Плохой слон - Л. Дж. Шэн

— Лила самодостаточна, — Кьяра выпрямила спину, ее желание защитить дочь перевесило ее презрение ко мне. У нее были темные круги под глазами. — Ей не нужна помощь для выполнения основных задач, таких как прием пищи и уборка за собой, а также самостоятельное использование туалета и душа. Кроме того, она будет со мной весь день, каждый день. У нее есть занятия, которые она должна посещать. Эрготерапия. Плавание. Верховая езда. Она почти не будет бывать в твоем... — Она с отвращением скривила свой вздернутый нос. — Доме.

— Я не женюсь на ней, — протянул я, чтобы мы могли начать торг. Я бы женился даже на гребаной трубке для курения крэка, если бы это приблизило меня к конечной цели. У меня не было никаких угрызений совести. Но я не собирался делать это бесплатно.

— Передумай, Каллаган, — потребовал Лука. — Ты мне должен. Филиппо, помнишь?

— Убей одного из моих солдат, чтобы свести счеты. — Я закинул ноги на стол Велло и бросил незажженную сигару на пол. — Я не отдам твоей сестре свое кольцо и свою фамилию, чтобы попасть в твою милость.

— Посмотри на нее. — Велло указал на беспомощное существо на диване. — Разве так ужасно будет сделать эту прекрасную женщину своей?

— Велло, — предупредила Кьяра. — Ты пользуешься ее умственными недостатками.

— Я бы сделал это в любом случае, учитывая обстоятельства, — сказал Велло. — Ты это знаешь.

Мне пришлось наклонить все тело, чтобы посмотреть на девушку Ферранте, потому что ее брат вырвал мне один глаз. Она сидела, скрестив ноги, на краю дивана, сложив руки на коленях и уставившись в свои ноги.

Мне не нужно было смотреть. Я и так знал, что она чертовски красива.

Именно поэтому я пощадил ее бессмысленную жизнь в ту ночь, когда Ахилл вырвал мне глаз.

Запачкав ее нежную кожу своей кровью и вселив страх в ее сапфировые глаза, я уже был готов к сексу.

Она была похожа на олененка. Крошечная девочка. Совершенно ангельская. Ее светло-золотистые волосы струились пышными волнами до самой попы. Ее тело было узким и стройным, а грудь великолепно выделялась под сиреневым платьем на пуговицах. Ее лицо было воплощением совершенства. Высокие скулы, эльфийский нос, голубые глаза и пухлые розовые губы. Изящный изгиб ее бровей был восхитителен. Даже ее ноздри были безупречны. Она не имела никакого сходства со своими братьями с их римскими носами, квадратными челюстями и янтарным загаром. Не говоря уже о Велло, у которого был нижний прикус французского бульдога.

Если это существо было чистокровной Ферранте, то я был апостолом Петром.

Трагично было то, что такая красота была потрачена впустую на женщину, которая никогда не могла использовать ее как оружие. Хотя, судя по тому, как она сейчас смотрела на меня, она выглядела так, как будто хотела пронзить меня копьем в ближайший ржавый забор. Очень в стиле Ферранте.

Мне пришло в голову, что Велло просто пожертвовал своей единственной дочерью, чтобы я мог поступать с ней, как мне заблагорассудится. Сломать ее стройные ноги, как прутики. Заставить ее заплатить за все, что ее братья сделали со мной. Она не проронила бы ни слова. Даже если бы могла, было бы уже слишком поздно. Она была бы моей.

Чтобы владеть ею.

Чтобы контролировать ее.

Чтобы злоупотреблять ею.

Каждый человек в комнате знал об этом. Но это была цена, которую они были готовы заплатить. Все, кроме ее матери, которая практически не имела права голоса.

Я повернулся к дону.

— Она красотка, я признаю, но красивая киска — это всего лишь киска. В темноте она такая же, как и любая другая. Сделайте мне выгоднее сделку. Предложите мне то, от чего я не смогу отказаться.

— Тирнан, — прорычал отец.

Велло поднял руку.

— Он имеет право консумировать этот брак, если берет ее в жены. Пока он не причиняет ей вреда, я разрешаю это.

Кьяра полностью потеряла самообладание. Она вскочила с дивана, бросилась на Велло и обхватила его шею руками. Она начала кричать по-итальянски.

Лука и Ахилл не вмешивались.

— A santa Chiara dopp’arrubbato mettettero ‘e porte ‘e fierro12, — пробормотал Велло, не удостоив ее взглядом. Он зевнул и нажал на кнопку тревоги под своим столом. В комнату вошли два солдата Каморры. — Будьте с ней помягче, — холодно сказал Лука. Двое мужчин оттащили истеричную женщину от мужа и вывели ее из комнаты.

— Ты плохой слон, Тирнан. — Велло перетащил фигуру слона по шахматной доске. — У тебя столько амбиций — уничтожить Братву, захватить часть Нью-Йорка, заняться политикой, но у тебя нет ни людей, ни денег. Ты заблокирован со всех сторон. Здесь Каморра, там русские, федералы. Не можешь двигаться ни влево, ни вправо, ни назад, ни вперед. Ты застрял. — Он сбил пешку на шахматной доске слоном. — Я могу тебе помочь. Я могу открыть все двери, которые ты так жаждешь открыть. Тирнан, — он повысил голос, глядя мне в глаза, — у меня есть ключ.

— Я заберу это отродье, дав ему только свое имя. Я не буду иметь отношения к твоей дочери или ребенку. Она может жить под моей крышей, и я буду трахать ее от случая к случаю, но не более того.

— Продолжай. — Велло сжал пальцы. Он был старым волком. Но старый волк все равно оставался волком. Он не собирался отдавать половину своего королевства.

— В обмен ты поможешь мне покончить с Распутиными.

В комнате воцарилась тишина.

Ахилл был первым, кто согласился.

— Хер с ним. — Дым заглушил его слова. — Они хотят Нью-Йорк. Рано или поздно нам придется с ними разобраться. Это также станет правильным сигналом для наших врагов.

— Каким сигналом? — спросил Лука.

— Что мы всегда замечаем и никогда, блядь, не пропускаем.

Велло повернулся к Луке.

Он кивнул подбородком.

— Это давно назревало.

Велло наклонил голову.

— Мои солдаты в твоем распоряжении.

— И твои сыновья тоже.

Ему нужно было вложить в игру реальные средства. К тому же я не исключал, что Ахилл будет убит за то, что он со мной сделал.

— Наши руки слишком долго были чистыми. — Голос Ахилла прорезал тишину, как ножницы. — Кровь. Власть. Война. Мы жаждем этого. Наши солдаты тоже. Пришло время.

Велло подумал об этом на