Начало - Ана Эм

Холодные капли дождя стекают по волосам и рукам, но магия согревает.

Мы бежим, оставляя поместье за спиной.

Эви громко смеется, раскидывая руки в сторону.

– Свобода!

Валери хохочет вместе с ней.

Мы бежим выше и выше на холм, дальше и дальше, пока легкие не начинают гореть. И только тогда мы падем прямо в грязь. Дождь поливает нас сверху.

– Агнес это так просто не оставит. – предупреждаю я, широко улыбаясь.

– Не оставит. – соглашается Валери.

– Но у нее так мило сжимается нос, когда она злится. – добавляет Эви, и мы прыскаем от смеха…

Мои нити обрываются, померкнув. Небо разрывается пополам и на нас выливается поток ледяной воды.

Нахожу глазами сестер. Долгие три секунды мы просто стоим, уставившись друг на друга.

– А ну быстро в дом! – сквозь шум дождя прорывается голос Агнес.

«У нее и правда довольно мило сжимается нос» – замечаю я.

Мы снова переглядываемся и вдруг совсем неожиданно начинаем смеяться.

Даже Валери улыбается. Давно я не видела ее улыбки.

32

– Черт. – я морщусь от боли, стиснув зубы.

– Сиди смирно. – Кора крепко держит меня, втирая лечебную мазь в плечо.

Эви с дивана напротив издает шипение, пока Агнес делает то же самое с ее ранами. Бренда стоит слева от нас, прислонившись к камину, в котором приятно потрескивает огонь. Он отбрасывает блики на ее светлые кудряшки.

Катрина сидит на диване рядом со мной. Каштановые волосы затянуты в тугую косу, которая доходила бы до самой талии, если бы она не сложила ее в низкий пучок на голове. Зеленые глаза с интересом изучают меня. Тем же занимается и Бренда.

– Почему вы так на меня смотрите? Ай! – я снова дергаюсь, но Кора уже накладывает повязку. Она тоже как-то странно на меня поглядывает.

И где носит Валери?

– Ты изменилась, – в гостиную входит Иона с подносом в руках и ставит его на столик передо мной. – Поэтому они так смотрят.

Ее синие волосы стали чуть длиннее и завиваются на висках. Голубые глаза с интересом проходятся по моему телу.

– Я снова завидую твоим сиськам и заднице. – вздыхает Бренда, качая головой. Катрина усмехается.

Кора шепчет заклинание и избавляется от грязных бинтов. Агнес щелкает пальцами, и все баночки с лекарствами поднимаются, уплывая по воздуху прочь из комнаты. Сама она поднимается на ноги, окидывая нас с Эви материнским взглядом.

Я скучала по ней. И по подругам.

– Пойду проверю Валери. – говорит Агнес и выходит из комнаты.

Кора спокойно разливает ароматный горячий чай по чашкам, а с моего языка наконец-то срывается вопрос за вопросом:

– Где Нолан с Оливией? Кто этот охотник? Почему ты ничего нам не рассказала о нападении? И где Ева?

Эви упирается локтями в колени.

– А мне интересно, почему тот угрюмый мужик назвал Вал Эданой.

Кора замирает. Иона плюхается на диван рядом с Эвивой.

– Как как он ее назвал? – спрашивает она, откидываясь на спинку дивана. Ее голос нежный и тихий, словно ручей. Ее бледная кожа, синие волосы – все в ней напоминает воду, которой она управляет.

– Эдана. – брови Бренды сходятся. – Неистовый огонь.

Кора кивает, подзывая к себе чашку с чаем. Та проносится по воздуху прямо ей в руки. Следом с кончиков пальцев Катрины вырываются тонкие стебли, которые обхватывают чашку и доставляют ей на колени. Валери никогда так не делала.

– Бабушка Элоиза так назвала Вал при рождении. – начинаю рассказывать я.

– Ты это помнишь? – удивляется Кора. –  Тебе было всего шесть.

– Да. – киваю. – Трудно забыть, когда приходится привыкать к новому имени сестры.

Эви мысленно управляя ложкой, насыпает сахар себе и мне.

– А откуда взялось имя Валери? – спрашивает она.

– Она сама его выбрала. – отвечает Кора, откидываясь на спинку дивана. Только сейчас я замечаю усталость в ее глазах. Она словно не спала много дней.

– Но зачем? – Бренда опускается на пол, спиной к камину. – Какой смысл менять имя?

Ответа на этот вопрос у меня нет.

Но есть у Коры:

– Элоиза давила на нее. Способности Валери пробудились слишком рано. Они повздорили, возможно даже что–то произошло. Точно не знаю, в то время, я часто бывала в отъезде. Но однажды вернулась и Эдвард гордо заявил, что теперь его старшую дочь зовут Валери.

Да, я кое-что вспоминаю. Обрывки ссор.

– Потом папа стал главой, – предполагаю я. – И бабушке пришлось смириться с ее новым именем.

Кора кивает. Эвива задумывается и отправляет мне чашку по воздуху. Обхватываю ее руками, чувствуя тепло кончиками пальцев. На ум вдруг приходят медовые глаза Эдриана и то тепло, что я чувствую в груди каждый раз, когда он смотрит на меня. Рука невольно тянется к кулону на груди. Я вздыхаю с облегчением, обнаружив, что он все еще там.

Со стороны Бренды раздается свист.

– Нам определенно нужно знать, что произошло.

Подняв глаза, замечаю, что все присутствующие уставились на меня.

– Ч-что?

– Классный кулон. – кивает мне Иона, отправляя себе в рот шарик чая из чашки.

Губы Эви растягиваются в многозначительной ухмылке.

«Не смей рассказывать» – предупреждаю ее я.

Она отбрасывает волосы за спину, выгнув бровь.

– Камилла замутила с вожаком.

Комнату тут же заполняют вздохи и ахи. Бренда так громко смеется, что даже хрюкает. Катрина требует всех подробностей. Признаюсь, не такой реакции я ожидала.

– Ох, на тебя я точно не ставила. – выдыхает Бренда сквозь слезы.

– Как это произошло? – Катрина хватает меня за руку.

Бросаю в сестру испепеляющий взгляд.

– Он знает про артефакт? – вопрос Коры пронесся по комнате, оставляя после себя оглушающее молчание. Ее глаза остаются непроницаемыми. Не могу прочитать ее эмоции. И врать не могу.

– Да.

Ведьма выпрямляется и возвращает чашку на столик, свою я сжимаю сильнее.

– Ты ему доверяешь?

– Да.

– А он тебе?

– Да.

Уголки ее губ поднимаются вверх. Улыбка касается глаз. И я чуть ли не раскрываю рот от удивления. Кора не против. Не возражает. Не говорит быть осторожнее. Даже не упрекает в том, что я спятила.

– Хорошо. – просто кивает. – Тогда рассказывай.

И я поделилась с ними всем, что произошло за последние две недели, опуская все интимные подробности, о которых Бренда продолжала расспрашивать. Эви с Валери уже связывались с Корой, но толком ничего не рассказали. Поэтому ее глаза округлились, когда я пересказала им слова Эдриана о смерти его отца и о войне, которая до сих пор продолжается. Рассказала о деревне с сильными талантливыми женщинами и об их гиперопекающих мужчинах.