шкафами. Почти пустой бокал из-под игристого виноградного сока рядом со стопкой компьютерных распечаток говорил о том, что он уже работал здесь этим утром.

Процедурное кресло выглядело как нечто среднее между шезлонгом и пыточным устройством, но я всё равно в него плюхнулась. Из этого положения открывался лучший вид на потрясающую фреску, занимавшую всю дальнюю стену — пейзаж с холмистым травянистым лугом, далекой горой и ярко-синим небом над ней. Филипп прислонился к смотровому столу, а я исподтишка его изучала. Адаптация к жизни в качестве зомби не была легкой прогулкой даже при лучших раскладах, а его случай оказался полным дерьмом. Его паразит был поврежден из-за дерьмовых фальшивых мозгов, которыми Кристи пичкала его вскоре после обращения, и в результате он страдал от мучительных хронических болей, мышечных спазмов и других неприятных симптомов — клубка хвой, который мы называли просто «Чумой». Многую часть из этого удалось взять под контроль или улучшить благодаря процедурам, но он всё еще был очень далек от стопроцентной формы.

— У тебя цвет лица получше, — заметила я. — Но выглядишь ты измотанным.

Он кивнул, ничуть не обидевшись на замечание.

— Со сном были проблемы, и боль в ноге не отпускает, — признался он, — но в остальном неделя выдалась сносной. — Он фыркнул и слабо усмехнулся. — Меня наизнанку вывернуло после прошлой процедуры, но, к счастью, это длилось недолго. В этот раз я обеими руками за то, чтобы обойтись без блевотины.

Я поморщилась.

— Да, это отстой. Жаль, что я не могу сделать больше.

— Я не жалуюсь, — заверил он меня. — Честное слово. Без твоей помощи я вряд ли протянул бы так долго.

— Должна же я заботиться о своем зомби-детеныше, — сказала я с улыбкой, которая маскировала непреходящий, подтачивающий страх. Наевшись тех плохих мозгов, Филипп превратил в зомби двоих охранников «Сабертона», и оба они умерли в течение трех месяцев после того, как их захватили люди Пьетро — несмотря на все усилия доктора Никаса спасти их. Моя кровь помогала в лечении Филиппа, но я всё равно переживала. Что, если процедуры перестанут действовать? Что, если моя кровь больше не будет иметь значения?

Я глубоко вздохнула и попыталась направить свое беспокойство в русло гнева на ту, кто сотворил с ним такое. Ничего этого не случилось бы, если бы не долбаная Кристи Чэриш.

Взгляд Филиппа переместился на открывшуюся дверь, и он оттолкнулся от смотрового стола. Легок на помине.

— Доброе утро, Кристи, — сказал он с приятной улыбкой вошедшей стройной шатенке.

Она ответила слегка робкой улыбкой и, стараясь не смотреть на меня, подошла ближе к Филиппу.

— Ты ждешь новую процедуру? — спросила она, потянувшись к нему, словно ища поддержки.

Он взял её за руку и ободряюще сжал.

— Именно так. — Он снова глянул на дверь, когда вошла Рэйчел, а затем вернул внимание Кристи. — Похоже, сегодня день вылазки на природу, — заметил он.

— Выходные на природе, — отрезала Рэйчел. Её тон был деловым, но с Филиппом вполне дружелюбным. — Крис уедет с доктором Чэриш через несколько минут, но она хотела сначала повидаться с тобой.

Филипп тихо хмыкнул и заправил выбившуюся прядь волос Кристи за ухо.

— Ну конечно же.

Я наблюдала за этим в каменном молчании. У Филиппа не было ни единой причины хорошо относиться к Кристи, и были все поводы до глубины души её ненавидеть. И тем не