Солнце на красном - Наталья Нежданова

людей, которые сразу после рождения потеряли родителей. Если они не попадали в семью, а воспитывались в сиротском учреждении, то вырастали морально дефективными, особенно в плане отсутствия эмпатии. Они оказывались совершенно неспособными сопереживать и сочувствовать. А еще сексуально распущенными, словно стремились совокуплением с постоянно меняющимися партнерами восполнить страшный недостаток телесного контакта в младенчестве.

Ты знаешь, что в науке о возрастных изменениях существует понятие сенситивного периода — времени, когда должен формироваться какой-либо навык или качество. Если это по каким-то причинам не происходит, наверстать упущенное будет очень сложно, а зачастую и вовсе невозможно.

Например, если ребёнок был изолирован от общения с другими людьми в период формирования речи, а это до 5–6 лет — он не заговорит нормально уже никогда!

То же самое актуально и для других социальных навыков, в том числе эмпатии, или привязанности к близким! — объясняет Геда.

— То есть Пин, получается, безнадежен? — ужасаюсь я.

— Возможно, что и так. Боюсь, Те, Которые Велят сознательно пользуются этим. Ведь при воспитании вне семьи люди чувствуют себя не детьми своих родителей, а детьми государства, становясь удобным материалом для реализации любых, самых безумных и бесчеловечных, планов. А неудовлетворённая потребность в любви близких трансформируется в фанатичное обожание своих правителей!

— То есть все эти идеи из старой фантастики об общественном воспитании маленьких детей, об интернатах чуть ли не с годовалого возраста…

— Абсолютно антинаучны и аморальны! — заканчивает Геда. — Недаром основной постулат системы воспитания Светлого Айрина то, что родная семья — самое безопасное и комфортное место для ребёнка!

Иду домой и размышляю о том, что рассказала мне Геда Марн. Получается, неадекватное поведение Пина — типичное и страшное последствие общественного воспитания в совершенно неподходящем для этого возрасте.

Я вспоминаю одну из лекций в академии, где рассказывалось о становлении нашей системы воспитания и образования. Там упоминалось и о том, как сразу после переселения арья-христиан на Светлый Айрин в условиях крайнего недостатка людей и ресурсов выдвигались предложения собирать детей в интернаты. Чтобы родители могли, не отвлекаясь на них, спокойно заниматься трудом, так необходимым для выживания нашего мира.

Тогда возвысила свой голос Церковь. По её инициативе на всепланетное обсуждение и голосование был вынесен фундаментальный вопрос. Что мы поставим во главу угла? Материальную выгоду и экономическую эффективность?

Или всё же человека, которому, по слову Божию, не хорошо быть одному, но надлежит соединяться в честном супружестве, рождать детей и наставлять их к созидательной и добродетельной жизни? Христианский мир, превозносящий семью, как малую церковь, сделал правильный выбор.

Впрочем, в пользу этого выбора нашлись и более прагматичные, сугубо материалистические, аргументы. Уже тогда те, кто выстраивал сеть защиты Светлого Айрина, настаивали на максимальной децентрализации и автономности и говорили о недопустимости концентрации в одном месте большого количества маленьких детей. Угроза вторжений, от которых мы не могли тогда защититься полностью, также поспособствовала пребыванию детей именно в семье.

И даже в самые трудные времена люди у нас беспрепятственно освобождались от работы, не теряя при этом доступа к ресурсам, ради воспитания и образования детей либо ухода за немощными близкими. Ведь тогда ещё не изобрели регенератор. Понятное дело, при возможности совмещать эти дела с работой все так и поступали, потому что были непосредственно заинтересованы в выживании и процветании своей новой родины.

Думается, тут сыграл свою роль жёсткий отбор людей по морали — ведь на Светлый Айрин переселились те, кто принадлежал к гонимой на тот момент Церкви. И так как пребывать в ней было тогда крайне опасно и невыгодно, это надёжно отсекало всех любящих богатство и власть, а также паразитов и беспринципных прожигателей жизни, стремящихся к низкопробным удовольствиям и развлечениям.

Глава 15

Тар осваивает управление флаером слишком медленно, и мне приходится самой доставлять его в столицу на очередную проверку в службе безопасности.

Я предполагаю, что это продлится недолго, и захожу в здание вместе с ним, заранее договорившись о встрече с одной своей знакомой. Закончив разговор, я заглядываю за Таром.

Я не знаю, освободился он или нет, и стучу в дверь кабинета. Так как никто не отзывается, я открываю её и слышу вдруг сбивающийся от волнения голос тану:

— Я знаю, что у вас свободный мир! И если я не согласен давать информацию о своей родине, никто не может меня заставить! И ваша этика телепата запрещает вторгаться в чужое сознание без разрешения!

Вместо сотрудника, обычно проверявшего тану — другой человек, которого я не знаю. Он схватил Тара за плечи и притиснул вплотную к стене.

— Что здесь происходит? — возмущённо спрашиваю я.

Незнакомец устремляет на меня абсолютно спокойный и уверенный взгляд и произносит:

— Кто ты такая, чтобы вмешиваться?

— Тар — мой гость! Я помогаю ему адаптироваться к жизни в нашем мире и не позволю обращаться с ним подобным образом!

— Да что ты? — ухмыляется он в ответ.

— Оставь его в покое! — требую я. — Начнём с того, что он ничего не знает, кроме своих энергетических установок! Но главное не это. Ты не смеешь нарушать принцип свободы воли!

— Ты не имеешь никакого права мне указывать!

— Имею! Потому что Светлый Айрин — мой родной мир, и заботиться о нем — мой долг!

— Вот как? Потворствовать врагу — так выглядит твоя забота о родном мире?

— Даже к врагу подобает относиться по-человечески!

— Я смотрю, ты витаешь в каких-то идеалистических фантазиях! Сними розовые очки и опустись на грешную землю! Нам угрожает серьёзная опасность! Чтобы противостоять ей, все средства хороши! Уйди и позволь решать тем, кто способен действовать жёстко и бескомпромиссно!

— Я никогда не претендовала на то, чтобы принимать важные решения! Я всего лишь пилот флаера, но я не могу позволить, чтобы ты сквернил наш мир насилием над чужим сознанием! Вспомни нашу историю! Даже когда Светлый Айрин стоял на краю гибели, мы ни разу не опустились до применения грязных и аморальных технологий!

— Мы дорого заплатили за это!

— Кому ты хочешь уподобиться? Нашим врагам? Да, они никогда не стеснялись в средствах. И что? Помогло им их психотронное оружие? Или наложения, напрочь отключающие чувство страха? Они, наверное, смеялись над нашей принципиальностью, отправляя пассажирские звездолеты на свою вторую планету Вельдин безо всякого сопровождения. Но посмотри, что с ними происходит теперь? Мы давно забыли о вражеских вторжениях. А Старый Айрин