Девочка на замену - Анна Шнайдер

И почему, в конце концов, Артём не берёт её за руку? Ну ладно поцелуй — может, не хочет это делать в кино. Но уж за руку-то можно было взять?..

— Ты чего-то совсем не смеёшься, — внезапно прошептал Артём, поворачиваясь к Але и придвигаясь ближе, чтобы не мешать окружающим. Хотя других зрителей было мало — всё-таки будний день, и время пока рабочее. — Не нравится фильм?

— Не знаю, — ответила Аля так же шёпотом, хотела сказать что-то ещё, но замерла, улыбнувшись, когда Артём потёрся кончиком своего носа о её нос.

— Если хочешь, уйдём, — сказал Родин, пока не отстраняясь. Его лицо было так близко, что если бы Аля захотела — сама могла бы его поцеловать, для этого даже не нужно было особенно двигаться. — Просто прогуляемся. Хочешь?

Уйти?

Аля не знала, хочет ли она уйти. Но совершенно определённо знала, чего именно хочет, и прямо сейчас.

Совершать безумие в почти полной темноте оказалось проще, чем при свете, — и Аля, глубоко вздохнув, поцеловала Артёма сама. Неумело ткнулась в губы, на мгновение испугалась, что делает всё неправильно, — но отстраниться не успела, поскольку Родин тут же обнял её и прижал к себе, целуя уже сам.

— Значит, этого ты хочешь? — произнёс он со смешком через несколько секунд, отрываясь от Али, но лишь на мгновение. — Ладно, тогда к чёрту фильм…

Действительно — к чёрту фильм, что они, комедий не видели?

Целоваться гораздо интереснее.

Аля закрыла глаза и целиком отдалась этому удовольствию, повинуясь движениям требовательных губ Артёма и точно зная, что никогда в жизни не чувствовала себя так, как чувствовала сейчас.

Когда кажется, что ты не человек, а чистейшая мелодия, наполненная пронзительно-прозрачным счастьем, прекрасная и безмятежная, летящая в самое небо.

29

Артём

Если с Олей было тяжело и он не проникал в её сердце, как ни старался, то Аля уже сдалась — Артём это чувствовал. И нет, такая лёгкость победы его не разочаровывала, наоборот. Он устал доказывать, что тоже достоин любви, поэтому был рад, что Аля уже тает в его руках, как самое сладкое в мире мороженое.

Как же Артём наслаждался, целуя её в кинотеатре! Конечно, приходилось сдерживаться, чтобы ни в коем случае не переступить определённую черту — всё-таки они в общественном месте находились, и Родин не хотел смущать девушку. Аля заслуживала всего самого лучшего, а не быстрых тисканий в зрительном зале. Поэтому он ограничивался поцелуями, но не только губ — целовал и щёки, и нежную шею, улыбаясь, когда ощущал, что Аля сдавленно охает и начинает дышать чаще и волнительнее, касался и ладоней, и сокровенного места за ухом, где было горячо и стучал пульс. Потом отстранялся и смотрел Але в затуманенные глаза — и за один только её взгляд, полный счастливого обожания, готов был продать душу дьяволу.

И совесть окончательно замолчала. Потому что не до совести, когда в дело вмешивается любовь. Хотя Артём ни про какую любовь не думал — максимум о буйстве гормонов, которые бурлили в его крови, словно пузырьки в шампанском, заставляя пьянеть без алкоголя, из-за одних лишь поцелуев.

— Аль, о чём ты мечтаешь? — спросил Артём неожиданно для самого себя через много-много минут, когда почувствовал, что девушка в его руках стала совсем мягкой и податливой, будто тёплая глина. — Мне так хочется исполнить какую-нибудь твою мечту.

Аля приоткрыла прижмуренные глаза и, посмотрев на Артёма с непонимающей поволокой, длинно, протяжно и, пожалуй, чересчур громко вздохнула — так, что на них обернулась женщина, сидевшая впереди. Хмыкнула понимающе, как умеют хмыкать только взрослые, глядя на глупых подростков и думая, что проходили это когда-то давно и сами, и тут же отвернулась, ничего не сказав.

— Мечту? — пробормотала Аля, несмело подняла руку и коснулась пальцами щеки Артёма. — Сейчас?

— Не сейчас, конечно, — улыбнулся Родин. — Сейчас мы в кинотеатре, и никаких мечт я исполнить не могу. Я даже ведро с попкорном куда-то дел… Кажется, на пол поставил, чтобы не мешало нам целоваться.

Губы Али дрогнули, и Артём вновь поцеловал их, искренне смакуя каждое мгновение этого поцелуя, как и всех предыдущих. Никакой гадкой помады, нежная кожа, приятный и тонкий запах земляничного мыла — Аля казалась ему просто идеальной. За исключением Оли, Артёму не нравилось целоваться с девушками, но с Алей — очень даже нравилось. Хотелось ещё и ещё, а потом больше и больше…

— Может, ко мне пойдём? — спросил он с горячностью человека, у которого отказали мозги, и тут же мысленно стукнул себя по голове: рано, блин! Второй день знакомы, какой ещё секс, сдурел? Есть, конечно, девицы, которые уже на первом свидании готовы, но Аля точно не из их числа. Да и дома её ждут. — Извини, я тороплюсь, — тут же сказал он, не дожидаясь ответа девушки. — Но на выход нам всё же пора, раз не смотрим фильм. Мешаем другим.

— Да, — кивнула Аля, выпрямляясь, и вздохнула с сожалением, из-за чего Артём сразу сказал:

— Не волнуйся, мы ещё придём на этот фильм.

— Да я не поэтому вздыхаю…

— А-а-а, — протянул он, усмехнувшись. — А остальное я готов тебе дать в любом месте и в любой момент…

— Молодёжь! — гаркнул мужик с их ряда, сидевший чуть правее. — Ну заткнитесь уже, а! Задолбали.

— Точно пора, — пробормотала Аля, и Артём, подхватив её за руку и ничего не отвечая мужику, повёл девушку к выходу.

30

Аля

На улице шёл дождь, которого не должно было быть по прогнозу — утром, когда Аля заглядывала туда, обещали весь день ясную погоду. Однако он шёл, ещё и проливной, вода лилась с неба сплошным потоком, и вместо тротуаров текли грязные реки, бурля и пузырясь, неся в своих водах жёлтые листья.

Аля замёрзла моментально — всё-таки осень, и дождь не был тёплым, ещё и ветер дул сильный, — и повела плечами, а потом охнула, когда Артём сразу после этого стянул с себя куртку и накинул ей на плечи.

— Держи! А то у тебя какая-то куцая курточка,