Легенда о драконьей невесте - София Хартманн

Парень склонился ближе к ней, почти соприкасаясь лбами. Так, чтобы глаза ее смотрели только в его. Так, чтобы их связь окончательно закрепилась.

— Ты не чудовище. И я знаю, как помочь тебе. Помнишь, что я предлагал на совете?

Калиса закивала, облизывая пересохшие губы. И тут же опустила глаза.

— Отец ни за что теперь не позволит мне уехать из замка.

— Но есть другой путь, — Форред поднял ее подбородок, снова ловя взгляд принцессы. — Мы сбежим. Как в прошлый раз, льдинка. И в Святилище Утренней Росы тебе помогут.

— Но вагаты!.. — возразила девушка слабым голосом, но Форред ее перебил.

— Вагаты не будут стоять у дверей вечно. Мы дождемся момента, когда они будут сменяться, и выскользнем.

Калиса несколько мгновений вглядывалась в глаза друга — такие знакомые и одновременно чужие, — и слабо кивнула. У нее не было другого выбора. Ужасающая сила внутри сделала его за нее. И теперь Калисе оставалось только повиноваться, чтобы не произошло худшее.

* * *

Она снова была одета в удобную одежду — будто собралась привычно покататься на радюрах. Теплые штаны с мехом стального шерстня**, удобная накидка, подбитая мехом снескина***. Всё так привычно и понятно, вот только путь их ждёт неизвестный и далеко не легкий.

Калиса стояла перед дверью в своей комнате, чувствуя, как огонь снова разгорается в венах. Удар сердца. Ещё один. Ничего не происходило. Принцессе даже начало казаться, что всё это ей приснилось и Форреда на самом деле не было в покоях. Удар сердца. Другой.

И три стука в дверь.

Калиса вздрогнула и схватилась за ручку. За дверью стоял, конечно же, Форред с двумя сумами в руках.

— Скорее! Пока вагаты не пришли на пост! — поторопил парень, и Калиса поспешно захлопнула дверь и понеслась за ним по коридору. Пока что им везло: в полночь мало кого встретишь, но все еще была вероятность наткнуться на стражей.

Калиса молилась, чтобы им везло и дальше.

На лестнице она едва не свалилась вниз, но удержалась за перила и вдруг... встретилась взглядом с знакомым вагатом. Дасний смотрел на нее удивленно, а затем в глазах его появилось то, что разрывало Калисе сердце — боль и немой укор. Он не стал звать подмогу, не стал поднимать тревогу, только протянул к ней руку, будто просил остановиться, не совершать ошибку.

Только вот для Калисы было ошибкой остаться в замке и подвергнуть их всех опасности.

Она хотела сказать ему что-то, оправдаться, объяснить. Но не успела. Форред, быстрыми шагами перескочив несколько ступеней за спиной Дасния, одним отточенным движением перерезал ему горло. Алая кровь хлынула на камень, и вагат упал на колени, хрипя что-то из последних сил.

Калиса вдруг вспомнила, как в детстве она упала, и Дасний, такой большой и страшный тогда, опустился на колени перед ней, чтобы успокоить малышку.

А теперь он мертв.

Форред не дал ей опомниться — схватил за руку и потянул за собой, вынуждая бежать. Дальше, все дальше от мертвого Дасния, который всегда верно служил Правителю и хранил покой Калисы и ее матери.

Только на улице, где мороз обжигал кожу, они остановились у двери, надежно скрывшись за ветвями мохниты. Калиса осела, пытаясь осознать, что произошло.

— Ты... з-зачем т-ты... его уб-бил? — пробормотала она, обращаясь к Форреду, но глядя в покрытую снегом землю.

— Он сделал бы тебе больно! — Форред схватил ее за руку, поднимая на ноги. — Калиса, он выбрал свою сторону. А мы с тобой — свою.

— Он... он же не хотел... — бормотала девушка, уже ничего не видя за пеленой слёз. — Он не мог причинить мне боль...

Форред схватил ее за плечи и тряхнул что было сил. Ему порядком надоела истерика принцессы.

— Послушай меня! — почти прорычал он, но тут же смягчился, опомнившись. — Послушай, Калиса. Это было необходимо. Ты же не хочешь навредить своей семье?

В глазах наследницы с новой силой вспыхнул страх, и она замотала головой.

— Вот и правильно, — продолжал Форред, поглаживая ее по плечам. — А чтобы все исправить, нужно добраться до Святилища Утренней Росы. Пойдем, нас ждет повозка.

И она повиновалась. Словно марионетка зашагала следом. Бедный Дасний остался позади, а впереди маячила хрупкая надежда излечения.

Примечания:

*белоснежный вепрь — ходячая крепость из жира, мышц и ярости. Длина — под четыре метра, высота в холке — с хорошего пони. Ожившая легенда, потому что никто из ныне живущих не возвращался живым после встречи с ним.

**стальной шерстень — северный зверь размером с небольшую собаку, обитающий в скальных расщелинах и предгорьях. Его шерсть серо-металлического оттенка, необычайно плотная и жёсткая на вид, но при этом мягкая и тёплая в носке. Мех стального шерстня считается одним из самых ценных в Северных землях — он не промокает, не вытирается годами и защищает от любого мороза.

***снескин — северный пушной зверь размером с крупную рысь, обитающий в заснеженных лесах и тундре. Его мех длинный, густой, чисто-белого цвета с лёгким голубоватым отливом — один из самых тёплых и ценных в Северных землях. Шкуры снескина используются для пошива одежды и обуви, отделки саней и подстилок у камина.

Глава 8

Калиса

Повозка, больше напоминавшая наследнице большую коробку на узких колесах, которую еще и тащили два радюра, мерно покачивалась в такт их шагов. К середине луны она уже преодолела половину пути — шесть пар ног несли ее ужасно быстро. Калиса полулежала на твердом сиденье, Форред напротив мирно дремал, закинув ноги на спинку. Казалось, ему эта поездка приносила истинное удовольствие. Принцесса же глядела в запотевшее окошко, пытаясь убедить себя, что вышивка стоила игл.

В любом случае, пути назад уже не было. Она отрезала его тогда, когда вышла из комнаты.

Калису клонило в сон. Но засыпать снова она боялась: и из-за того, что снова не выберется из кошмара, и из-за того, что сила случайно вырвется, а она ничего не сможет сделать. И потому вглядывалась в темноту, цепляясь за каждый проблеск света от травяных фонарей, за каждое ветвистое дерево, покрытое инеем и отливающее серебром в свете Луны.

— Ложись, поспи, — тихий хрипловатый после сна голос Форреда застал принцессу врасплох, и она дёрнулась, переводя на него испуганный взгляд.

Помотала головой, устало вздохнув.

— Нет, не могу. А если огонь вырвется?

Форред коснулся ее руки почти невесомо, и всё же Калиса выдернула её, словно обожглась.

— Не бойся, льдинка, я буду рядом. Не