Осколки первой любви. Его наваждение - Лена Бонд

Вскоре Алеся останавливается рядом с массивной дверью из темного дерева с табличкой «Руководитель», элегантным движением открывает ее и вежливо, но холодно улыбается:

– Проходите и подождите здесь, пожалуйста. Он сейчас подойдет.

Захожу в кабинет и осторожно опускаюсь на большой гладкий диван, от которого исходит аромат дорогой кожи. Нервно осматриваюсь – просторное, впечатляющее помещение с минималистичным, но явно дорогим дизайном, массивный рабочий стол из цельного дерева, на стенах – многочисленные фотографии спортсменов, чемпионские пояса, кубки и престижные дипломы в рамках. Все выглядит невероятно солидно и дорого, словно я попала в кабинет крупного бизнесмена, а не директора спортклуба, которого помнила.

Через пару минут напряженного ожидания слышу за дверью мелодичный голос Алеси:

– Анна Александровна ждет вас.

– Спасибо, Алеся, – отвечает ей низкий мужской голос с характерной хрипотцой, от которого по моему телу пробегает электрический разряд.

Это не Сергей Иванович… Я знаю этот голос. Сердце начинает неистово колотиться, я вжимаюсь в диван, не в силах пошевелиться, парализованная внезапным осознанием. Нет, этого просто не может быть. Только не он… Судьба не может быть настолько жестокой ко мне после того, как только все стало налаживаться…

Глава 7. Анна Богданова

Через мгновение массивная дверь открывается, и время вокруг замирает. Все происходит словно в замедленной съемке, только вот мое сердце, наоборот, бьется быстрее с каждой секундой. В кабинет входит Руслан – но это уже не тот парень в футболке и худи, которого я когда-то знала. Передо мной стоит незнакомец в безупречно скроенном темно-синем костюме, подчеркивающем широкие плечи. На нем белоснежная рубашка с идеально выглаженным воротником, фирменные запонки и дорогие часы, которые небрежно поблескивают на запястье при каждом движении. Его волосы, как и тогда в магазине, теперь аккуратно уложены назад. Он выглядит успешным. Уверенным. Чужим. И в то же время – мучительно, невыносимо знакомым.

Воздух в помещении сгущается. Я вжимаюсь в диван, чувствуя, как паника накрывает меня многометровой волной, от которой нет спасения. Горло сжимается, словно его кто-то сдавливает невидимой рукой, а ладони мгновенно покрываются холодной испариной. Сердце колотится так бешено, что я слышу его удары в ушах.

Что он здесь делает? Как узнал, что я буду здесь?

Руслан закрывает за собой дверь – медленно, с едва уловимым щелчком замка, который звучит для меня как выстрел. Его движения размеренные, выверенные, словно он репетировал этот момент сотни раз. Он будто не замечает моего состояния и проходит мимо меня к письменному столу, бросая на ходу:

– Здравствуй, Аня.

Его голос. Господи, снова этот голос. Глубокий, с хрипотцой, от которого когда-то подгибались колени и сбивалось дыхание. Голос, который шептал мне признания, а потом уничтожил в одночасье. Я ненавижу себя за то, что до сих пор реагирую на него – каждой клеточкой тела, каждым нервным окончанием.

Руслан огибает массивный стол и непринужденно опускается в кресло руководителя. Он ведет себя так, словно все здесь принадлежит ему. И тут до меня доходит ужасающая правда, от которой внутренности скручиваются в ледяной узел. Директор спортклуба «Титан» больше не Сергей Иванович. Теперь это Руслан Раевский. Он и есть тот самый руководитель, к которому я пришла на собеседование!

Внутри меня все переворачивается, и волна тошноты подкатывает к горлу. Какая же я идиотка! Надо было проверить, кто теперь владеет «Титаном». Ни за что. Ни за какие деньги в мире я не буду работать на человека, который растоптал мои чувства и выбросил меня из своей жизни, как ненужную вещь. Даже находиться с ним в одном помещении – выше моих сил.

Я вскакиваю с дивана так резко, что перед глазами вспыхивают черные точки и молнии. Не говоря ни слова, бросаюсь к двери, хватаюсь за ручку и дергаю ее с такой силой, что ногти впиваются в ладонь. Заперто. Дергаю снова и снова, как загнанный в ловушку зверь.

– Без ключа у тебя ничего не выйдет, – спокойно произносит Руслан за моей спиной. Его голос звучит почти мягко, с оттенком снисходительности, которая заставляет мою кровь закипать.

Я резко оборачиваюсь и вижу, как он держит в руке ключ, демонстративно поигрывая им между пальцами. На его губах появляется легкая полуулыбка – та самая, от которой когда-то таяло мое сердце. Но сейчас она вызывает только ярость, которая поднимается из глубины души, как лава по жерлу вулкана.

– Открой дверь. Сейчас же! – Мой голос дрожит и срывается на высоких нотах.

– Нет, – просто отвечает он, откидываясь в кресле с грацией хищника, уверенного в том, что добыче от него не скрыться.

Кровь приливает к лицу. Я начинаю колотить в дверь кулаками с такой силой, что костяшки пальцев вспыхивают болью.

– Выпусти меня! Слышишь? Открой эту чертову дверь!

Руслан вздыхает – глубоко, с какой-то затаенной усталостью, которая только подстегивает мою ярость.

– Это бессмысленно, Аня. На этот раз тебе не сбежать.

Его слова бьют прямо в цель, разжигая во мне еще большую панику.

– Ты не имеешь права держать меня здесь! Это незаконно! – кричу я, продолжая тарабанить в дверь.

Я слышу, как он встает из-за стола и приближается ко мне. Его шаги такие размеренные, в то время как я бьюсь о дверь, как обезумевшая птица о стекло. Но мне плевать, кто и что обо мне подумает. Я не собираюсь здесь оставаться. Резко оборачиваюсь, практически вжимаясь спиной в холодное дерево, чтобы держать дистанцию. Руслан останавливается в паре шагов от меня, его лицо по-прежнему абсолютно невозмутимо.

– Оставь несчастную дверь в покое, – говорит он, и его губы изгибаются в усмешке. – Ты пришла устраиваться на работу и знаешь, ломать дверь своего потенциального работодателя – не лучшее начало.

Я чувствую, как внутри меня все кипит. Да как он смеет шутить в такой ситуации?! Конченый ублюдок, вот он кто!

– Какое, к черту, собеседование?! – выплевываю я слова, словно яд. – Я шла к Сергею Ивановичу! Если бы я знала, что ты здесь, то обходила бы это место за километр!

Руслан делает еще один шаг ко мне, и его рука поднимается, чтобы коснуться моего плеча. Когда он оказывается совсем близко, я чувствую, что кое-что в нем не изменилось. Он пользуется тем же парфюмом, что и пять лет назад. Тем самым, который я вытравливала из своей памяти все эти годы. В самом начале отношений с Кириллом мы гуляли по торговому центру и зашли в магазин парфюмерии. Кирилл хотел купить этот аромат себе. Мне пришлось сказать, что это самый ужасный запах