Любимая кукла босса - Татьяна Лерим

Глава 16

Камила

Утреннее напряжение Богдана я ощущала всем телом, но ничего не могла с собой поделать.

Да, я уснула, и уснула специально, но вечером у нас вылет. Я отсрочила неизбежное еще на некоторое время. Странно, но зверь ничего не высказывает, а молча сидит и ест свои блинчики. Встреча с французами через несколько часов. И что же делать все утро?

— Может погуляем, — прожевывая восхитительный круассан бормочу, в предвкушении посещения красочных мест Парижа.

— Я уже все видел, — без энтузиазма говорит Богдан и у меня сухая выпечка застревает в горле.

— Я не видела, — может я забылась конечно, но что за несправедливость? Я в Париже и не увижу ну хоть что-то?

Вместо ответа Богдан все же поднимает глаза на меня и его брови хмурятся. Он сердится и не хочет уступать. Да помню я про молчание, покорность и все такое, но может можно хоть иногда говорить нормально, ну хоть здесь, в другой стране, в стране романтики и любви. Дома, в суровом климате и серости, я снова преклоню голову, но здесь же даже воздух другой.

После нескольких минут уговоров я сдаюсь. Богдан конечно же имеет железную выдержку, да он просто не пробиваем. Понятно, что я постоянно дёргаю льва за усы, но я не могу привыкнуть к собственному положению, а он будто не замечает меня, сидит в планшете, и только изредка говорит мне "нет".

После плотного завтрака "все включено" мы сразу же едем в офис. Что там делать то несколько часов в ожидании?

Я уже и отчаялась и смирились, забыла и приняла то, что даже рассказать нечего, как вдруг мы останавливаемся у огромного и роскошного торгового комплекса и я просто разинув рот, шагаю следом за Железновым.

— Что мы тут делаем? Ты решил все же погулять со мной? Хоть я и говорила о парках и набережных, красивых местах...

— Слушай девочка, я не собираюсь с тобой нянчиться и играть во влюбленную пару, которая зевает на набережных, поэтому просто молча иди следом, — Богдан бросает на меня свой взгляд, и я тут же замолкаю, прикрыв свой рот. Такие как Богдан Железнов просто не умеют быть добрыми и нежными. — Мне нужна новая рубашка.

Вздыхаю и плетусь за широкоплечим мужчиной. Его походка такая мужественная, спокойная, расслабленная, которая быстро привлекает одиноких француженок. Шею бы не сломали при таких поворотах!

Богдан заходит в дорогой бутик, и сразу зовет к себе консультанта. Девушки все встрепенулись и быстро подбежали обе на его взмах руки. Словно две собачонки, не испытывая языкового барьера, одновременно начали предлагать моему боссу рубашки последних моделей, а я так и стояла у входа, не решавшись подойти.

Насытившись вдоволь чрезмерным вниманием, Богдан вспомнил о моем существовании. Сразу стало видно кислое выражение каждой девушки, которые тоже в этот миг осмотрели меня и мысленно высказали свое мнение обо мне одним лишь брезгливым взглядом.

— Пойдем, я мерить буду, — расслабленно дал свой указ и повернулся в сторону примерочной.

Иногда я могу с ним и поспорить, но при людях и слова боюсь произнести, чтобы не вызвать гнев со стороны Железнова. Синдром неуверенности и осуждения, от которого я никак не могу избавиться.

Приоткрыв дверь, в которой Богдан уже стоял во всей красе, застегивая последнюю пуговицу на манжете, я вошла во внутрь.

— Красиво. Тебе идет темно-синий. — Стараюсь дать совет, но понимаю, что скорее всего ему этого и не нужно.

Вместо ответа мужчина сразу же расстегивает пуговицы, оставшись с голым торсом и стягивает с вешалки вторую. Богдан будто не замечает меня, примеряет одну рубашку за другой, а я краснею, при каждом его обнажении тела.

— Я выбрал, — все так же расслабленно одевается и берет только ту, на которой остановил свой взгляд. Изумрудный цвет так же сидит на этом мужчине великолепно, подчеркивая только его глаза, цвета соленого чистого моря.

Он прекрасно знает, что обломал двух милых дам, которые проводили нас у выхода со слюной на губах. Ни одна из них так и не рискнула заглянуть с каким-нибудь вопросом, типо“ все ли подошло?” или“ может на размер меньше, либо больше?”.

Я уже собралась на выход, как мой босс резко остановился и посмотрел в мою сторону, скользнув по моему телу с ног до головы.

— Наверное, тебя нужно приодеть. Ты меня в этом даже не возбуждаешь!

Богдан брезгливо дотрагивается до моего платка, повязанного вокруг шеи и так же небрежно отдергивает руку.“Я думала, что похожа на француженку…”.

Глава 17

Богдан

Мысль приодеть Камилу была спонтанной, она еще ничего не сделала, чтобы я тратился на нее и дальше. Да уж, Богдан, не умеешь ты быть жестким до конца, всегда включаешь голову.

Сообщение о переводе ее брата в платную палату и вообще очередной успешной операции и что он пришел у себя прогремела утром. Да уж, бедный пацан, это кажется третья операция и последняя, если верить врачам. Бесплатно бы умудрились сделать все сразу, за один присест, насколько мне известно, это ампутированние, но платная медицина творит у нас чудеса. Такое же сообщение пришло и на номер Ками, наверное, это и стало причиной ее такого вольного поведения и хорошего настроения с самого утра. Что ж, интересно наблюдать, как она радуется моему обществу.

Что бы было, лишившись я всего в одночасье? Все бы потеряло смысл, она бы растворилась точно так же, как и появилась в моей жизни. Эти мысли всегда со мной, не знаю зачем забиваю голову себе еще и этим.

Затаскиваю девчонку в бутик и сам выбираю платье. Не для офиса, но оно ей явно пойдет для какого-нибудь торжества.

Все-таки любовница, раз я думаю о выходе в свет именно с ней!

— Примерь, — холодно говорю, но даже этот холод заставляет ее улыбаться.

— Оно не подойдет для работы. Я в таком не выйду. — Скромная значит? Посмотрим на твою скромность и дальше.

— Выйдешь. — Мой ответ заставляет ее губы сомкнуться и принять обиженный вид. — Куда я скажу, туда и пойдешь в нем.

Ками явно не устроил ответ, но она молча и со злостью схватила вешалку с платьем и пошла сразу в примерочную. Грубо отдернула перед носом ширму и растворилась, будто это сможет меня остановить.

Я уже, кажется, говорил, что строить из себя, а уж тем более в нас парочку, не намерен.

Ее хорошее настроение часть нашей сделки и если Ками думала, что сон может ее спасти