Попала! Ошибка истинного - Мария Минц

При упоминании новолуния меня передёрнуло от отвращения.

А Тивадай по-прежнему молчит!

“Да тут я, тут!” – прошелестел на задворках сознания голос Тивадая, – “Просто задумался. Можешь возвращаться обратно! Теперь всё зависит только от меня.”

Я украдкой перевела дух, но расслабиться не получилось.

Всё испортил Феликс.

Когда на пороге хижины вновь возник старик Абрахам, Баттори буквально подтащил меня к нему, больно впившись пальцами в локоть. Толкнул вперёд и сказал на прощание фразу, от которой меня мороз продрал по коже:

– И всё же я тебе благодарен, девчонка! Как бы ты ни старалась это скрыть, кое-что важное об Алдериане мне удалось из тебя вытащить…

Глава 15

– Что вы имеете в виду? – тут же вскинулась я, но Феликс только зловеще улыбнулся и захлопнул дверь.

– Ты и так отняла у меня слишком много времени! – донёсся изнутри его глухой голос.

Вот ведь скотина какая!

Я кинулась к двери с твёрдым намерением прорваться обратно, но тут же на моё предплечье легла сухощавая рука.

– Господин Баттори велел отвести вас обратно в вашу хижину! – просипел Абрахам, – Если его ослушаться, то будет плохо.

“Кому?” – едва не спросила я, но тут же всё поняла. Слишком уж яркие были воспоминания.

Слишком громкий стоял в ушах хрип того же Абрахама, который упал на землю и корчился, хотя Феликс не коснулся его и пальцем!

“Лучше уходи, Василиса,” – проскрипел в ушах Тивадай, явно уловив мои воспоминания, – “не надо нарываться.”

Я с сожалением бросила взгляд на закрытую дверь. Похоже, Тивадай прав, не стоит лишний раз провоцировать Феликса… неизвестно, что ему взбредет в голову в этот раз.

К тому же, не хочется подвергать опасности Тивадая, которому сейчас предстоит самое сложное.

Понурившись, я поплелась за Абрахамом, попутно кидая жадные взгляды по сторонам. Может, что-то изменилось, и я сейчас увижу что-то полезное? Что-то, что позволило бы нам с Тивадаем сбежать отсюда?

Но всё было по-прежнему. Огромные деревья, лестницы, люди, ползающие по ним… от однообразия пейзажа меня замутило.

Я пыталась заговорить с моим провожатым, но на все попытки он реагировал либо невнятным бурчанием, либо вообще никак. В конце концов я махнула рукой на то, что разговорить его и выведать что-то полезное не получится, и замолчала.

Абрахам довёл меня до хижины, вполне обыденным движением впихнул в неё и захлопнул дверь.

– Не высовывайся, – сухо напутствовал он меня, – жди, когда за тобой придут.

И поведут приносить в жертву своему божку, ага. Бегу и падаю… в смысле, смиренно сижу и жду!

Оставшись одна, первым делом я позвала Тивадая.

“Тивадай! Тивада-а-ай! Как ты? Есть новости?”

Молчание. Потом до меня донеслось едва слышное шуршание, и наконец раздался недовольный голос:

“Какие там новости! Я спрятался в укромном месте, жду, когда он куда-нибудь уйдет! А он не уходит…”

Вот блин.

“И что делать?”

“А что тут поделаешь?” – уныло спросил Тивадай, – “Только ждать подходящего момента… так, погоди-ка…”

Он умолк, и я осталась наедине с неизвестностью. Тут же стало не по себе, словно я резко потеряла связь с внешним миром. Попутно навалилось беспокойство за Тивадая, а в голову полезли дурные мысли, одна другой хуже.

Очень ярко нарисовалась картинка: Феликс обнаруживает Тивадая и торжествующе поднимает его над головой за плюшевый хвост.

“Говори, что вы задумали?!” – отчётливо прогремел в воображении его низкий голос, – “Иначе вам обоим не жить!”

“Иначе не жить и твоему Алдериану!”

Нет!

От последней фразы захолонуло и бешено заколотилось сердце, а разум охватила паника.

А если он доберётся до Иштвана? Не сможет ли он ему навредить?

“Василиса, не сходи с ума,” – резонно сказало моё рациональное “я”, – “Не забывай, что Иштван – дракон, а этот Феликс – какой-то вшивый колдун, который отсиживается в лесу и только и умеет, что творить всякие пакости!”

Это верно. Но почему меня так гложет плохое предчувствие?

И Тивадай ещё молчит…

Чтобы отвлечься, я поднялась и принялась бесцельно бродить по хижине, разглядывая её нехитрое убранство. Разглядывать было совершенно нечего: деревянные стены, окно с воздушным стеклом – я не удержалась и на всякий случай потыкала в него пальцем. Ничего не изменилось – земляной пол…

На полу что-то тускло блеснуло. Буквально на секунду, но этого хватило, чтобы я замерла.

Это ещё что такое? Может, показалось?

На всякий случай, я прошлась вокруг подозрительного места, старательно вглядываясь под ноги. И точно – в очередной заход опять что-то блеснуло. Тускло-тускло, словно капелька росы в тумане, но мне этого хватило.

Интересно, что там?

Я поспешно опустилась на колени и принялась ощупывать плотно утрамбованную землю. В какой-то момент пальцы наткнулись на что-то прохладное и явно металлическое.

Может, кто-то просто монетку обронил?

Однако интуиция тут же воспротивилась такому предположению. Сердце гулко стучало, и я принялась копать, спеша поскорее достать свою находку… что бы это ни было.

“Он ушёл!” – вдруг прорезался в ушах голос Тивадая, и я чуть не рухнула от неожиданности, – “наконец-то! Сейчас посмотрю, что он там прячет…”

“Только осторожнее,” – предупредила я его и удостоилась ехидного хмыкания:

“Да уж понимаю, не дурак.”

И опять до меня долетело шуршание. Интересно работает эта связь, конечно. Словно мы с Тивадаем общаемся по обыкновенной рации, а не телепатически!

Шуршание сменилось каким-то бряцанием, а потом и позвякиванием.

“Есть,” – торжествующе сказал Тивадай, – “кажется, это то, что нужно…”

– Ура! – не выдержав, вскрикнула я и тут же получила сердитое шипение в ответ:

“Тише ты! Мне ещё надо добраться обратно, тем более, что…”

Тивадай резко замолчал, словно испугавшись чего-то. Я напряжённо вслушивалась в тишину. От волнения заныло под рёбрами, и, чтобы отвлечься, я вернулась к прерванному копанию.

Пальцы разгребли и отодвинули землю, и я наконец-то вытащила на свет то, что сначала показалось обычной монеткой, только какой-то странно объёмной, будто двояковыпуклая линза…

“Спешу обратно!” – вдруг ударил по ушам голос Тивадая, – “Он возвращается!”

Но я не сразу осознала смысл его слов, потому что во все глаза смотрела на то, что держала в руках.

Никакая это была не монетка.

Это был медальон. Когда я очистила его и надавила на бока, он раскрылся, разломившись напополам, и я оцепенела, увидев то, что скрывалось внутри.

Голова