Флирт с серьезными намерениями - Кендалл Райан

— Давай, — отзывается Джек со своего места на диване рядом с Натали.

Я не тороплюсь на кухне, задерживаясь дольше необходимого с двумя бутылками импортного пива в руках.

Сегодня абсолютно обычный для нас субботний вечер. Пиво. Пицца. Футбол по телевизору. Так почему же я чувствую, что совершенно теряю контроль? Что-то изменилось, и мне нужно понять, что именно. И быстро, пока я не натворил глупостей и не выставил себя полным придурком.

Глубоко вздохнув, я несу пиво в гостиную, протягиваю одну бутылку Джеку и устраиваюсь в кресле напротив дивана. Глаза Натали прикованы к телевизору, а Джек смотрит в свой телефон. Я наблюдаю, как Натали отлепляет сыр от кружка пепперони и отправляет его в рот, медленно пережевывая. Затем ее маленький розовый язычок высовывается, чтобы облизать большой палец, и я подавляю стон. Она проделывает то же самое с кусочком колбасы, закидывая его в рот.

У меня совершенно нет на это времени. Мы с Джеком дали клятву, а я не даю пустых обещаний. Я горжусь тем, что я из тех друзей, которые держат слово. Что бы это значило, если бы я просто взял и отказался от всего этого ради какой-то девушки? К тому же ни за что на свете я не буду стирать грязные трусы Джека.

Я провожу рукой по подбородку. Кого я обманываю? Натали — это не просто какая-то девушка. Она самая милая, добрая и трудолюбивая из всех, кого я знаю. И она заслуживает парня, который будет ее боготворить и даст ей все, чего она достойна: любовь, брак, детей, все, что нужно. Поэтому, как бы сильно я ее ни хотел, как бы ни жаждал целовать ее, пока мы оба не начнем задыхаться, этого не произойдет.

— Бен спрашивал обо мне? — интересуется Натали.

Я как ни в чем не бывало делаю глоток пива и жду, когда ответит Джек, надеясь, что он скажет «нет», но тут же чувствую укол совести. Ради Натали я надеюсь, что Джек не ляпнет чего-нибудь бестактного, что заденет ее чувства.

— Я не видел его. У него последние пару дней были выходные.

Взгляд Натали возвращается к телевизору, но я вижу, что она не следит за игрой. Она гадает, почему Бен ничего не сказал, почему не построил с ней никаких планов на свои выходные. Я вспоминаю наш вечер у озера, и то, каким тихим и грустным был ее голос, когда она призналась, как сильно хочет кого-нибудь встретить.

Джек ловит мой взгляд, устремленный на Натали, и я быстро отворачиваюсь.

— Не могу поверить, что Уэстон помолвлен, — говорю я чуть громче, чем нужно.

Джек снова смотрит на меня. Это далеко не новость. Уэстон помолвлен уже три месяца.

— Ты с ним общался в последнее время?

Я качаю головой.

— С тех пор, как он звонил поделиться радостной вестью, нет.

Мы учились в колледже вместе с Уэстоном Чейзом. Тогда он был футбольным богом, но это было ничто по сравнению с тем безумием, которое началось, когда он стал квотербеком в стартовом составе в профессиональной лиге. К сожалению, его задрафтовали в «Филадельфию», так что мы его почти не видим. Я не могу не задаваться вопросом, кто же та счастливица, ведь последние десять лет он был тем еще «игроком». Игрока официально переиграла… женщина.

Я еще несколько минут не свожу глаз с поля, наблюдая, как Уэстон делает идеальный пас, который приводит к тачдауну. Но все это время я не перестаю думать о Натали, ощущаю ее присутствие так, как никогда раньше. Я остро чувствую, как она ковыряет ноготь на большом пальце и хмурится, когда другая команда получает тачдаун. Как ее пышная грудь выглядывает из-под вязаного топа и какими маленькими кажутся ее босые ноги по сравнению с ногами Джека.

И я более чем отчетливо чувствую, как мой член шевелится в шортах, когда она подносит к губам бутылку с водой и делает большой глоток.

Я заставляю себя отвести взгляд.

Натали поднимается на ноги и начинает собирать пустые коробки из-под пиццы и использованные бумажные тарелки с журнального столика.

— Оставь, — говорю я, вставая вместе с ней. — Для этого у нас есть Джек.

— Придурок, — ухмыляется он мне.

— Я устала. Думаю, на сегодня все, — говорит она, игнорируя меня, и несет коробки на кухню.

— Уверена? Еще рано.

Натали кивает.

— Выдалась тяжелая неделя. Меня просто клонит в сон. — Она прикрывает рот рукой, борясь с зевотой, и мне это кажется странно очаровательным. — Вы уверены, что мне не нужно сначала помочь вам прибраться?

— Абсолютно.

Она забирает со столешницы свою сумочку и кардиган, а затем пересекает комнату, чтобы поцеловать Джека в щеку.

— Спокойной ночи. Спасибо за пиццу.

— Доброй ночи, — говорит Джек, не отрывая глаз от экрана телевизора.

Когда Натали возвращается в прихожую, где я ее жду, я уже подхватил пустые коробки от пиццы и предлагаю ей свободную руку.

— Пойдем. Я провожу тебя.

— Не стоит.

— На улице темно.

Мы проходим через это каждый раз. Секунду она стоит на своем, но знает, что я не отпущу ее на парковку одну.

Мы спускаемся по лестнице, и по пути к ее машине я выбрасываю пустые коробки от пиццы в мусорный бак. Она нажимает на кнопку брелока, чтобы разблокировать двери, и фары один раз мигают.

— Ты точно в порядке? — спрашиваю я, останавливаясь у водительской двери.

Натали прислоняется бедром к машине и смотрит на меня снизу вверх.

— Я в порядке. Не волнуйся так. — Она одаривает меня грустной улыбкой, и, прежде чем я успеваю осознать, что делаю, я заключаю ее в объятия.

Я держу ее так — прижатой к моей груди — на несколько секунд дольше, чем позволено невинными объятиями, наслаждаясь ощущением ее мягких изгибов, прижатых к моему телу. Ее запах сводит с ума, и я глубоко вдыхаю его, удерживая ее рядом.

— Кэм? — Смятение отражается на ее милом лице, когда я отпускаю ее и делаю шаг назад.

Я сглатываю и делаю глубокий вдох.

— Аккуратнее на дороге.

Как бы мне ни хотелось это отрицать, я больше не могу прятаться от правды. Меня по-настоящему влечет к Натали. Не то чтобы я не знал, что она красавица, конечно знал. Просто я никогда не позволял себе обращать на это внимание. А теперь как будто кто-то щелкнул выключателем, потому что я, кажется, замечаю в ней каждую мелочь. Как она ест, как звучит ее смех, как она двигается… И что еще хуже, меня заводит эта каждая мелочь.

Что