Дриада и Темный - Tina Jay Rayder

– А мне куда спрятаться? – я неуверенно взглянула на них. – Если “Стана” сейчас в поместье, то я там появиться уже не могу. Мне в гостиницу уйти?

– Нет. – Мик резко повернул голову. – Вернем тебя в поместье. Незаметно. С твоим умением влипать в неприятности, я хочу видеть тебя в поле своего зрения.

Темный развернулся и пошел к лошадям, выискивая что-то в седельных сумках.

Внутри неприятно резануло болью.

Так вот каково это, когда на тебя сердится любимый человек? Я… не хотела. Мы не думали, что Исслах попытается убить невесту прямо на воде. Рассчитывали на разговор, уговоры, ссору какую или еще что-то более хитрое, чем просто прикончить на месте.

А еще я должна была подать сигнал, если почувствую угрозу. Я не подала. Решила, что справлюсь.

Дура, а не помощница.

На глаза навернулись слезы.

– Эй, девочка, ты чего? – удивился Джейд, подходя ближе. – Тебе плохо?

– Нет. – мотнула головой, прячась за волосами. – Все нормально.

И пошла вперед, изо всех сил кутаясь в плащ. Только Тьма больше не могла согреть. Холодно было внутри.

***

Всю дорогу до поместья я молчала, сидя позади Мика. Проблему с проникновением в дом мы решили просто. Джейд просто накинул на меня иллюзию. Они у него удивительного хорошо получались. Я как-то спросила у мужчины, почему так, ведь он целитель.

– Девочка, я целитель, это да. Но просвечивать взглядом через весь организм не могу, не те силы. Да и неудобно это. А когда все плохо у кого-то, могу иллюзией скопировать то, что у него болит. И вылечить это. Удобно, правда?

– Ага… – с уважением кивнула я. – Это просто нечто.

И теперь у меня есть возможность в очередной раз убедиться в необычайном таланте Джейда.

В поместье нас встретили волнением слуги. Но кто им рассказал о случае на озере, не озвучили. Просто кто-то принес весть, те и переполошились.

– Стана, что там случилось? – накинулись на меня девушки в комнатах.

Похоже, что Рилла сама балдела от неожиданного приключения с переодевашками. Девушке вряд ли можно было раньше так свободно себя вести и просто жить как она сама того хочет. А тут, в личине никому неизвестной девчонки, она могла позволить себе что-то новое.

– Я устала. – тихо ответила я Лие. – Спросите у Мика, или Аларика. Они расскажут. Если вы не против, я хочу отдохнуть.

И, не выпутываясь из черного кожаного плаща, рухнула в углу за кроватью, съеживаясь в клубочек. Когда-то я так пряталась от солнца, от дождя, от дня и от ночи. Так было легче.

Но если все это было снаружи, где-то за пределами этих хрупких границ, то вина и боль хлестали изнутри. И запереть их не представлялось возможным. Я попыталась только отгородиться от Тьмы, что удивленно тянулась через связь, пытаясь понять, почему я вдруг убегаю от нее.

Миксал ничего не спрашивал, он даже не заходил в комнату, так что у меня создалось ощущение, что он и его магия, или эта ее часть, существовали отдельно. Надеюсь, что так дальше и останется. Не хочу, чтобы он получал спектр этих моих эмоций. Никогда не хотела. Но брачная связь, тем более, подтвержденная, это узы, природу и действие которых так никто до конца и не изучил.

– Прости меня, Темный. Я правда хотела помочь…

Шепот потонул в тишине пустых комнат. А я уткнулась лицом в сырость одежды на коленках и вздохнула. Клонило в сон. Надо было бы переодеться в сухое, лечь на постель, но сейчас ничего не хотелось. Да и… смысл? Не хочу двигаться. Хочу спать.

***

Тихий стук в дверь разрезал тишину. Но я слышала его словно сквозь вату. Мне было холодно. Хотелось свернуться еще больше, но тело тоже не слушалось.

– Стана? Ты где?

Лия, похоже, не дождавшись ответа, зашла в комнату. Странный вопрос. А. Ну да. Меня не видно от входа, кровать закрывает. Шаги, тяжелые и мягкие, как у кошек, приблизились. Рядом послышался сдавленный вздох.

Но я не могла даже открыть глаза. Тело гудело и казалось неподъемным.

На какое-то время все стихло. А потом шагов стало много. Наверное, Лия позвала ребят.

Холодная рука коснулась лба.

– У нее нет жара. – послышался тихий голос Джейда. – Но что-то не так. Мик?

Что? Темный тоже здесь? Зачем? Не хочу, чтобы он видел меня такой! Я же не хотела причинять ему неприятности! Ну почему?

Теплые руки попытались поднять голову от колен, но тело лишь дернулось, съеживаясь сильнее.

Не хочу.

Холодно.

Но теплые руки лишь легко прошлись по волосами и вдруг одна нырнула за спину, а вторая – под коленки. Еще миг и пол исчез, а тяжелое непослушное тело как-то очень удобно уместилось в чужих объятиях.

– Сядь на кровать. Так я хоть немного осмотреть ее смогу. – донесся голос лекаря.

– Что с ней? – Темный говорил совсем рядом, негромко, ровно, стараясь не повышать тон.

– Ну, определенно точно она замерзла. – проворчал Джейд уже ближе. – Видишь, как в твой плащ кутается? Но почему она не сменила мокрую одежду, когда зашла?

– Она странная была. – вмешалась вдруг оборотничка. – Как будто не в себе. Пробормотала что-то, про то, что устала и ушла в комнату.

– Мик, ты можешь что-то через связь почувствовать?

Темный помолчал.

– Я закрылся. – наконец признался он. – Ты же знаешь, какой я в гневе. Не хотел, чтобы она это чувствовала.

– Ты идиот. – констатировал друг. – Сейчас же откройся и скажи мне, что у нее в эмоциях.

На несколько мгновений наступило тихое ожидание.

– Я не могу. – в голосе Миксала слышалось неявное удивление. – Она… сама закрылась от меня.

– В кои-то веки сумела это сделать, но как же невовремя. – проворчал Джейд. – Ладно. Пойдем другим путем. Лери, позови Аларика.

– Я здесь. – еще один голос вмешался в разговор. – И мне очень интересно, что вы сделали с этой девчонкой, что у нее такое в эмоциях?

– Что? – глухо спросил Мик у меня над головой.

– Боль. – коротко ответил Аларик и подошел ближе. – Тупая, ржавая, глухая и отчаянная боль. Она столь глубока, что вряд ли кто-то из нас является ее источником. Но вот пробудить, вскрыть ее, вытащить наружу, кто-то все же сумел.

В тоне вампира слышался какой-то укор. Прости, Аларик. Тебе, наверное, тяжело чувствовать все это через призму своих способностей?

Но тело все еще безвольной сломанной куклой лежало на коленях Мика, не желая подчиняться моим мысленным приказам.

Но думать тоже все еще было тяжело, как будто я все никак не могла выплыть