Тьма. Кости демона - Наталья Сергеевна Жильцова

Поскольку заклинанием невидимости Аделина не владела, необходимо было соблюдать крайнюю осторожность. Оценив предстоящий путь до отцовского крыла, а также количество стражи и возможной прислуги, которых можно встретить по дороге, она отодвинула ближайший гобелен и открыла тайный ход. Так будет быстрее и надежнее.

Обступившая темнота не пугала: заклинание ночного видения Аделина выучила одним из первых, так что уверенно зашагала вперед. Несколько минут, три развилки, и вот впереди замаячила нужная дверь, ведущая в кабинет отца. С другой стороны, как помнила Лина, дверь была замаскирована под тяжелое старинное зеркало в массивной оправе.

Аделина прислушалась и, убедившись, что в кабинете никого нет, шагнула внутрь.

В отцовском кабинете она бывала нечасто, поэтому помнила его плохо, и как в первый раз оглядывала просторное мрачное помещение с тяжелой дубовой, почти черной мебелью, массивным столом посередине и обязательной статуей Посланницы бога смерти Грента богини Мораны в углу. Отец был ее жрецом и, по возможности, практически каждый закат солнца старался проводить здесь, в кабинете, исполняя своеобразный ритуал почитания.

Ну и заодно избавляя остальных от проявлений самого пика раздражения своего и без того не слишком доброжелательного характера.

Впускать кого-то без дела отец крайне не любил, а входить без спроса и вовсе не разрешал. И сейчас, стоя в темном помещении совершенно одна, Лина чувствовала, как от нервного возбуждения по телу пробежала легкая дрожь. Если отец узнает, что она здесь, будет не просто рассержен, а крайне зол!

Однако прошла минута. Другая. Третья. Даже спустя пять минут разъяренный папа на пороге не появился! А это значило, Ксандер не врал: артефакт действительно работал! Аделина для всех следящих заклятий сейчас по-прежнему находилась в собственной спальне!

Не удержавшись, девушка хихикнула и закружилась по комнате, пожалуй, впервые в жизни чувствуя такое желанное и прекрасное чувство свободы. Пусть короткое, пусть временное, но тем не менее! И все благодаря Ксандеру.

Был бы он сейчас рядом, сияющая от счастья Лина бросилась архивампиру на шею от благодарности! И…

Наткнувшись на угол дубового стола, Аделина ойкнула, а затем прикусила губу, сообразив, куда занесли ее излишне радостные мысли. Нет, целовать Ксандера – это уже слишком. Вот прямо совсем.

Она даже головой замотала, словно вытрясая их из себя. А затем внезапно услышала голоса и приближающиеся шаги.

Страх пронзил тело сотней ледяных игл. Отец?! Неужели все-таки почуял?! Или просто появились срочные дела?

Аделина рванулась, было, к зеркалу, но внезапно глаза статуи богини Мораны вспыхнули, и два белесых луча уверенно указали на дальнюю портьеру.

От изумления Лина охнула. Несмотря на то, что о богах она знала, проявление божественного присутствия увидела впервые. И как быть? Логика требовала быстрее сбежать через тайный ход, в безопасность. Но ослушаться указания богини?..

Ослушаться Аделина не могла. Просто не посмела. Поэтому, осознавая, что совершает непростительную, преступную глупость, все-таки шмыгнула за портьеру.

А спустя миг дверь кабинета распахнулась, впуская отца, маму, бабушку, брата и Ведану!

От изумления у Аделины даже страх ненадолго отступил. Чтобы все семейство посреди ночи внезапно собралось? Зачем? И, главное, почему без нее?

В том, что Лину на семейный совет не позвали, сомнений не было: зайди сейчас к ней кто угодно даже из слуг, и афера с артефактом вмиг бы раскрылась. А об этом никто и речь не вел. Обсуждали все совершенно другое:

– Все равно не понимаю, что случилось с этим мальчиком, – с возмущенными нотками говорила бабушка. – Мы ведь обо всем договорились!

– Любовь с ним случилась, – огрызнулся отец. – Я разговаривал с Бальтазаром почти полчаса, а затем и с его сыном. Парень упорно твердит, что влюбился в Ведану едва ли не с первого взгляда. Бальтазар ругается, но сделать ничего не может.

– Демоновы розы, – пробормотала сестра. – Это все они виновны, я уверена. Будь они неладны.

– Да, про розы он тоже много говорил, – отец с шумом выдохнул и, Лина была уверена, с трудом сдержал ругательство. Даже его лицо перед внутренним взором встало, с чернющими от злости глазами.

– И что теперь? – уточнила мама.

– Поездка под угрозой срыва, – скрипнул зубами отец. – А ведь мы должны были получить доступ к их храмам под предлогом тщательного осмотра для церемонии! Но теперь я даже не знаю, чем это оправдать.

– Тем же самым, – произнес брат. – Самсон ведь все-таки сделал предложение. Пусть и не Аделине, а Ведане.

– Но для этого придется взять ее с собой, – парировал отец. – А я не хочу, чтобы Ведана покидала дворец.

– Папа, я готова, если это необходимо, ты же знаешь, – вмешалась Ведана.

– Знаю, дорогая, – отец вздохнул. – Но опасность для тебя слишком велика.

– Времени у нас тоже не слишком много, – отметила сестра. – И я в любом случае не погибну, это бы мы все почувствовали.

– Ведана говорит разумные вещи. Это будет всего одна поездка под охраной. И ты будешь рядом, – добавила бабушка. – А вот Аделине теперь точно покидать дворец нельзя. Шанс на обеспечение ее безопасности этой помолвкой потерян, и желание убийц добраться до девочки только возрастет.

– Дорогая? – отец все-таки сомневался.

– Я не рада такому исходу, – медленно произнесла мама. – Но, похоже, это единственный вариант. Тебе необходимо осмотреть все столичные храмы делатерийцев лично. Кроме тебя никто не сможет почувствовать и найти божественный источник, ты же знаешь. Даже Родрик хоть и силен, но…

– Но он не жрец Мораны, – сурово заключила бабушка. – Божественные знаки для него незримы.

– Угу, – подтвердил брат. – Я бы и рад, но толку от меня никакого. Мы ведь пробовали уже.

Еще один тяжелый вздох и мрачное:

– Ладно. Раз других вариантов нет, пусть будет так. Но мне это не нравится.

– Это никому не нравится, – мягко и с легкой грустью заключила мама.

И от этой грусти в ее голосе Аделине стало неуютно. А еще стыдно.

Правда стыд быстро исчез под волной раздражения и обиды. Аделина, конечно, никогда особо не вникала в политику, но сейчас ощутила себя чужой. Все семейство собралось обсудить нечто очень важное! Какую-то тайну! Причем изначально тайна была связана с ее помолвкой и, более того, с какими-то убийцами! Но никто ничего ей не объяснил.

Да может, если бы ей сказали, что помолвка нужна для прикрытия и безопасности, Аделина бы и не спорила, и не пыталась ее избежать! Но никто – никто! – ничего не сказал.

Вот Ведане сказали, а ей – нет. Лину использовали втемную, как будто она глупый маленький ребенок. О безопасности ее пекутся, но при этом продолжают дружно скрытничать! Даже под угрозой