Это мы не проходили - Мугуа Хуан

было неловко и дальше их беспокоить. После отбоя оставаться здесь действительно было неудобно — может, Шао Чжань хотел отдохнуть. «Ладно, убери свой светильник. Если тебе не нужно спать, то брат Чжань хочет спать. Вставай, пошли».

Они, толкаясь, собрали тетради и попятились к двери: «Спасибо, брат Чжань, мы пошли».

Наконец-то ушли.

Одна и та же мысль мелькнула в головах и Шао Чжаня, и Сюй Шэна.

Сюй Шэн вздохнул, поднялся и переложил задачи, которые лежали у него на коленях, на стол Шао Чжаня: «Всё решил, проверь».

Задачи, которые Шао Чжань дал ему, были на уровне промежуточного экзамена: «Было трудно?»

«Трудно, — сдав экзаменационные листы, Сюй Шэн развернулся, упёрся поясницей в край стола и слегка наклонился к Шао Чжаню, приближаясь. — …Поэтому брат должен дать побольше награды».

На этой неделе была экзаменационная неделя. Днём в классе учителя почти не давали им времени на отдых — один тренировочный тест следовал за другим. Физкультуры не было уже почти неделю, и когда наконец отвоевали один урок, учитель физкультуры уже забыл, кто был старостой класса: «Я так долго не вёл у вас уроков… кто у вас староста?»

Тань Кай был весьма опечален: «Это моя карма?»

Всю неделю, днями и ночами, решать задачи и разбирать тесты. Если и хотелось чем-то заняться, то «местом для преступления» оставалась только комната в общежитии.

Сюй Шэн начал сам устанавливать хулиганские правила. Он говорил, находясь очень близко к Шао Чжаню: «Например, один поцелуй за каждую правильно решённую задачу».

Шао Чжань смотрел на него. Его рука медленно поднялась и наконец легла на голову Сюй Шэна — на вид это был чрезвычайно нежный жест, но в следующую секунду он приложил немного силы и безжалостно отодвинул Сюй Шэна: «Если ошибёшься не больше, чем на четыре задачи, — поцелую тебя».

Сюй Шэн: «…»

Он так и знал, что эта награда достанется не так просто.

Сюй Шэн чувствовал себя как рыба, увидевшая наживку, и ничего не мог с этим поделать.

Шао Чжань бегло просмотрел работы. На самом деле половина заданий была по материалу, который он уже объяснял Сюй Шэну: он объединил пройденные темы в комплексную проверку, а то, что ещё не разобрали, выделил отдельно.

Хотя обычно Сюй Шэн был несерьёзным, но когда действительно начинал решать задачи, втягивался довольно легко. История с сердечной линией [графиком-кардиоидой] в определённой степени изменила его отношение к этому предмету.

Подумать только — вот как сильно Шао Чжань на него повлиял.

Сюй Шэн опёрся на стол. Подождал около пяти минут. Шао Чжань проверил все задания и сказал: «Ошибок — пять».

«…» — Сюй Шэн не думал, что ему так не повезёт. — «Дашь шанс смухлевать?»

«Или сегодня пять, завтра четыре. Я думаю, в учёбе всё-таки нужно двигаться шаг за шагом».

Тогда Шао Чжань сказал про «четыре задачи» просто так, в основном чтобы подогреть интерес своего парня к учёбе. Было ли их больше четырёх или меньше — неважно. Он перевернул лист на первую страницу, собираясь объяснить ему ошибки. Объяснит одну — и зачеркнёт «крестик» рядом с ней, считая, что тот ошибся в четырёх: «Знаешь, в чём у тебя здесь проблема?»

Однако он недооценил решительность Сюй Шэна.

То, что Сюй Шэн только что усидел на месте и выполнил задание, уже было хорошо.

Когда Хоу Цзюнь и остальные наконец ушли почти перед самым выключением света, в корпусе общежития уже погасили свет, пока Шао Чжань проверял его работы.

Сюй Шэн стоял сбоку от Шао Чжаня, по-прежнему упершись поясницей в край стола, и сделал шаг прямо к Шао Чжаню. Тот не ожидал, что Сюй Шэн вдруг рванёт к нему, и, боясь, как бы он не ударился поясницей, инстинктивно отступил немного назад. Это отступление как раз и дало Сюй Шэну возможность.

Не прошло и двух секунд, как инициатива перешла к Сюй Шэну.

Теперь он оказался зажат между ног Шао Чжаня. Поскольку зазор между столом и стулом был очень узким, поясница Сюй Шэна плотно прижималась к краю стола, так что было неудобно, ноги тоже были стиснуты. Тогда он просто согнул одну ногу, упёршись коленом в бедро Шао Чжаня, принимая полустоячее-полусидячее положение.

«Ну тоже неплохо, — нависая сверху, Сюй Шэн наклонился и потянулся к воротнику куртки Шао Чжаня. Эта поза заставляла их быть очень близко. — Тогда я награжу своего парня. За то, что он дал мне столько задач».

Один стоял, другой сидел.

Шао Чжаню оставалось только смотреть на него снизу вверх. Он видел, как Сюй Шэн, заслонив собой свет настольной лампы, наклоняясь вперёд, постепенно пожирал оставшиеся лучи света.

Пальцы Сюй Шэна, сжимавшие воротник Шао Чжаня, сжались сильнее. Он опустил голову. Его поза и движения при приближении были резкими, но стоило его губам коснуться губ Шао Чжаня, как вся сила тут же исчезла.

Шао Чжань замер на мгновение, но быстро перехватил инициативу.

Дыхание мгновенно сплелось.

Его рука как раз оказалась на талии Сюй Шэна. Талия у парня была тонкой. Шао Чжань мысленно прикинул её объём ладонью, вспомнив, как на военной базе в Лючжоу, когда переодевались в военную форму, брюки Сюй Шэна были настолько свободны, что еле держались на бёдрах.

На этот раз поцелуй длился очень долго.

Юные, неопытные, неуклюжие, они исследовали друг друга.

Сюй Шэн сам не заметил, когда разжал руки и как изменил позу, усевшись прямо на колени Шао Чжаню, но смутно помнил, что в перерывах между сплетением губ и языков невнятно позвал: «Брат…».

Последней мыслью, всплывшей в голове, было: «Если бы такая награда была каждый день, я бы согласился решать задачи хоть всю жизнь».

Под руководством Шао Чжаня за целую неделю до промежуточных экзаменов Сюй Шэн усиленно занимался только математикой. Днём ли на уроках, вечером ли в общежитии — каждый день он сражался с математическими задачами. Такой метод концентрации на одном предмете приносил быстрые плоды: информация забывалась редко, и даже ночью Сюй Шэну снилось, как он решает задачи.

Целенаправленные тренировки в сочетании с поощрительной политикой позволили успеваемости Сюй Шэна по математике резко взлететь вверх. Разумеется, это было неразрывно связано и с тем, что его изначальные оценки были катастрофически низкими. Двоечнику, который никогда не учился, поднять балл с тридцати до девяноста — не проблема. Но вот как преодолеть «период застоя» — вот в чём был ключевой вопрос.

Убедившись, что Сюй Шэн полностью усвоил все данные ему задания, Шао Чжань устроил ему частный