Недотрога для хищников. Единственная для двоих - Олеся Рияко

поваленных деревьев, не горела, но неприятно дымила. Её чёрная броневая обшивка пострадала не сильно, а вот манёвренные крылья подломились. Сегодня на небосводе не было луны и в тусклом свете звёзд было сложно что-то рассмотреть. Однако форма этого корабля показалась мне смутно знакомой.

С другой стороны, форма всех космических кораблей была немного схожа. Потому что создавалась на основе одних и тех же законов физики, аэродинамики и прочих универсальных механик.

Рину указал мне на выломанный, буквально выкорчеванный люк, и я не без улыбки подумала, что вполне вероятно именно Рэвул приложил тут свою не дюжую силу. Красноволосый киранец влез туда первым и помог мне забраться внутрь корабля следом за собой.

Это был отсек с длинными рядами кресел, как в пассажирском самолёте. С той только разницей, что ремень у каждого пассажира был не один, а целых пять. И все кресла были пусты.

Их было едва видно в тусклом синем свете аварийного освещения. Забавно, что аварийное освещение у инопланетян было синим, а не тревожно-оранжевым.

Я медленно следовала за Рину между кресел и всё думала, почему они могли оказаться пусты…

Мы практически миновали пассажирский отсек, когда впереди, за выломанной искрящей ободранными проводами дверью послышался какой-то шум и приглушённые голоса.

— Рину… осторожно… — я инстинктивно схватила киранца за руку и произнесла это одними губами.

Он обернулся ко мне и улыбнулся.

— Всё в порядке. — Ответил он вполне обычным голосом. — Я слышу, как Рэвул разговаривает с кем-то на вполне спокойных тонах. Думаю, если там кто и выжил, то уже обезврежен нашим капитаном. Пойдём, Ив.

Рину потянул меня за собой через очередной дверной проём в узкий тёмный коридор, где даже синие лампы почти не горели. Но я знала, что бояться нечего, ведь киранцы хорошо видели в темноте.

— Нужно показаться ему и скорее проверить, сохранился ли генератор. Потому что если да… то это всё... — Со взволнованным придыханием сказал Рину. — Используя детали этого корабля, мы закончим ремонт всего за пару дней!

Дрожа от важности этого момента, я крепче сжала руку Рину и поспешила за ним вперёд.

И едва мы отошли от выломанной двери, как и я, услышала голос Рэвула:

— Экономь силы, боец. Это приказ! Аш-ш… Карадла!

— Боюсь, силы мне уже больше не понадобятся, капитан, — с обречённой усмешкой ответил ему незнакомый мне хриплый голос, — но мы хотя бы попытались… Ребята уже… да?

Рэвул не ответил.

— Проклятье… — Горько усмехнулся незнакомец. — Вот всегда я последний… Хе-хе…

Его неловкий смех вдруг оборвался громким и болезненным кашлем.

— Молчи, идиот… — Натужно прорычал Рэвул, словно пытался поднять что-то тяжёлое.

Но незнакомец снова его проигнорировал.

— Мы только надеялись, что у вас получилось… Это ведь не Кира́, да?

— Заткнись, Си́ал. Просто побереги силы. Я сейчас вытащу тебя… нужно только остановить кровь… Я сейчас… тебя вытащу…

— Бросьте, капитан. Я знаю, что не жилец. Я просто рад, что умру не там. Только не т-ам… Прошу… последняя… просьба… похороните, как анталиорца… Х-чу… мереть ант-лиорцем, а не полу-кх-ровкой…

Узкий коридор, по которому мы шли с Рину, закончился ещё одной выломанной дверью, и я увидела разбитый капитанский мостик. Выдранные с мясом тяжёлые монолитные кресла, как и в наших кораблях вмонтированные в капсулы аварийного жизнеобеспечения, провисшие каркасные балки и свисающие с потолка куски искрящих оголённых проводов…

Кресел изначально было три. Одно оставалось на месте пустым, в одном кто-то лежал, а третье было вырвано с корнем и валялось на боку, заваленное сверху балками. Под ним, придавленный по пояс, лежал человек… Точнее, конечно же не человек… Впрочем, я не видела его лица, оно было залито кровью. Только его длинные седые волосы, разметавшиеся по грязному металлическому полу.

И именно над ним склонился Рэвул, опустившись возле несчастного на одно колено.

— Ты не полукровка, Сиал. — Решительно сказал киранец, держа руку на плече мужчины. — И я тоже. Почти все мы.

— Кх… кх-апитан… — куда тише прежнего простонал мужчина, и я увидела, как из его рта вырвался густой кровавый всплеск.

В этот момент Рэвул поднял взгляд на нас с Рину, и в его глазах вдруг вспыхнула настоящая ярость, заставившая меня спрятаться за спину его брата.

— Ив… — Кипя от злости, прошептал он и стремительно поднялся нам навстречу, обернувшись к Рину. — Какого тара ты притащил её сюда?!!!

Я попятилась ещё, и едва не упала, наступив на что-то.

Обернулась…

Мой взгляд опустился вниз, и я замерла, перестав дышать.

Мне показалось, что время остановилось вокруг меня, а все звуки исчезли. И будто бы даже вся эта планета зависла в космосе перед неминуемым и бесконечным падением в бездну, послав к чёрту все законы гравитации.

Я наступила на руку в чёрной кожаной перчатке… Она лежала отдельно, но недалеко от тела и принадлежала лысому мужчине лет тридцати, оставшемуся лежать в кресле пилота без каких-либо признаков жизни. Его нос и рот скрывал чёрный воздушный фильтр, похожий на герметичную кислородную маску пилота, он был одет в чёрный лётный комбинезон с броневыми нашивками на плечах, предплечьях, груди и коленях… Но замереть меня заставила не его форма, которую я узнала бы пусть даже и по одной перчатке, оставшейся на его оторванной руке… а по глазам. Абсолютно белым глазам, лишённым зрачков, радужек и кажется, что самой жизни.

Они были абсолютно пусты.

Пусты…

Узнаваемая чёрная форма и эти глаза… я не могла ошибиться. Не могла. Не могла…

Моё тело пришло в себя раньше моего сознания. Отточенный за долгие годы рефлекс легко взял над ним верх — я мгновенно вытянула из кобуры оружие и направила его на Рэвула.

Рину отшатнулся в сторону с линии огня и попятился, ошарашенно переводя взгляд с меня на дуло плазгана, смотревшего чётко в лоб его брату.

— Ив? Что на тебя нашло…

— Не двигайтесь. Вы оба!

Прорычала я сквозь зубы, чувствуя при этом, как всё внутри меня умирает, а по венам, как кислота, начинает струиться кипучая ядовитая ярость.

Пустые… Это корабль пустых. Тот дохляк у ног Рэвула… он назвал его своим капитаном…

Капитаном! О боже!

Глава 104

Рину поднял руки, ни то сдаваясь, ни то, пытаясь меня успокоить.

— Что… что происходит?! Рэв? Карадла! Что она делает?!

— Я сказала тебе, стой, где стоишь, Рину!

Он замер, широко раскрыв глаза,