Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон! - Рика Лав

Вчера мы еще долго полулежали на диване у камина, удивительное дело, но даже ни о чем не говоря. Мужские пальцы просто рисовали круги на моей коже, а когда я начала клевать носом — Кайлас подхватил меня на руки и отнес в постель, с любопытством косясь взглядом на дочку по другую сторону.

Попрощались также молча, пока я начала переживать, осознавая, собственно, дура, что творю и с кем. Отступать было поздно, да и не хотелось, но вот продумать, что делать дальше в контексте его отцовства… надо было. Рисковать дочерью я не собиралась.

— Сара, — простонала я хрипло, голос звучал как у заядлой курильщицы после трёх пачек сигарет, совершенно не проснувшийся и недовольный. — Заткнись, пожалуйста, дай мне прийти в себя, и объясни всё нормально, чле-но-раз-дель-но. Что, к чертям собачьим, случилось⁈

Девушка зло дышала, грудь вздымалась, щёки пылали нездоровым румянцем, кулаки сжались, глаза горели праведным гневом. Она была похожа на разъярённого мула перед атакой на обидчика. Рот открывался и закрывался, но слова никак не могли сложиться в связную речь.

И тут с грохотом, от которого, кажется, задрожали стёкла в окнах, раздался звук распахиваемой с размахом двери в парадной гостиной за моей спальней. Той самой гостиной, которая примыкала к моим личным покоям и в которую, по идее, без моего разрешения вообще никто не должен был входить.

Но, видимо, не сегодня. Сегодня тут экскурсия, ага.

Сара крутанулась на каблуках в сторону шума, уперев руки в бока в классической позе разъярённой базарной торговки, готовой устроить скандал. И вдруг рявкнула громко и пронзительно, отчего я невольно вновь подскочила на кровати, а Аника испуганно пискнула, зарываясь лицом в мои объятия:

— Я СКАЗАЛА — ВО-О-ОН, НЕМЕДЛЕННО!!! ЭТО ЛИЧНЫЕ ПОКОИ ЛЕДИ! КАК ВЫ СМЕЕТЕ⁈

Аника прижалась ко мне ещё сильнее, её тельце дрожало, ручонки вцепились в мою ночную рубашку:

— Мамочка, а почему Сара такая злая и кричит? — прошептала дочка, испуганно заглядывая мне в лицо. — Я никогда её кричащей не видела… Она всегда добрая…

Я тоже была в полнейшем ауте, уставившись на неузнаваемую, ныне, экономку, которая обычно была воплощением спокойствия:

— Сара, милая, что происхо…

И тут в дверном проёме моей спальни, заполняя его своей внушительной фигурой практически полностью, появился широкоплечий мужской силуэт.

Что…

Райнор⁈

Да, да, он стоял там, небрежно прислонившись плечом к косяку, скрестив мускулистые руки на груди, с самой наглой и самодовольной ухмылкой на лице. Светлые волосы растрёпаны, словно он только что слез с лошади после долгой скачки, рубашка расстёгнута на несколько пуговиц, обнажая кожу, на ногах тяжёлые дорожные сапоги в пыли.

— А мне, знаешь ли, совершенно побарабану, что там можно или нельзя! — заявил он с усмешкой, совершенно не смущаясь вторжению в мою спальню. — У меня внизу двадцать здоровенных мужиков стоят, не знают, куда себя деть и чем заняться. Так что дай мне поговорить с начальницей твоей.

Райнор теперь полностью повернулся к Саре, которая практически дымилась от негодования, и ухмылка на его рожище стала ещё шире и наглее, если это вообще было возможно:

— Ну хватит уже сверкать на меня своими глазками, красавица! — протянул он с издёвкой. — Всё равно не влюблюсь в тебя, как ты там ни старайся. Так что успокойся и дай мне поговорить с хозяйкой!

Лицо Сары из просто покрасневшего превратилось в багровое, еще чуть-чуть — и вскипит, как самовар. Секунду она стояла, открыв рот от возмущения, явно не в состоянии подобрать слова для ответа на такую наглость. А потом…

Потом она метнулась к креслу у камина, схватила мой ночной халат, который там мирно себе доселе висел, и со всей силы замахнулась им, как средневековым цепом.

— Я СКАЗАЛА, ПОШЁЛ ВОН, НАГЛЕЦ! — завопила она, принимаясь лупить на секунду опешившего Райнора халатом по голове, плечам, рукам, куда попадёт. — ХАМ! ГРУБИЯН! НЕВОСПИТАННОЕ ЧУДОВИЩЕ! ДА Я ТЕБЯ СЕЙЧАС…

Райнор прикрывался руками, отступая на шаг, но улыбка не сползала с его физиономии, более того — он начал посмеиваться, что только сильнее бесило Сару. А я пока не могла определиться, кто из них и что из всего этого бесило меня больше всего.

Халат свистел в воздухе, рукава хлестали его по лицу. Вот. Халат жалко. Потерла лицо.

— Ой-ой-ой, какая агрессивная! — хохотнул он, уворачиваясь от очередного удара. — Да ты прямо маленькая фурия! Милая, успокойся, а то так недолго и поранить себя!

— МИЛАЯ⁈ — взвизгнула Сара, подпрыгивая на месте, замахиваясь с удвоенной силой. — КАК ТЫ СМЕЕШЬ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ МИЛОЙ, ТЫ, ТЫ… ДЕРЕВЕНЩИНА НЕОБРАЗОВАННАЯ!

Я сидела на кровати, обнимая перепуганную Анику, и тупо смотрела на эту сцену, не в силах поверить своим глазам. Моя ответственная и серьезная Сара колошматила здоровенного мужика моим халатом, как заправская базарная баба.

— Эм… Сара… — попыталась я вмешаться.

Но она меня даже не услышала, полностью сосредоточенная на изгнании наглеца. Видимо, она сочла его за демона. Что же, вполне похож по поведению. Халат продолжал свистеть в воздухе, один из рукавов зацепил висящую на стене картину, та покосилась набок. Подняла бровь, задумавшись, откуда тут картина вообще и почему я ее не замечала.

— Вон отсюда! Вон, вон, ВОН! — скандировала Сара, подпрыгивая и загоняя Райнора обратно в гостиную. Она мне сама сейчас то ли ведьму, то ли чертенка напоминала. — Я тебе покажу, как врываться в покои леди! Я тебе устрою! Сейчас позову стражу, тебя в темницу засадят за такое!

— Какую ещё стражу? — Райнор продолжал хохотать, отступая под её натиском. — У вас тут и стражи-то нет!

— ТАК ТО НАЙДЁМ! ТАК ТО Ж ПРИДУМАЕМ!

Они исчезли в гостиной, но звуки битвы продолжались. Послышалось, как что-то с грохотом упало, разбилось со звоном. Сара продолжала вопить угрозы, Райнор — смеяться.

Мы с Аникой переглянулись, обе с широко раскрытыми от шока глазами.

— Мамочка, — прошептала Аника неуверенно. — Это что было?

— Понятия не имею, солнышко, — честно призналась я.

Из гостиной донеслись новые звуки — теперь Сара, кажется, начала швыряться чем-то в непрошеного, по ее мнению, гостя. Судя по восклицаниям Райнора, попадала она метко.

— Ого, какой прицел! — донёсся до нас его преувеличенно восторженный голос. — Ты часом не в армии служила?

— ЗАТКНИСЬ И ПРОВАЛИВАЙ! — ответом полетела, судя по звуку, ваза. Пустая, к счастью. Но она не уцелела. Покачала головой, не зная как на это реагировать.

Потом наступила подозрительная тишина. Слишком резкая и зловещая после всего этого шума.

Я напряглась, прислушиваясь. Аника тоже замерла, вцепившись в меня.

Странные