Девочка на замену - Анна Шнайдер

Аля не выдержала и прыснула.

— Ну, я тоже на три буквы.

— Ты Алевтина, если полностью. А они просто на три буквы. Это не к добру, я считаю.

После этого Аля и вовсе почти захлебнулась хохотом.

Да, Артём умел шутить и любил это дело, веселя её и по поводу, и без повода. Благодаря ему Аля даже внимания не обращала на косые взгляды, по крайней мере в аудитории и коридоре. Вот в туалете было уже сложнее…

Именно в туалете к ней и подошла эта троица из параллельной группы — Яна, Зоя и Ева. Девчонки были под стать Артёму — из обеспеченных семей, вечно щеголяли дорогими нарядами и телефонами, держались особняком, общаясь в основном друг с другом и парой-тройкой «избранных». В число избранных Аля, само собой, не входила, поэтому она сразу смекнула, что Артём был прав со своим «не к добру».

— Слушай-ка, — вздохнула Яна Заславская, подходя к ней, когда Аля мыла руки после туалета. В этой троице Яна была главной. — Объясни нам, пожалуйста, ситуацию. Почему Родин за тобой ходит? Ты его шантажируешь?

Заславская была видной брюнеткой с большими губами — такие губы Аля только на картинках в интернете видела. Зоя и Ева казались ей как-то попроще — обе русые, с вполне обычной внешностью, которая была бы даже блёклой, если бы не яркие шмотки и макияж.

— Ты у него спроси.

— Я спрошу, — с нажимом произнесла Яна, глядя на Алю, как на вошь, внезапно обнаруженную в её шикарных волосах. — Но сначала хочу узнать у тебя. Ты же всё-таки девочка.

— А при чём здесь это?!

— Ну как при чём? Женская солидарность, все дела…

В этот момент Аля осознала, что мало понимает в женской солидарности. Но да ладно, не очень-то и хотелось.

— Мне нечего вам ответить, — пожала она плечами. — Я в целом не понимаю, почему вы втроём ко мне подошли. Вы все втроём хотите с ним встречаться, что ли? А он осилит?

— Нет, Артём мне понравился, — снисходительно усмехнулась Яна. Мол, вошь шутит, ей простительно. — Конечно, не только мне. Много кому. Но ходит он почему-то за тобой.

— Ходит и ходит. Я что с этим могу сделать?

— Ты же понимаешь, что ему неровня? — Яна смерила Алю брезгливым взглядом с головы до ног. Учитывая, что она была на полголовы выше, смотрелось это эффектно. — Он поматросит и бросит. Может, его на экзотику потянуло, может, вообще поспорил с кем-нибудь. В любом случае кончится это для тебя плохо. Оно тебе надо?

Рассуждения были разумными, но ответить Аля не успела, поскольку сбоку сквозь окруживших Алю девчонок протиснулась Катя, встала рядом и огрызнулась, хмуро посмотрев на Яну:

— Слушай, Заславская. Это парни должны за твоё внимание бороться, как за красавицу и умницу, а не ты — за их. Ты чего унижаешься? Сейчас Аля пойдёт, Артёму всё это расскажет, он будет над тобой смеяться. Тебе оно надо? — передразнила она Яну, и Аля даже восхитилась — у неё так ловко не получилось бы никого отшить. Не было практики. Но Катя вообще была не промах.

Заславская не ответила, только фыркнула — и гордо удалилась из туалета, прихватив своих подружек. А Катя, проводив их настороженным взглядом, пробормотала:

— Ой не нравится мне всё это, Аль. Артём вроде и неплохой, но вот прям чувствую я, что у тебя из-за него будут проблемы.

— С Яной, что ли?

— С ней вряд ли, она хоть и самовлюблённая, но не дура. Ей нравится, когда на неё смотрят с придыханием, а Родин не смотрит, значит, скоро она про него забудет. Просто он неделю назад только к нам перебрался, сама понимаешь — единственный новичок на третьем курсе, ещё и такой… видный. Букет-то он тебе подарил?

Кате врать не хотелось, поэтому Аля кивнула.

— Так я и думала, — вздохнула подруга, но больше ничего не сказала.

26

Артём

Аля была такая милая и смешная в своём искреннем и непосредственном желании не дать понять однокурсникам, что букет ей подарил Артём, — он не уставал улыбаться каждый раз, как она принималась рассказывать окружающим, зачем и почему притащила цветы в институт. Кто уж ей поверил, Родин не представлял, но сам он со стороны видел, что дело шито белыми нитками.

В остальном же… Здесь творилось примерно то же самое, что и в Москве — там студенты так же разбивались на группы не только по интересам, но и по уровню достатка, и если вдруг кто выбивался из привычной схемы, на него смотрели косо. Да, в этом институте не было таких отмороженных девок, как Кира Ахматова, которая пыталась убить Артёма (речь идёт о событиях книги «Мне не нужна твоя любовь». — Примеч. авт.), но и своей дури хватало. Хотя к Родину пока никто не подходил и не высказывал недовольство по поводу того, что он прилип к Але как банный лист, но осуждающие взгляды имелись. Причём осуждали не его, а Алю, будто она Артёма заставила. И он бы посмеялся, но… После того, что творила Кира, было как-то не до смеха, поэтому Родин старался быть начеку, чтобы в случае чего защитить Алю от кого или чего угодно. По сути, единственным местом, куда он не мог сунуться вслед за ней, был туалет — вот оттуда после третьей пары Аля и вышла в сопровождении одной из своих однокурсниц-подруг очень задумчивой.

— Что-то случилось? — поинтересовался Артём, и сопровождающая Алю темноглазая брюнетка кинула на него острый взгляд.

— Да так, нашествие твоих поклонниц, — пошутила она, и Родин вспомнил, как зовут эту девчонку. Катя. — Ты же не зря кукарекал.

— Почему не зря? — не понял он и улыбнулся, когда Катя, фыркнув, ответила:

— У каждого уважающего себя петуха должны быть курицы. У тебя их как минимум три!

— Кать, — поморщилась Аля, — ну не надо. А то я тоже начинаю чувствовать себя курицей.

— На меня-то ты почему сердишься? — поинтересовался Артём у Кати. — Я разве виноват в том, что какие-то девчонки берегов не видят? Это, кстати, кто был-то? Та группа в полосатых купальниках?

— Чего? — недоуменно захлопала глазами Катя, а Аля наконец засмеялась.

— Забудь, Тём. Просто они,