Сделка на совесть - Инна Сирин

всё чаще об этом думала. Почему бы и нет? Жить с человеком, который будет о ней заботиться, а она будет заботиться о нём. Иметь поддержку и кого-то, кто будет ждать дома, к кому всегда можно прийти. Это хорошо ведь, так смысл отказываться. Может быть она даже родит ребёнка, чтобы ощутить эту безусловную любовь, о которой так много читала.

Некоторые фанаты считали, что у них с Хёншиком могли бы получиться красивые дети. Девушка усмехнулась. Возможно он и захочет семью и детей, годам к 40 созреет для этого. Но она не может столько ждать чисто по биологическим причинам.

Весёлая от выпитого компания показалась на подъездной дорожке ближе к полуночи. Сейчас мужчины шли пешком, обнимая друг друга за плечи и шумно переговариваясь. У неё свет не горел, поэтому Ён Хи их всех видела отчетливо. Мужчины долго прощались, что-то обсуждая, а потом разошлись по домикам. Шаги послышались и в соседней с ней комнате. Что делать? Лечь в постель и притвориться спящей? Закрыть дверь изнутри? Выйти к нему? Она не знала как поступить. Ён Хи давно приняла душ и надела тонкую шелковую пижаму, состоящую из штанов и рубашки на пуговицах и без воротника. Стоит ли показываться ему в таком виде или лучше не высовываться, чтобы не провоцировать?

Некоторое время в домике слышались его шаги, шорох одежды, стук дверцы холодильника. Затем шаги замерли у её двери.

— Ён Хи? Ты спишь?

Она молчала, слушая его дыхание.

— Спишь, наверное. Это хорошо. Я рассказал друзьям о нас. О своих сомнениях. Думал они помогут мне разобраться. Но они тоже не знают. Велели мне разбираться самому. Взять на себя ответственность. Хм… Если б я знал, как поступить. Выпить ещё что ли? Или я уже достаточно пьян, если разговариваю с закрытой дверью?

Он прошёл в кухоньку, снова открыл холодильник, что-то там ища. Початая бутылка вина нашлась в итоге на подоконнике, где Ён Хи её оставила. Мужчина отпил с горла несколько глотков, долго всматривался в темноту за окном, нарушаемую лишь немногочисленными фонариками на дорожке. Луна сегодня не взошла, зато звезд было видно бесчисленное множество.

Ён Хи не могла больше оставаться в комнате открыла дверь так тихо, как возможно, но натуральное дерево всё равно заскрипело.

— Ён Хи? — прохрипел он.

— У тебя завтра голова будет болеть, — прошептала девушка.

— Да плевать, — Хёншик поставил бутылку на то же место, развернулся и пошёл ей навстречу. На нём были только пижамные брюки. Обнаженный торс едва просматривался в темноте комнаты. Мужчина подошёл к ней, обнял обеими руками лицо и безошибочно поймал взгляд.

— Ён Хи… Ты такая…

— Не надо комплиментов.

— А если хочется? Я же пьян, понимаешь?

— Даже если хочется. Мы ведь договорились, — она положила свои руки поверх его. — Ты пьян и себя не контролируешь.

— Я пьян. И готов быть честным.

— Честность — это хорошо.

— Я хочу тебя. Очень хочу. Неимоверно. Я весь день едва сдерживался, чтобы меньше тебя касаться. А потом ты попросила тебя отпустить. Чтобы защитить твои чувства. Но что мне желать с моими? Что сделать, чтобы эта тяга к тебе закончилась?

От его слов мурашки побежали табунами, соски напряглись, а в животе скрутился пульсирующий комок. От него пахло алкоголем, впрочем йне противно. В его глазах, освещаемых только блёклым светом из окна, плескалась бездна. Отняв руки от её лица, он провел ладонями по её шее, плечам, опустился на грудь, задел твёрдые чувствительные вершинки.

— Ты ведь тоже хочешь?

Она тихо застонала в ответ.

— Что если мы… в последний раз? Мы же можем? Без обязательств и обещаний? Просто насладиться друг другом? На прощание. Ты такая желанная…

— Ты так много болтаешь! — Ён Хи обхватила его за голову и притянула к себе, впившись в губы поцелуем. Пусть будет последний раз. Пусть останутся хорошие воспоминания, не обидные. Его руки тут же обвили её и принялись неторопливо ласкать. Одна проникла в глубокий вырез рубашки, вторая скользнула в штаны и обхватила ягодицу.

— Я так тебя хочу… — шептал он на вдохе, толкая её спиной к комнате. Затем подхватил за ноги, показывая, чтобы обняла его, и понёс. До кровати всего несколько шагов. Они рухнули туда, не размыкая объятий. Ён Хи жадно обнимала его, выгибаясь навстречу. Он покрывал её поцелуями, медленно, тягуче, неторопливо. Долго расстегивал пуговицы, ласкал грудь, опустился к животу. Остатки одежды скоро оказались на полу. У Ён Хи кружилась голова от этих ласк, особенно когда он спустился ниже, развёл в стороны её ноги.

— Не надо, — простонала девушка.

— Я хочу. Тебе же нравится.

Нравится. Очень. Даже слишком. Сначала она кусала свои руки, чтобы не кричать от наслаждения. Ведь в соседних домиках жили его друзья, но в какой-то момент это перестало иметь значение. Он навис сверху, завладел губами, вошёл медленно и глубоко. Ён Хи потерялась в пространстве, умирая от страсти, сгорая под его горячим телом. Мерные толчки, его невнятный шёпот, что-то про любовь, кажется. Она и сама ему отвечала, почти сразу забывая, что. Вездесущие руки словно натягивали напряжение в ней, как тетиву лука. Вот-вот должно было что-то взорваться, она так долго не выдержит. Девушка впилась ногтями в его спину, а зубами в шею, сдавлено вскрикнув, и обмякла. Он сделал ещё пару движений, глухо застонал и упал сверху.

Она готова была задохнуться под весом его тела, но Хёншик перевернулся на спину. Если он достаточно пьян, чтобы назавтра ничего не вспомнить, то она уж точно эту ночь никогда не забудет. Их прощальную ночь.

Утром Хёншик сидел на постели полностью одетый, когда она проснулась, сцепив руки в замок. Хотелось прикасаться к ней, но тогда он снова потеряет контроль.

— Доброе утро.

— Доброе, — Ён Хи сладко потянулась, зевнув. Одеяло сползло с обнажённой груди. Девушка это почувствовала, натянула его почти до подбородка и села.

— Ты не передумала? — начал Хёншик как можно мягче. — Я не могу не спросить. Я правда очень хочу, чтобы ты осталась со мной.

— Не передумала, — ответила она печально, затем провела рукой по его руке. — Прости. Но мне не будет этого достаточно.

Он согласно кивнул, кусая губы. Как же её переубедить?

— Мы вчера забыли о безопасности. Обычно я никогда не забываю. Видимо, слишком много выпил.

— Думаю, не страшно.

— Это важно. Мы в целом были не особенно осторожны. Если вдруг так случится, что ты забеременеешь, обязательно скажи мне.

— Это моё тело и мне решать.

— Если будет ребёнок, то он наполовину мой. Не принимай