(не) желанная жена офицера Басманова - Анна Арно

— Тася? — удивленно выдыхаю я.

— Она самая, — кивает баб Нина. — Бедная девочка, на ней лица не было, когда ее муж забирал, у меня самой сердце кровью обливалось.

— Но как же так? — непонимающе хмурюсь я. — Почему?

— Ну она ведь тоже учиться уехала, как и ты. Только она одна совсем, некому было за ней присмотреть, вот и… — она разводит руками, — принесла в подоле родителям. Еще и признаваться не хотела, кто отец. Так родители весь город на уши поставили, нашли. Человек оказался серьезный, но от Таи не отказался, женился. Хоть она и не хотела, явно, — вздыхает баба Нина. — Оно же знаешь, как бывает, девочка? У нас то и права голоса нет, такая доля женская.

— Но я не согласна! — протестовать пытаюсь, хотя и понимаю, что это бессмысленно, не по адресу, так сказать. — Да это же глупость полнейшая: силком отдавать за того, кто обесчестил! Ужас! А если он ее это… — понижаю голос, — против воли? Это выходит бедную Таю за насильника отдали?

— Ну это вряд ли, — отмахивается бабушка Бесо. — Все же видела я того мужчину, не похож он на насильника. Знаешь, чем-то на нашего Бесо смахивал. Кажется тоже офицер. И такой же хмурый, молчаливый, но видно было, что от Таськи нашей глаз оторвать не может. Так что ты уж так не волнуйся за подругу. Думается мне, что она в надежные руки попала, — успокаивает меня бабушка, но тут же приговаривает задумчиво: — Вот бы и нашему Бесику уже жена перепала. Уж он-то, в отличие от охламона Бори был бы хорошим мужем, согласись?

Задумчиво на бабушку смотрю. Все же мне не кажется, что она на что-то намекает? Неужто и правда в курсе всех подробностей наших переговоров с их семьей?

Тогда лучше бы мне бежать поскорее. Пока меня и тут не начали обрабатывать. Еще этого не хватало мне.

— Наверно, — пожимаю я плечами. — Это вам его жена потом расскажет. А кстати, — будто между прочим спрашиваю я, — а где сам Бесо? Мне бы переговорить с ним.

— Так он вроде с дровами на заднем дворе разбирался, да хотел порядок в бане наводить. Никогда ж на месте не сидит.

— Это точно, — вздыхаю я, вспоминая, что он до сих пор так и не отдыхал совсем.

И почему меня это так сильно беспокоит? Не мое же вроде дело. А он мужик взрослый, сам разберется.

— Так ты проходи, милая? — бабуля ловит меня под локоть. — Чего ж на пороге стоим? Пойдем чаю выпишем, там глядишь и Бесо освободится, поговорите.

— Да нет, баб Нин, — улыбаюсь вежливо. — Я просто тороплюсь очень. Так что побегу сама Бесо искать, а чай в другой раз обязательно.

— Ну заходи, дочка, — соглашается она. — Как время будет. Я тебе всегда рада.

— Спасибо, баб Нин, — обнимаю ее, ведь и правда соскучилась.

Такая уж она открытая женщина, что с ней всегда говорить легко было, даже на самые откровенные темы.

Так и жила я под крылышком у двух бабуль. Которые как могли отстаивали мои девичьи права в этом устаревшем патриархальном мирке.

Но сейчас я действительно спешу. Ведь если не предоставлю нашему главному патриарху жениха, то он еще вздумает сам мне оного найти. А этого я уж точно не переживу!

Поэтому распрощавшись с бабушкой Нино выскакиваю на улицу, снова кутаясь в свою худую курточку, и пулей бегу на задний двор.

У колуна уже никого. В дровеЙнике тоже не видать. Значит с дровами Бес уже закончил.

Бабушка сказала, что он еще в бане порядок навести собирался.

Бросаюсь туда, дергаю дверь и…

— Ой…

Глава 16. Мария

Банька-то у соседей совсем крошечная оказывается. У моих стариков всяко побольше будет. Все потому что мой дедуля заядлый банщик, и мужики со всей деревня к нему в гости ходят париться. А тут считай прямо с порога пара лавок в помещении два на два, — вот и всё удобства. Ни тебе предбанника человеческого, как у моего дедушки, ни стола на десяток гостей. Да и вместо нормального душа тут в углу стоит бочка с водой и ковшиком. С этого самого ковшика сейчас и поливается Бес.

Он стоит ко мне спиной.

Абсолютно голый…

А я так и замираю с открытым ртом и… дверью.

Должно быть именно сквозняк привлекает его внимание, и он… поворачивается.

Всем своим могучим телом.

— Ого… — срывается с мох губ выдох.

— Маша? — слышу голос Беса, но просто физически глаз от его тела оторвать не могу.

Особенно от отдельных его частей…

Он же просто… огромный…

Сейчас кажется даже еще больше, чем наощупь. И к тому же будто еще сильнее увеличивается под моим взглядом.

А я все продолжаю смотреть, скорее от шока, никак не ожидая, что Бес встретит меня в таком виде.

— Машка, да чтоб тебя! — сконфужено рычит он, вдруг подается опасно близко ко мне, и…

…выхватывает с крючка у меня из-за плеча полотенце, чтобы прикрыть наготу.

И тут же отстраняется.

— Рот уже прикрой, бестолочь, — ворчит он. — И дверь. Холодно вообще-то.

Смыкаю губы и как-то на автопилоте тяну на себя дверь, с грохотом захлопывая ее, изолируя нас с Басманским дьяволом от внешнего мира.

Он как-то вопросительно приподнимает бровь:

— Ты щас серьезно?

А я так и стою, не в силах понять, что делаю не так:

— Ч-что? — выдавливаю искренне не догоняя, в чем проблема.

— Я имел в виду снаружи, — дышит почему-то заметно тяжело. Видимо потому что тут дико жарко.

А мой взгляд все продолжает шарить по его телу, лишь частично прикрытому полотенцем.

— Что снаружи? — переспрашиваю.

— Ты снаружи должна быть, балда, — выговаривает он мне строго. — Я сказал дверь закрыть. С обратной. Стороны.

— Но я это… поговорить надо… — мозг потихоньку включается, и взгляд наконец начинает подчиняться моей воле, и нехотя ползет к холодным глазам, — с-срочно.

— Настолько срочно? — Бес слегка склоняет голову, как бы намекая, на свой неуместный для разговора вид.

— Ой, ну… — меня кажется только сейчас начинает накрывать смущением, с заметным опозданием, и я даже слова не могу подобрать в свое оправдание, — я это… не хотела… то есть… мне просто правда оч-чень срочно нужно было, — бормочу невнятно, теперь не зная куда взгляд прятать, — я потому и не подумала совсем… но я… В общем извини, что отвлекла, я потом зайду… то есть, нет! Не зайду больше! Но поговорим позже, — уже даже за ручку двери берусь, с намерением