Подарок для рыцаря смерти - Дарья Верескова

Я хорошо платила ей за комнату, а Гектор и вовсе одарил её золотым за то, что она заботилась обо мне. Умная старушка об этом никому не говорила, потому что никогда не знаешь, где может скрываться случайный завистник.

— Неужто и правда свяжете жизнь с каэри? Да разве ж король одобрит?

Не одобрит, конечно.

— Свяжу, — решительно заявил Гектор. — И сделаю её моей леди. Мне и так в столицу возвращаться нельзя, зато Его Величество вспоминает обо мне при первой же опасности. Готова?

Я кивнула, забираясь на крытую телегу вместе с сундуками моих пожитков, и думая о том, что впереди почти полторы недели пути. А после… мы окажемся в Гратане, у новой крепости Гектора.

Точнее, у того, что когда-то называлось крепостью. Но даже мысль о том, что мы вместе будем восстанавливать её, казалась мне в чём-то будоражащей, как и мысль о том, что я загляну в глаза леди Элоиз. Без волнений, как равная.

Глава 57. Крепость Гратан и её соседи

* Сабин Дастон*

Я видела Гратан на горизонте, по дороге. Он возвышался над деревеньками и полями грозным, невредимым стражем с многочисленными стенами, способными выдержать длительную осаду, и, наверное, секретными ходами, ведущими наружу. Альмерэ был завоёван сначала Дорнессом, а после и Меританом, но Гратан уцелел оба раза, хотя больше половины других крепостей королевства превратились в руины.

Как и та, к которой мы с Гектором направлялись прямо сейчас.

Редвуд Холд находился в двух сутках пути от Гратана.

Когда-то он, должно быть, был величественной крепостью, но сейчас от всего укрепления уцелели лишь одна башня и единственное жилое здание. Внешняя стена сохранилась лишь местами: где-то ещё стояли отдельные участки кладки высотой в несколько человеческих ростов, а где-то камень был полностью разобран и лежал широкими осыпями у подножия. Похоже, этот камень разворовали для строительства в ближайших деревнях.

Внутренний двор оказался намного больше, чем я ожидала. Среди высокой травы виднелись остатки фундаментов, разрушенные склады, полуобвалившиеся хозяйственные постройки, подвалы и длинные каменные основания казарм. Большинство деревянных сооружений давно исчезло, но по оставшимся камням ещё можно было понять, где они стояли.

Некоторые стены до сих пор хранили следы пожара, камень потемнел от копоти, а в отдельных местах уцелели обгоревшие балки, настолько старые, что рассыпались бы от сильного удара.

Зато колодец в центре оказался цел — чудеса.

— Посмотри, — Гектор подошёл к телеге, на которой я сидела. — Холм каменистый, возвышается над дорогой и рекой, причём с двух сторон к нему почти не подойти, случись штурм. Мне предлагали множество полуразрушенных мест, но это, на мой взгляд, лучшее на случай осады.

Осады чего?

— Гектор, где мы найдём деньги на восстановление? Ближайшая деревня — почти в четырёх часах пути, люди не захотят работать у нас так далеко.

— Начнём с конного двора, как ты и хотела. Валору давно пора стать отцом, — Гектор хлопнул своего верного коня по боку, и тот скосил на меня карий взгляд, не подозревая, какие планы на него имелись у нас обоих. — За его молодняком очередь выстроится.

Я согласилась, подумав, что продавать жеребят можно будет за огромные деньги, но ни я, ни Гектор не представляли, какая казна нужна для содержания целой крепости. Впрочем…

— Разве ближайшие деревни не должны платить тебе налоги, если ты лорд этой земли?

— Должны, но я хотел бы освободить их на пару первых лет, чтобы заслужить преданность. Многие из здешних крестьян верны Элоиз, а я больше ей не доверяю.

Я тоже не доверяла ей, но…

— Это просто невозможно, Гектор, без этих денег нам никогда не восстановить Редвуд Холд. Лучше пообещай освобождение от податей после того, как крепость будет отстроена, и на короткое время. Никто здесь и не ждёт такой щедрости, просто не делай налоги грабительскими.

— И это говоришь мне ты, выросшая в деревне? — Гектор недовольно, тяжело вздохнул.

— Потому и говорю, что мне бы и в голову никогда не пришло, что лорд может отказаться от налогов — такого отродясь не было. Наоборот, подобное покажется подозрительным. Простой народ привык платить, а если перестанет, то все просто сопьются. Только если поля затопило или сожгло…

Здесь всё было иначе. Эти земли подверглись нападению много лет назад, когда один из вассалов Элоиз отказался признавать дорнесского короля своим господином. А значит, здешние хозяйства уже успели оправиться.

Гектор всё же настоял на том, что налоги должны быть по крайней мере меньше тех, что требовала Элоиз, поскольку их присутствию здесь мало кто рад. Одно дело — когда Гектор защищал их земли и избавлял от разбойников, и совсем другое — принять своим лордом бастарда.

Смогут ли они тогда принять своей леди каэри?

В крепости обнаружился один-единственный житель — управляющий без ноги, с деревянной палкой ниже культи, но неожиданно бодрый. Мужчину звали Агларал, он рассказал, что до недавнего времени здесь жило не менее десятка человек, но все они сбежали, едва узнав, что сэр Гектор назначен новым хозяином.

— Вы не серчайте на них, они вас и боятся, и уважают. Да только жили они в хозяйской башне, а больше здесь преклонить голову и негде, — развёл руками Агларал.

Сам он устроился в последней жилой постройке, деля её с единственным в крепости ослом и телегой. Денег ему не платили, но вместе с остальными жителями они когда-то разбили огород, кормились с него сами, а излишки продавали, изредка выбираясь в ближайшую деревню. Семьи у Агларала не было, и он действительно управлял этим местом при прежнем лорде.

— Гм… леди Сабин, у нас нет ни служанки, ни подходящих покоев, — он развёл руками, явно не зная, как ко мне обращаться.

Потому что Гектор представил меня своей женой.

Обряд мы провели в первом же храме, едва перейдя границу между Альмерэ и Саленой. Не было ни красивых нарядов, ни толпы гостей, но Гектор специально выбрал большой город и храм в самом центре, чтобы на церемонию глазело как можно больше людей.

Слухи разносились быстро, и сэра Гектора повсюду узнавали. Жрец Кроффа соединил нас узами брака, дав испить из источника внутри святилища, а после оставил на нашей коже по маленькому шраму чуть выше запястья — как это всегда бывало у супругов. У