Мыльное дело попаданки - Юлия Шахрай

неё воду и водрузить на плиту. Перед тем как добавить золу, несколько раз её просеиваю, чтобы избавиться от кусков дерева и мусора. Прежде чем приступить к варке, открываю все окна — пара будет много. Пока довожу смесь до кипения, тщательно её перемешиваю, а также ситом вылавливаю крупные куски угля с поверхности получаемого щёлока.

Когда смесь закипает, убавляю огонь. Поскольку варить нужно примерно два часа, постоянно помешивая, делаем это с Даунтоном, сменяя друг друга.

Затем выключаем смесь. Дождавшись, пока щёлок немного остынет и отстоится, осторожно переливаем его в пустую ёмкость так, чтобы не задеть осадок. К моей радости, щёлок получается светлым и с правильным запахом, из чего делаю вывод, что мне повезло с углём — похоже, камины топили лиственными породами дерева. Полученной смеси нужно ещё несколько раз отстояться, так что решаем возню со щёлоком продолжить завтра.

Утром заканчиваем отстаивание, после чего увариваем щёлок, а затем оставляем его остывать. Чтобы проверить крепость, наливаю смесь в чашку и опускаю туда яйцо. Оно всплывает — всё получилось, как нужно.

На один килограмм мыла обычно требуется килограмм жира, так что ставлю на огонь две кастрюли: в одну перекладываю жир, а во вторую наливаю порцию щёлока. К счастью, у кухарки есть не только весы, но и градусник, так что нагреваю содержимое кастрюль до семидесяти градусов, а после переливаю щёлок к жиру и убавляю огонь. Снова нужно постоянно помешивать в течение часа, и Даунтон в этом очень помогает. Через час подогреваю ещё одну порцию щёлока и вливаю в кастрюлю с будущим мылом, после чего томим ещё два часа. К моему облегчению, консистенция после этого этапа получается киселеобразной, что очень меня радует и обнадёживает. Можно было бы на этом остановиться, потому что даже так уже получилось бы мыло. Но оно было бы очень щелочным, что меня совсем не устраивает. Поэтому после обеда приступаю к следующему этапу.

Разбавляю в чистой воде соль, довожу основу мыла до кипения, после чего убавляю температуру и порциями ввожу солевой раствор, раз в пятнадцать минут. Как только мыло начинает отделяться от остальной массы, снова довожу основу до кипения, чтобы максимально равномерно распределить соль и удалить углекислый газ. После этого выключаю огонь, и мы вместе с Даунтоном закутываем кастрюлю в заранее приготовленное одеяло, чтобы замедлить остывание смеси и предотвратить слишком сильное высаливание.

Пока мыльная основа настаивается, у меня наконец-то появляется время на то, чтобы заняться уборкой. Беру швабру, совок, метлу, тряпки и отправляюсь в свою комнату. По пути мне встречается няня. При виде моей ноши её глаза округляются:

— Госпожа, а что же вы это? А?.. — похоже, она шокирована настолько, что не может подобрать слов.

Пожимаю плечами:

— Собираюсь убраться у себя в комнате.

— Да что вы! — она предпринимает попытку отобрать у меня швабру. — Я и сама могу!

В её возрасте не удивительно, что ей тяжело поддерживать порядок в таком огромном доме. Да и зрение обычно к старости ухудшается. И даже если не принимать во внимание то, что она няня, а не служанка, всё равно не хочу перекладывать уборку на её хрупкие плечи. Так что упираюсь:

— Я хочу сама.

На звуки нашего спора из комнаты выходят Шамиль с Самирой. Сестра хмурится:

— Что у вас происходит?

Успокаивающе качаю головой:

— Ничего серьёзного. Не переживайте.

— Да как это ничего серьёзного?! — возмущённо восклицает няня. — Госпожа решила сама прибраться в своей комнате! Да разве же можно так?

Пожимаю плечами:

— Я ведь госпожа. Кто мне может запретить? Да и слуг в нашем доме осталось мало, не жить же из-за этого в грязи.

— Да я сама!..

— Вот и я сама. На этом разговор закончен! — припечатываю я.

Выразительно смотрю на няню. Она выпускает швабру и горестно вздыхает. Игнорирую это и всё-таки поднимаюсь на второй этаж.

Сестра с братом идут за мной. Самира не выдерживает:

— Ты действительно собираешься убираться?

Киваю:

— Да.

— Но ведь это работа для слуг!

— Наша няня уже стара, а у Даунтона и без того много обязанностей. Не жить же из-за этого в грязи.

— Но ведь мы аристократы!

— И что? Это же не значит, что нам нужно жить в грязи. И титул никак не ограничивает нашу возможность делать то, что делают слуги.

Самиру мои слова заставляют задуматься. Шамиль убегает, а она заходит вместе со мной в мою комнату, какое-то время наблюдает за тем, как я протираю подоконник и стираю пыль с мебели, затем вздыхает:

— Ты права. Я тоже не хочу жить в грязи. Может быть, ты покажешь мне, что и как делать? Я тоже хочу, чтобы в моей комнате было чисто.

— Хорошо.

Рассказываю ей тонкости вытирания пыли: тряпка должна быть чуть влажной, чтобы пыль не разлеталась. Показываю, на какие места скопления пыли нужно обратить внимание. Учу снимать паутину и менять постельное бельё, чистый комплект которого обнаруживается в шкафу.

Понаблюдав, как я заправляю одеяло в пододеяльник, Самира хмурится:

— Не уверена, что сама с этим справлюсь. Выглядит сложно.

— Не переживай, я тебе помогу. Начни пока с пыли и паутины. А попозже я покажу тебе, как правильно подметать и мыть пол.

— Хорошо.

Мой трудовой порыв нарушает Даунтон. Он входит в комнату и хмуро произносит:

— Госпожа, к вам приехал гость.

— Гость?

— Барон Шуасский, живущий по соседству.

— Разве мы ждали гостей?

— Нет, — Даунтон выглядит так, словно хочет добавить что-то ещё, но сдерживается.

— Если мы не ждали гостей, то зачем он приехал?

— Вот это вам и предстоит узнать.

— Он был дружен с моим отцом?

— Нет. Когда была жива ваша матушка, она изредка устраивала приёмы, но, насколько мне известно, близкие отношения с соседями так и не сложились. А ещё никто из них не пожелал объединиться с вашим отцом, чтобы нанять наёмников.

— Может быть, гость приехал, чтобы выразить соболезнования?

— Не уверен. Если бы дело было в этом, он бы появился гораздо раньше.

— Хм… Тогда действительно странно.

— Лучше одна на встречу с ним не ходите.

— Почему?

— Неприлично это. Это может вас скомпрометировать.

— Ладно, — отставляю в сторону метлу и направляюсь к двери.

— Госпожа, вы в таком виде собираетесь встретиться с бароном? — уточняет Даунтон.

— А что со мной не так? — останавливаюсь и жду ответа.

— Как бы вам это сказать…

— Говорите как есть.

— У вас грязь на щеках и волосы растрёпаны. А ещё вы в домашнем платье.

— Точно!.. А как ты думаешь, какое платье мне лучше надеть? Наш гость в доме или ждёт у двери?

— Я