Звездный холостяк - Елена Алексеевна Кузнецова

в хоре, танцевала как все, на сцене играть ей не приходилось. Ваня был таким же. Они планировали под песню Альби сделать несколько танцевальных па, которые сегодня предстояло выучить с хореографом. Для Вани проигрыш не имел принципиального значения, а Лиззи уже продержалась дольше, чем рассчитывала.

Сдаваться она и не думала, но из шкуры выпрыгивать ради призрачного шанса на замужество Лиззи не собиралась. За Ваню Павловича было обидно. Хотя у Лиззи было предубеждение к учёным с Бетаны, но Ваня оказался хорошим простым парнем, и ей не хотелось, чтобы он потерялся на фоне Шарля и, главное, Сола. Надо было что-то придумать, чтобы зрители его хотя бы заметили.

Глава 9

Шоу продолжается

Лиззи не ожидала, что будет так волноваться. Им выпало выступать последними, и теперь они втроём сидели в комнате ожидания и наблюдали за соперниками на большом экране. В этом взгляде со стороны имелся свой плюс. Они видели всё так, как увидит обычный зритель.

— Хорошо, что я пошла с тобой, — довольно сказала Альби. — Принц, конечно, главный приз, но в этой толпе шанс выделиться близок к нулю. Жаль, что у нас забрали в их пользу три минуты, но это им мало поможет.

— Это точно, — согласился Ваня. — Столько красивых девушек, а ни одну не запомнить. Зато принцу хорошо. Делать ничего не надо.

Лиззи пыталась не смотреть на Сола, но фигура смуглого красавца словно притягивала взгляд. В расшитом золотом халате, белой чалме, украшенной крупным камнем, принц выглядел как султан из древней сказки. Он сидел на резном троне, а толпа конкурсанток танцевала перед ним. Хотя делали они это всё же не бестолковой толпой, а группами, но помогало такое решение мало.

Каждые две минуты под изменяющуюся мелодию на первый план выходила новая тройка, танцуя каждый раз в новом стиле. Но из-за сходного типажа красавиц зрителям начинало казаться, что танцуют одни и те же девушки. Выглядело зрелище ярким и динамичным, но Лиззи от него быстро устала, и лишь попытка распознать среди красоток Мирру не давала уплыть вниманию.

Впрочем, высматривала она Мирру в толпе напрасно. Дочь сенатора не собиралась теряться в безликой толпе. Её выход был обставлен эффектно. Томную сладкую мелодию вдруг прервала барабанная дробь, и под неё откуда-то сбоку к трону направилась стройная гибкая фигура со сверкающей саблей в руке.

Волосы Мирры были забраны в высокий хвост, который белоснежным плюмажем возвышался над головой. Короткий топ, открывающий живот, был расшит по краю сверкающими монетками, и они вместе с колокольчиками на кушаке, охватывающем бёдра, нежно звенели в наступившей тишине.

По губам Сола скользнула улыбка, и он поднялся со своего трона. Скинул халат, открыв мускулистый торс, и, выхватив из ножен полумесяц сабли, не спеша направился к Мирре. Он позволил девушке нанести первый удар, подставив под него собственное оружие. Звон столкнувшегося металла ударил по нервам Лиззи.

Короткая схватка походила на танец, в котором девушка ведёт партию, а мужчина позволяет ей это делать. Видно было, что Мирра неплохая фехтовальщица, но принц — лучший боец. И последний его удар, выбивший клинок из рук девушки, подтвердил это. Ясно виделось, что он мог прекратить поединок в любое мгновение, но сделал это точно на последних секундах отведённого им времени, чтобы завершить выступление эффектной точкой.

— Вот это девушка! — восхищённо произнёс Ваня. — Повезло Солу.

— Это ей, похоже, повезло. Он ей подыграл, — ревниво заметила Альби.

Лиззи промолчала. При виде улыбок, которыми обменялись Мирра и Сол, у неё испортилось настроение. Тёмная красота принца подчёркивала светлое холодноватое совершенство дочери сенатора. Несмотря на такое внешнее несходство, они выглядели птицами из одного гнезда: сильные, красивые, окутанные завораживающей аурой богатства и власти. Лиззи остро почувствовала собственное несовершенство.

Из-за испортившегося настроения она не сразу смогла переключиться на весёлую сценку, которую разыгрывала команда Шарля де Ламона. Но скоро водевильная история и задорная музыка победили неприятное послевкусие, оставшееся у Лиззи после выступления принца и Мирры.

— Да, я не ошиблась в выборе, — довольно сказала Альби, глядя на экран. — Де Ламона не переплюнуть. А на вашем фоне и я буду смотреться звездой.

Лиззи поняла, что она имеет в виду. Шарль давал шанс каждой участнице показать себя: одна пела вместе с ним, другая танцевала, третья искусно строила глазки или демонстрировала красоту фигуры. Но его искрящееся обаяние затмевало их потуги выделиться.

Нину Лиззи вначале не сразу узнала. В парике, гриме и длинном платье, прячущем хвост, она походила на самую обычную человеческую девушку. Но всё же её ощущаемая зрителями инаковость невольно притягивала взгляд, несмотря на молчание и кажущееся бездействие. Нина стояла, потупив глазки, что одновременно прятало их не совсем человеческий вид и придавало ей вид прелестной наивной простушки.

Потому совершенно не выглядело натяжкой, что герой Шарля, долго перечисляющий свои требования к избраннице и отсутствие нужных ему качеств в современных женщинах, в конце концов останавливал выбор на скромнице-нагине.

Сцена, когда после обмена кольцами Нина скидывала маску скромницы и являла свою змеиную суть, была отыграна великолепно и смотрелась уморительно смешно! Лиззи с радостью увидела, что Нина не уступила Шарлю в актёрском мастерстве и обаянии. Поцелуй ей от Шарля после завершения выступления смотрелся совершенно естественно. Лиззи и сама бы её расцеловала, но пришла их очередь показать свои таланты.

Альби, которой предстояло начать их выступление, пошла на сцену, а задержавшийся Ваня вздохнул:

— Страшно! Опозорюсь. Парни такие классные! Я им в подмётки не гожусь.

— Отставить панику! — шутливо скомандовала Лиззи. — Помни, тебе не надо быть ими. Ты их ничем не хуже, просто другой. Твои знания спасают тысячи жизней. И вообще, помни, мы, слабые девушки, зависим от тебя. Соберись!

Ваня кивнул:

— Спасибо, Лиззи! Ты права — мы справимся! Идём на исходную.

Они встали в противоположных концах сцены, в центре которой стояла и пела Альби. Поставивший для них номер хореограф учёл скромные навыки Лиззи и Вани и никаких особо сложных движений им не предлагал. Под простую и нежную песню Альби Лиззи и Ване предстояло полупантомимой с элементами танца изобразить историю зарождающейся любви. Старательно отрепетированные движения сейчас, под красивую мелодию и серебристый голос певицы, словно сами рождались у Лиззи. Грустные и трогательные слова песни заставляли её чувствовать то, о чём пела Альби, и испытываемые эмоции ясно читались в выразительных глазах девушки.

Их выступление было короче, чем у других, а под конец Лиззи испытывала искренне волнение — получится ли придуманный ими с Ваней трюк, который должен стать эффектной