Авангард - Карина Халле

всего, он рассчитан быть сильнее тебя. Возможно, у них уже не один такой, они ждут своего часа. И у них могут быть способы контролировать тебя, о которых ты даже не подозреваешь.

— Ну, какой бы там ни был у них выключатель или аварийный протокол, он не помешал мне разорвать Конрада Марша на куски.

Он устало вздыхает, и я вдруг понимаю, как поздно, как сильно, должно быть, устали они с Мией.

— Как бы там ни было, мы ещё даже не коснулись другой твоей проблемы — того голоса в голове.

Чёрт. Эта программа всё ещё там, всё ещё шепчет, даже сейчас, а теперь этот голос будто радуется моему открытию. Может, Джеймс сумеет это убрать. А может, и нет. Но в любом случае я больше не позволю собой управлять.

И почему-то я точно знаю: это легче сказать, чем сделать.

— Тебе нужно побыть здесь несколько дней, не высовываться, пока я проведу ещё тесты, посмотрю, что можно сделать с твоим мозгом, — говорит Джеймс. — Теперь, когда я знаю, что это настоящий компьютер, должно быть проще. Можем начать прямо сейчас, если хочешь.

— А тебе разве не надо поспать? — спрашиваю я.

Он усмехается.

— Не тогда, когда у меня в лаборатории — величайшее научное открытие века и чашка чая. Сейчас вернусь.

Он выходит из комнаты, оставляя нас с Мией одних. Она по-прежнему держит меня за руку, по-прежнему рядом. От этого что-то внутри будто чуть-чуть тает — хотя каждый раз, когда накатывает эмоция, я ловлю себя на мысли: а настоящая ли она?

Это вообще реально? Хоть что-нибудь из этого реально?

У меня ведь даже сердца нет.

— Ты подозревала? — спрашиваю я. — Где-то в глубине души знала?

Она качает головой.

— Для меня ты всегда был человеком, Нейт. И останешься, — она задумчиво поджимает губы, а потом тихо смеётся. — Да и как я могла подумать иначе? Я же глотала твою… твою сперму.

Я выдавливаю улыбку, которой не чувствую.

— Полагаю, они не стали делать её на вкус как мороженое.

— Не стали.

Улыбка тут же гаснет — на меня снова накатывает вся тяжесть происходящего.

— Как мне теперь… жить с этим? — я зажмуриваюсь, сжимая веки от досады. — Чёрт, да можно ли вообще назвать это жизнью, если я не живой? Я мёртв, Мия. Они убили меня ради собственной выгоды.

— Я знаю, — тихо говорит она. — Но, если это хоть что-то значит, ты жив. Твоё сознание — это и есть ты. Это часть твоей души, а душа не умирает. Она здесь. Всё ещё жива. Всё ещё Нейт Уитейкер.

Я осмеливаюсь взглянуть на неё, чувствуя странный, тяжёлый стыд — стыд за то, что я фальшивка.

— Разве это не меняет всё? Для тебя? Для нас?

Она сглатывает, едва заметно, и слабо улыбается.

— Между нами всё менялось миллион раз с того дня, как мы встретились. Это просто ещё одна кочка на дороге, которую мы преодолеем — а потом всё снова изменится, — она обводит взглядом нас двоих. — Ну, посмотри на нас. Отравительница-шпионка и чёртов робот. Неудивительно, что нам никак не даётся простая жизнь.

— А она была простой. Хоть немного, — говорю я с надеждой. — Правда?

Уголки её губ чуть опускаются.

— Ничего никогда не было простым, Нейт, даже когда казалось, что всё легко. У нас по-настоящему не было шанса до этого момента — пока мы оба не узнали правду. О том, кто я. О том, что ты.

— А что, если отец был прав насчёт того, почему мне не сказали, что я чёртов робот? Что, если даже теперь, когда я знаю, моя человечность будет понемногу стираться, пока от настоящего меня ничего не останется?

Я теперь, получается, бессмертен. Да что вообще делает с человеком такое знание?

— Я этого не допущу, — твёрдо говорит она. — Буду держать тебя в ежовых рукавицах. Ты же знаешь, я это умею.

Я смотрю на неё и поднимаю руку, обхватываю ладонью её лицо, провожу большим пальцем по губам. Она едва заметно вздрагивает — и у меня внутри всё обрывается: значит, где-то в глубине души она всё ещё меня боится. Может, теперь даже сильнее, чем раньше. Просто она чертовски хорошо умеет делать вид, что ей нипочём.

«Я не человек», — думаю я, но вслух не говорю. «Я вообще не знаю, что я такое».

И не знаю, как вообще смогу с этим смириться. Не знаю, что это значит для меня и для всей этой так называемой жизни.

Не знаю, как мне это пережить.

И не знаю, как это переживёт она.

ОТ АВТОРА

АВАНГАРД вернется в МСТИТЕЛИ: ДОКТОР ДУМ. Шучу, но Авангард вернется в книге «Защитник» (заключительной части дуэта), которая выйдет в 2026 году.

Идея этой книги пришла ко мне во сне — такое порой случается. Я только что посмотрела «Громовержцев» и, честно говоря, почти ничего не слышала об этом фильме — наверное, потому, что уже выгорела на вселенной Marvel и супергеройском кино в целом. Но, боже, он меня по-настоящему удивил! Какой это был необычный, вдумчивый (и весёлый) фильм. Внутренняя борьба Елены, Боб/Пустота и то, насколько он оказался до боли родным что ли, — всё это сильно задело за живое. Настолько, что той ночью мне приснился сон… правда, он был не про «Громовержцев». Нет, это был, скажем так, пикантный сон про Криса Эванса в роли Капитана Америки (прости, Крис, если ты это читаешь) и Елену/Чёрную Вдову (тоже прошу прощения у Флоренс и Скарлетт). Суть сна сводилась к тому, что у Капитана Америки есть тёмная, сексуально неоднозначная сторона, которую он прячет под маской этого своего «я понял отсылку» — и есть шпионка, которая намерена этим воспользоваться.

И, честно говоря, этого сна хватило, чтобы я подумала: «Мне нужно написать эту историю». И нет, она не была какой-то особенно глубокой. Так что на следующее утро я сказала мужу: «Я собираюсь написать супергеройский ромком!» Он посмотрел на меня с таким недоумением, потому что обычно я пишу совсем не такое. Обычно я пишу хоррор-романтику, готическую романтику или ромфэнтези. Но тут он кое-что забыл: когда мне было 19 лет и я полгода путешествовала одна по Новой Зеландии и Австралии, я писала фанфики по «Людям Икс» — от руки, в нескольких тетрадях. Я придумала совершенно нового персонажа, в которого постепенно влюблялся Логан. Её звали Ланаи, и она умела управлять гравитацией (похоже на Авангарда). Это была классическая история в духе «от врагов к возлюбленным», с изрядной долей токсичности. Кажется,