Полуночный комендантский час - Пенелопа Дуглас

Я и понятия не имел, что он окажется тем самым главным активом, который сделает нас бесценными.

— Чего? — спрашивает он.

Я лишь качаю головой.

— Просто забавно, как все в жизни складывается.

Но даже если бы он не привносил в нашу жизнь ничего подобного, мне было бы плевать.

— Мне страшно, — сглатываю я, прочищая горло. — Потерять тебя, я имею в виду.

В его глазах мелькает лукавство.

— Что ж, поделом тебе, хоть узнаешь, каково это.

Я смеюсь вместе с ним, но беру его лицо в ладони и целую снова. И еще раз.

— Никогда не переставай любить меня, — прошу я.

Он хватает меня за бедра.

— Я и не начинал.

Я чувствую, как он возбуждается, и мы уже готовы зайти слишком далеко для открытых мест, но прежде чем я успеваю оторвать его от себя, до нас доносятся шаги.

— Когда-нибудь это перестанет быть неловким, — произносит моя сестра.

Я поднимаю глаза и вижу, как они с Клэй в купальниках проходят мимо.

Блять.

— С Сочельником, — весело чирикает Клэй, сбегая по ступенькам в бассейн.

Я опускаю руки, отступая на пару дюймов. Если я продолжу его касаться, то просто не выдержу.

— Похоже, мы явились вовремя, — поддразнивает Лив, усаживаясь на бортик напротив Каллума и ныряя в воду. — Вы еще не можете ложиться спать.

Я делаю еще одну затяжку сигары, пока Каллум берет в руки свой стакан.

— Почему?

— Ужин, традиция с распаковкой подарков, полуночная месса... — монотонно перечисляет Клэй.

— Завтра мы сможем отоспаться, — говорит Каллум, хотя это звучит скорее как вопрос.

Лив качает головой.

— Не слишком долго.

Она прижимает спину Клэй к своей груди, а я выдыхаю дым и гашу сигару в пепельнице.

Сестра поясняет:

— Праздничный ужин на улице в три часа, если погода позволит, так что вам двоим нужно будет расставить столы.

Отлично.

— Я мог бы нанять кого-нибудь для всей этой беготни, — бормочет мне на ухо Каллум.

Но Лив слышит.

— Богатей.

Он кривит лицо — ведь мы тоже далеко не бедствуем, но прекрасно понимает, к чему она клонит. Он вырос среди этого. Он просто нанимает людей для тяжелой работы.

Легкий ветерок проносится сквозь кроны деревьев, пальмы покачиваются над головой, а я подаюсь вперед, чтобы оставить поцелуй на шее Каллума, а затем на его челюсти.

Он глубоко вдыхает, снова обвивая мою талию и срываясь на стон.

— Айрон уже дома? — спрашивает Лив.

— Я его не видел, — я резко перевожу взгляд на нее. — Черт.

Точно. Где он?

Сегодня Сочельник. Он должен был вернуться домой еще несколько часов назад. Ехать там часов пять, не меньше.

Но Клэй успокаивает нас:

— Он в пути. — Она собирает волосы в хвост. — Я столкнулась с Арми в городе. Он с ним разговаривал.

Я немного расслабляюсь. Хорошо.

— Что-то он не спешит, — добавляет Каллум. — Я думал, у него отпуск подлиннее.

— Может, он наконец нашел свое призвание? — шутит Лив.

— Ну конечно, — бросаю на сестру тяжелый взгляд. — Я готов признать, что Мейкон знал, что делал со всеми нами, но я буду только рад, когда Айрон одумается и займется чем-то другим. Это выше всякого маразма.

— Ой, дай ему шанс, — поддразнивает Каллум. — Ему может понравиться.

— Тебе бы понравилось, окажись на его месте я?

Он усмехается.

— Ну, слава богу, что это был не ты.

— Почти что был.

Его глаза расширяются, стакан, из которого он собирался сделать глоток, опускается обратно.

— Ага, — я широко улыбаюсь, наслаждаясь выражением его лица. — Я же никогда тебе об этом не рассказывал, да?

В тот момент я ведь едва не стал священником в семье.

Почему здесь так чертовски жарко?

Я с трудом спускаюсь по проклятым ступенькам, джинсы висят на бедрах, пока я тру сонные глаза. Натыкаюсь на стену впереди, проверяя термостат. Наверху скрипит кровать, бьющаяся о стену — Айрон вовсю пользуется трехдневным отпуском, выделенным ему на похороны старейшины. Завтра ему снова возвращаться в тюрьму.

На термостате выставлено двадцать два градуса. Какого чёрта...

И тут я чувствую сквозняк. Поворачиваю голову и вижу свою семью на улице, в старом внутреннем дворе, причем дверь в столовую распахнута настежь.

Мейкон расхаживает туда-сюда, Крисджен сидит в кресле закинув ногу на ногу... Кто еще там?

Бредя к двери, я откашливаюсь.

Арми, Трейс и Лив — приехавшая домой на весенние каникулы после первого курса колледжа — сидят вокруг, переведя на меня взгляды. Какого черта они тут устроили?

— У тебя кто-то есть? — спрашивает Мейкон.

— Нет, — отвечаю я. — Я спал, но Айрон там наверху чуть стены не разносит.

Я занял комнату Марса, пока тот в эти выходные у родителей, позволив Айрону оторваться в нашей по полной.

Я спускаюсь на цементную плитку.

— Что происходит?

Никто не отвечает, все просто сидят в молчании. На улице начинает становиться чертовски жарко, весенний вечер душный и тяжелый.

— Епархия хочет назначить отца Макналти епископом, — сообщает мне Мейкон.

— И что? — парирую я. — Это должно было случиться уже давно.

К этому моменту он уже должен быть архиепископом.

— Он отказался, — продолжает Мейкон, — но мне тут пришло в голову, что ему почти семьдесят лет. В любом случае, в ближайшие десять лет он уйдет на пенсию.

— Ну и?

Они все смотрят на меня, и я сразу понимаю: сейчас начнется долгий и нудный пиздёж.

Закатив глаза, я опускаюсь на стул.

— Отец Макналти занимает уникальное положение, — поясняет мой старший брат. — Он ведет добрачные консультации, венчает, принимает исповеди, крестит...

Он же крестил всех нас и будет венчать Мейкона с Крисджен... И что с того?