Целуй, пока не поздно - Екатерина Мордвинцева

Дом Мэриуса не был подключён к портальной сети. Гости приезжали редко — судя по тому, как голем-стражник замешкался, открывая ворота. Я выглянула из окна и увидела карету. Чёрную, с золотыми гербами. Из неё вышел мужчина в дорогом костюме, с цепью на шее и перстнем на пальце. Посол.

Я узнала его по одежде. В Академии нас учили распознавать знаки отличия соседних государств. Этот человек представлял королевство, которое, по словам Мэриуса, требовало «долг крови».

Мэриус встретил посла в холле. Я стояла в дверях кухни, невидимая, и смотрела.

— Лорд Мэриус, — посол говорил с лёгким акцентом, растягивая гласные. — Рад видеть вас в добром здравии.

— Чего вы хотите, лорд Эстебан? — спросил Мэриус без приветствий.

— Хочу напомнить о вашем долге, — улыбнулся посол. — Король не забыл. И через месяц истекает последний срок. Вы должны явиться ко двору и ответить за кровь, пролитую вашей семьёй.

— Моя семья ничего не проливала, — ответил Мэриус холодно. — Это ваша семья убила мою жену.

— Доказательств нет, — развёл руками посол. — А вот документы на ваш долг — есть. И король будет рад обсудить условия его погашения.

— Какие условия?

— Лира, — сказал посол, и моё сердце ёкнуло. — Девочка должна стать невестой наследного принца. Когда достигнет совершеннолетия. Тогда долг будет считаться погашенным.

— Никогда, — сказал Мэриус.

— Тогда война, — пожал плечами посол. — Ваши земли будут конфискованы, дом сожжён, а Лира… Лира всё равно окажется при дворе. Только в качестве заложницы, а не невесты.

— Убирайтесь, — сказал Мэриус.

— Я уйду, — кивнул посол. — Но не один.

Он повернулся и посмотрел прямо на меня.

— Лорд Мэриус, — сказал он с улыбкой. — Кто эта прекрасная девушка? Я не знал, что у вас появилась спутница.

Мэриус обернулся. Увидел меня. На секунду в его глазах мелькнула досада — я попалась.

Но потом его лицо изменилось. Он шагнул ко мне, взял меня за руку — холодную, дрожащую — и прижал к себе.

— Моя невеста, — сказал он ровным голосом. — Сайфер. Мы обручились на прошлой неделе. Я как раз собирался объявить об этом.

Посол поднял бровь.

— Невеста? У вдовца? Через три года после смерти жены? Интересно. И откуда же она родом?

— Я из северных племён, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Моя мать была вождём.

— И ваш дар?

— У меня нет дара, — ответила я. — Я ноль.

Посол усмехнулся.

— Маг без магии, — сказал он. — Редкость. Что ж, лорд Мэриус, поздравляю. Надеюсь, ваша невеста переживёт свадьбу.

Он развернулся и вышел.

Дверь закрылась. Голем задвинул засов.

Мэриус отпустил мою руку.

— Извини, — сказал он. — Это была ложь. Но если он узнает, что ты просто няня… он использует тебя. Шантаж, угрозы, похищение. Я не мог рисковать.

— Вы должны были предупредить меня, — сказала я, чувствуя, как злость поднимается из горла.

— Не было времени.

— А теперь есть. — Я выдернула руку. — Объясните. Что значит «долг крови»? Почему этот человек хочет забрать Лиру? И почему я, чёрт возьми, теперь ваша невеста?

Мэриус провёл рукой по лицу. Он выглядел уставшим, старым, сломленным.

— Садись, — сказал он. — Рассказ будет долгим.

Я села на стул в холле, скрестив руки на груди. Мэриус сел напротив. Чёрная вода в фонтане тихо плескалась.

— Моя семья, — начал он, — когда-то была могущественной. Мы владели землями, магией, армией. Но три поколения назад мы проиграли войну королевству, которое теперь требует долг. По условиям мира, я — последний в роду — должен отдать свою жизнь или жизнь своего первенца королю, если он потребует.

— Но Лира — ваша дочь, а не сын, — сказала я.

— В договоре написано «первенец». Не имеет значения, мальчик или девочка. Когда Лире исполнится восемнадцать, король может потребовать её ко двору. И она станет его пленницей. Или невестой наследника — что одно и то же.

— А если вы умрёте?

— Если я умру раньше, долг переходит к Лире автоматически. Она станет его собственностью.

— И поэтому вы женитесь снова? — спросила я. — Чтобы родить другого ребёнка? Сына, который заменит Лиру?

— Это одна из причин, — признал он. — Но не главная. Главная — я не хочу, чтобы Лира жила в постоянном страхе. Если у неё будет отчим — или мачеха, которая сможет её защитить… возможно, король передумает.

— И вы решили сделать мачехой меня? — усмехнулась я. — Бездарную няню, которую наняли месяц назад?

— Я не планировал. Это вышло случайно. Но теперь, когда посол видел нас вместе, отступать поздно. Если я объявлю, что ты просто няня, он использует это.

— Использует как?

— Придёт с обыском. Найдёт предлог. Арестует тебя. И будет пытать, пока ты не расскажешь всё, что знаешь о Лире и обо мне.

— Я ничего не знаю.

— Он не поверит.

Я закрыла глаза.

«Ты вляпалась, Сайфер, — повторил внутренний голос. — Ты вляпалась по-крупному. Теперь ты не просто няня. Ты невеста опасного мага. И у тебя нет выхода».

— Сколько времени у нас есть? — спросила я.

— Месяц, — сказал Мэриус. — Через месяц король предъявит ультиматум: либо Лира едет ко двору, либо война.

— А что произойдёт через месяц?

— Либо мы найдём способ победить, — сказал он. — Либо я отдам жизнь, чтобы спасти её.

— А я?

— Ты — моя невеста. — Он посмотрел мне в глаза. — Если мы объявим о помолвке официально, у тебя появится иммунитет. Тебя нельзя тронуть без объявления войны моему дому. А война никому не нужна.

— Значит, я должна играть роль до конца месяца? — спросила я.

— Дольше, — сказал он. — До тех пор, пока Лира не станет совершеннолетней. Тринадцать лет.

Я рассмеялась. Горько, надрывно.

— Вы шутите?

— Ни капли, — ответил он. — Я предлагаю тебе сделку, Сайфер. Ты играешь роль моей невесты, а потом — жены — и помогаешь мне защищать Лиру. Я плачу тебе золотом, даю защиту, кров, еду. А когда Лира вырастет — ты свободна. С хорошим приданым и с хорошими рекомендациями.

— Или я умру раньше, — сказала я.

— Или ты умрёшь раньше, — согласился он. — Но шанс выжить здесь выше, чем в порту Кровавых скал. Ты сама это знаешь.

Я смотрела на него.

На его серебряные глаза, в которых застыла усталость. На его руки, которыми он нежно поправлял одеяло Лиры сегодня утром — я заметила, хотя он думал, что я не вижу. На его лицо, которое сейчас было открытым, без масок.

И я поняла, что у меня нет выбора.

— Хорошо, — сказала я. — Я согласна.

Он кивнул.

— Тогда завтра мы объявим о помолвке. А сегодня — иди спать. У