Муж на сдачу - Натаэль Зика

Неслышно шагая, граф приблизился к домику и замер, ухватившись за калитку — его женщина, его счастье, живая и невредимая, тихонько что-то напевая, сосредоточенно рыхлила землю на клумбе.

Напряжение последних дней, едва пережитое магическое истощение, безуспешные поиски, облегчение, когда он понял — Рита жива и здорова и непередаваемая радость, когда он увидел свою пропажу — разом навалились на хрупкую мужскую психику, и сознание решило, что пора организму немного отдохнуть.

Мариэта возилась с почвой, мурлыкая себе под нос песенку про наливное яблочко. Веселая, детская, как раз то, что надо, чтобы отвлечься от дум.

Михаэль жив, цел и, похоже, скоро нагрянет. Альмира отправилась в лавку, продавать готовые снадобья и наказала ей отдыхать.

— Помни о малыше! Сейчас, что бы ты ни делала, о чем бы ни думала — все должно идти через сравнение — полезно ли ребенку.

Легко говорить, а как применить это к жизни?

Например, ребенку, определенно, полезно, если родители будут рядом, но тогда она отнимет отца, пусть не насовсем, а частично, у других детей. Они же не виноваты! И графиня — её вины ещё меньше, она замуж не просилась и в кровать к мужу не лезла. Это, конечно, если принять за аксиому, что графом двигал исключительно долг, а не инстинкт размножения. Но что делать в сложившейся ситуации — один Единый ведает.

Интересно, сколько времени потребуется Михаэлю, чтобы догадаться, кем на самом деле является её «свекровь»?

Верхний слой земли после полива не был взрыхлен, и схватился коркой. Мари старательно разбивала комочки, облегчая доступ воздуха к корням. Справившись с одной стороной клумбы, зельеварка встала, чтобы поменять позицию и пошатнулась — такая слабость напала.

Малыш, это ты шалишь?

Или… Или это у папы проблемы?

Уже привычно отправила силу и ахнула, получив ответ — пустота.

Да, что это такое, сколько можно? Никаких нервов не хватит!

Тонкая нить связи тянула за собой, Мариэта, не отдавая себе отчета, просто шла по ней, машинально переставляя ноги, пока, вывернув из-за невысокой декоративной ограды, не споткнулась о лежащего навзничь Михаэля.

Первая мысль — умер! — была тут же отвергнута. Белый, как первоцвет, весь в каких-то сизых разводах, но дышит, и сердце бьётся ровно.

Кажется, что-то такое уже было — женщина приподняла графа под руки и потянула его в сторону дома. Тяжелющий, неподъемный. Не считая веса и отсутствия на мужчине блокиратора и рабского ошейника — точь-в-точь их первая встреча! А, ещё отличие — в этот раз он не пытается отправиться к Единому, а просто пребывает в обмороке.

Кое-как дотащив организм графа до крыльца, Мариэта там его и оставила, единственно, подложив под голову свое платье, которое вытянула из корзинки. Это же та самая плетенка, которую Альмира отправила порталом! А Михаэль, выходит, нашел. Надо же, вцепился, будто самое дорогое, пальцы не разожмёшь!

— Ух, ты, уже тут! — отреагировала Альмира. — А чего бледный, да неподвижный? Ты его, часом, ничем не приложила?

— Нет. Я об него споткнулась, он у ограды лежал.

— Гляди-ка, корзинку твою принес, а ты переживала, что карточка да колечко пропадут! — продолжала осмотр зельеварка. — Хозяйственный! Всё в дом, всё в семью. Не пропадем!

— Альмира, тебе бы только веселится, — с досадой выговорила Мариэта. — Что с ним?

— Обморок, совсем мужик себя измотал. Судя по его состоянию, он давно не ел, неизвестно, сколько времени не спал, а магию использовал, будто у него резерв бездонный. Надо в замок сообщить, не вытянем мы его с тобой. Вернее, вытянем, но на это неделя потребуется, ибо мы с тобой, как ни крути — не целительницы, в прямом смысле этого слова. С несложными случаями справимся, а сюда лучше не лезть.

— Может быть, я его магией полечу? Сама говорила, что мы магическая пара, и чувствуем друг друга. Он много сил истратил, правильно я поняла? Так, я ему силы добавлю, он в себя придет, — предложила Мариэта, поправив мужчине импровизированную подушку.

— Нет, Мари, ты ребенка носишь, только недавно магией делилась, нельзя тебе больше. Спасешь мужчину — потеряешь ребенка. Надо связываться с замком.

— Поедешь?

— Вестник пошлю, благо, у меня их целых четыре штуки!

Цилен примчался через половину оборота.

— Я только собрался последовать в поместье Делаверт! — причитал целитель. — Как же это? Что же это? Второй раз за несколько дней выжал себя чуть не досуха. А если бы я ушел порталом? Какое безрассудство! Разве можно так над собой издеваться? Ари, почему Его Сиятельство лежит на крыльце?

— Посмотри на нас, — возмутилась Альмира, — По-твоему, мы способны вдвоём его поднять и перенести?

Цилен оторвал взгляд от распростертого графа и обратил внимание на Мариэту.

— Рита!? Вот ты где! Почему ушла из замка? Даже жалованье не забрала, не предупредила никого. Нехорошо, мы же на тебя рассчитывали! — возмущенно выговорил он покрасневшей Мариэте и тут же переключился на старушку, — Альмира, тащи все снадобья, какие есть готовые.

— Все, какие есть? У меня от колик три бутылочки, против недержания одна, от поноса сколько-то…

— Альмира, положение совсем не веселое! Граф, конечно, сильный человек, но два выгорания, почти выгорания, подряд за такой короткий промежуток, могут доконать кого угодно. Его Сиятельство немедленно надо переложить на кровать, напоить зельями и найти его грахову пару!

— Кого найти? — заинтересовалась Альмира.

— У графа обнаружилась магическая пара, подробности не спрашивайте, сам половины не знаю. Милорд, как только узнал, что свободен, тут же помчался искать свою супругу. Она ему сейчас крайне необходима!

ch1-29.xhtml

— Ого, какие новости, — старушка покачала головой. — Что стоите? Мы берем Его Сиятельство за ноги — по конечности на каждую, а вы, целитель, поднимайте туш… тело под руки. Втроем, как-нибудь, дотянем до комнаты, а там топчан хороший — широкий и прочный.

— Его надо в замок, только без портала не выйдет. Ари Альмира, я знаю, что у вас есть порталы, пожертвуйте один для Его Сиятельства! Милорду нужен хороший уход и присутствие его пары, иначе он может не один месяц провести в виде бревна.

— Нет уже порталов, — отрезала зельеварка. — Потратила, не спрашивайте, куда.

— Единый, ари! Не морочьте мне голову! Куда вы можете истратить четыре