Драконий брак, где всё не так - Оксана Октябрьская

— Надеюсь, он найдёт нужные слова, чтобы подбодрить и успокоить мальчика...

— Не похоже, чтобы стриж был в этом силён, — скептически ответил Пушок и

подтолкнул ко мне яблоко, оставленное драконёнком. — Поешь. Но огрызок мой!

— Да забирай всё яблоко, я лучше подремлю немного, а то кажется, по мне каток

асфальтовый проехал туда-обратно, ещё и колено болит.

— Ничего, Янка, вот переедет эта рыжая в замок, я ей все шмотки погрызу!

Продукты жизнедеятельности раскидаю в самых неожиданных местах, — мстительно

прищурился крысик.

— Не вздумай! Не хочу снова тебя оплакивать. Но спасибо, на душе стало легче,

хоть один рыцарь есть.

Я залезла в кровать, закуталась в одеяло и попыталась уснуть, только вот в

голове крутилось всё, что случилось за эти дни. Мне до сих пор казалось, что

сейчас проснусь в своей постели, посмеюсь над дурацким сном...

Меня разбудил грохот! Что-то похожее на взрыв сотрясло комнату, от испуга я

хотела вскочить, но запуталась в юбке и одеяле и кулём свалилась с кровати,

крыс рухнул со мной и еле успел отскочить.

— Ещё чуть-чуть, и была бы крыса табака, вот так, — проворчал он, лёг на спину

и раскинул все лапы в стороны, изображая курицу в латке. — Что это

грохнуло-то? У замка стена отвалилась?

Я выпросталась из тряпок, а в коридоре тем временем поднялась суматоха,

топотали ноги, раздавались испуганные возгласы, громкие тревожные шепотки.

— А что случилось? — я высунулась из комнаты и поймала за руку какую-то

служанку.

— Что-то в магической комнате, а хозяина дома нет! — буркнула она и умчалась.

Из большого коридора до меня долетели чьи-то слова «сын хозяина», и сердце

рухнуло в пропасть.

— Сиди тут, чтобы не затоптали! — приказала я Пушку, закрыла дверь и побежала

за служанкой.

Можно выходить или нельзя, наплевать! Похоже, с Вико что-то стряслось, а отца

дома нет.

Перепуганные слуги столпились у единственной двери в небольшом пустом холле. По

толпе шелестели вздохи и всхлипы.

— Открыть надо, Ганн! — раздался знакомый старушечий голос от двери. — Нет его

нигде, значит, снова набедокурил, да пострадал.

— Нельзя, — прикрикнул управляющий. — Нам всем строго запрещено входить в эту

комнату. А если мастер Вико ещё кого-то в наш мир притащил, как ту девицу?

Откроем, и выпустим тьму. Надо хозяина ждать.

— Да когда его найдут? А мальчик, может, ранен, — сердито спорила Санда. –

Отойди, говорю!

Ранен...

Растолкав людей, я добралась до двери. Ганн загораживал её спиной, напротив

него с самым решительным видом стояла, стиснув кулачки, маленькая старушка.

— Санда права, Вико не выходит, значит, ему нужна помощь!

— А тебе кто позволил выйти? — заорал Ганн и махнул кому-то: — Верните её в

комнату и заприте! Может, это всё её проделки! Задурила мальчику голову,

замыслила что-то, да?

Меня схватили за руку, но я выворачивалась, царапалась, отбивалась и орала.

Поднялась толкотня, Ганн сам попытался меня изловить, а юркая Санда

прорвалась и распахнула дверь!

Из комнаты вырвался густой дым, слуги кинулись врассыпную, а я рванула в

комнату.

— Вико! — от дыма было трудно дышать, глаза слезились. — Вико, где ты?!

— Стой. Надо окно открыть, оно справа! — раздался рядом голос Санды и через

несколько секунд в тёмную комнату полился свет и прохладный воздух.

— Вико, отзовись! — я всматривалась, осторожно продвигаясь вперёд, это была не

комната, а огромный мрачный зал, совершенно пустой в центре.

Раздался слабый стон. Едкая дымовая завеса понемногу таяла. Стон повторился,

уже слабее.

— Малыш! — я рванула со всех ног, заметив жёлтый жилет мальчика,

распластавшегося у огромного стола среди осколков, пятен каких-то пугающих

жидкостей, тлеющих обрывков бумаги.

Так, надо осмотреть, нет ли торчащих костей и ран, ощупать голову... Мои руки

тряслись, во рту пересохло, а по спине катился пот. Дома я с подобным не

сталкивалась, ну, были ещё в школе занятия по оказанию первой помощи, да кто

бы что запомнил! Дальше-то что делать?

Вико, вроде, был цел, но без сознания. На затылке мои пальцы нащупали

здоровенную шишку. И тут мне на глаза попался клочок бумаги. Буквы сперва

показались незнакомыми, но потом выстроились в понятные слова.

Ох, Вико, глупыш... Зачем?!

— Носилки! — грянул рык от двери.

Тор-брахс влетел в комнату, дрожащие пальцы коснулись щеки мальчика.

— Кажется, ран нет, но на затылке шишка. Он стонал, когда мы вошли, а теперь

без сознания. Вот, — я протянула мужчине обрывок. — Отворотное зелье. Думаю,

он пытался это сделать, чтобы спасти тебя от брака.

Лорд стиснул зубы, на виске пульсировала венка.

Наконец, принесли носилки, — две палки и кусок рогожки, — и отец осторожно

уложил на них сына. Сам взялся спереди, один из слуг сзади, и мы все пошли

на улицу.

Мужчины опустили свою ношу на землю, Тор-брахс снова помчался по склону,

крикнув, чтобы люди отошли как можно дальше, и превратился в дракона. Его

тень пронеслась над нашими головами, зверь спикировал, подхватил носилки и

умчался.

— Куда он? — я вцепилась в руку Санды, с тревогой провожавшей глазами хозяина.

— Тут недалеко лекарь живёт, тоже из драконьего рода. Понемногу-то они все

лечить умеют, а если что серьёзное, так знания и особые умения нужны.

— Санда, я тебе это припомню! — к нам подошёл всклокоченный Ганн, по пути

приглаживая седые волосы. — Всё хозяину расскажу!

— Смотри, не забудь только, — не стушевалась старушка. — Заодно расскажи, как

хотел его сына без помощи оставить, боясь распоряжение нарушить. Не всё по

правилам должно быть, старый ты индюк! — она сурово потрясла пальцем перед

его носом. — Иногда надо по необходимости поступать, для того тебе и разум

дан.

— Что тут происходит? — раздался знакомый требовательный, капризный голос. К

нам шла по склону рыжая. — Что вы тут столпились? Бездельничаете? Куда

улетел лорд Тор-брахс?

— Простите, миледи, — сложился пополам Ганн. — Люди взбудоражены, неприятность

у нас. Мастер Вико снова магические опыты ставил и пострадал. Милорд понёс

его к лекарю.

Я застыла, прищурившись. Станет изображать тревогу или нет?

— Что ещё можно ожидать от ребёнка, если нет материнской руки? — холодно

заявила эта дрянь, ей было абсолютно наплевать на мальчика. А вот мой взгляд

и кривую усмешку она заметила. — Что она тут делает? Почему не сидит в

комнате? Ганн, как это понимать?

— Милорд сказал, что девица больше не пленница, мы её не заперли... –

стушевался слуга.

— Об этом я с милордом поговорю. А пока, как его невеста и будущая хозяйка в

замке, приказываю