Да, моя королева! Дилогия - Татьяна Ткачук

- Ох!.. Пока вроде не натерла, но с непривычки ноги ноют и поясница.

- Присядь вот здесь, на траву! Сейчас немного отдохнем, лошади попасутся, а потом поедешь со мной!

- А как же Ха Юль?..

- А Ха Юль поедет на твоей лошади! – безапелляционно заявил мужчина, помогая девушке сесть на траву.

Служаночка разместилась рядом, и, заведя назад руки, водила пальцами вверх и вниз по закаменевшей от долгой езды спине. Юн Хо развел лошадей, чтобы они не мешали друг другу, потом достал из седельной сумки сверток с едой, которую они купили на постоялом дворе в Ханяне, и подошел к девушкам.

- Не проголодались еще? – спросил с улыбкой, опускаясь на землю рядом с Лерой и разворачивая еду.

Вскоре они сидели рядом, уминая за обе щеки лепешки с сыром и кусочками запеченной курицы.

- Долго здесь не будем задерживаться – до ночи надо найти ночлег, – сказал ватажник, задумчиво глядя на плавно текущую воду.

- Как скажешь – так и сделаем, – покладисто отозвалась девушка. Ха Юль же вообще промолчала. С самого момента, как они покинули Ханян, она была молчалива и как-то отстранена. Но Лера списывала это на смену обстановки.

Пока перекусывали, Лера поведала мужчине об учиненном ими беспорядке в покоях, и Юн Хо похвалил находчивость возлюбленной, а когда Лера поправила его, что это придумала Ха Юль, с некоторым удивлением посмотрел на зарумянившуюся от похвалы хозяйки девчонку и улыбнулся той одобрительно.

Путники посидели еще совсем чуть-чуть и поднялись. Нужно было продолжить путь и как можно дальше отъехать от столицы. Даже если во дворце не сразу обнаружат исчезновение Со Хён и ее служанки, расслабляться не стоило.

В этот раз Юн Хо помог взобраться в седло служанке, и та уселась более уверенно, чем ее барышня, и по-мужски – благо юбка была широкая и позволяла прикрыть ноги. Мужчина ловко взлетел в седло вороного и, наклонившись, протянул руку Лере. Та, ни секунды не сомневаясь, подала свою, и, оттолкнувшись носками сапожек от земли, оказалась сидящей позади любимого. Тут же обвила руками пояс мужчины и прижалась щекой к его твердой спине.

Юн Хо тронул пятками скакуна, и они тронулись в путь. Дорога вилась между поросшими лесом холмами. Лошади мерно стучали копытами по утоптанной земле. К удивлению Леры, Ха Юль оказалась неплохой наездницей. Она довольно быстро приноровилась к бегу своей лошади и, кажется, даже начала получать удовольствие от этого.

А сама Валерия прижималась к спине Юн Хо, крепко держась за него, вдыхала запах любимого и чувствовала ликующую радость. Они были вместе и были свободны.

И если где-то на краешке сознания временами мелькала у нее мысль о том, что принцессу будут искать, пусть даже подумают сначала, что ее похитили, то она старательно отгоняла ее прочь, намереваясь решать проблемы по мере их поступления, как небезызвестная героиня романа Маргарет Митчелл.

Они без остановки ехали до самой темноты, держа направление на восток. Лишь когда ночная мгла опустилась на землю, а крупные звезды высыпали на черном небе, впереди показался большой постоялый двор, раскинувшийся на довольно обширной равнине, уже некоторое время раздвинувшей лесистые холмы и горы к горизонту. Утоптанный до каменной твёрдости тракт вел аккурат мимо, и только развилка с указателем показывала направление усталым путникам, да освещенное масляными фонарями большое подворье служило сигналом, что там путешественников ждет ночлег и горячая пища.

Туда и направили лошадей путники и вскоре въезжали в просторный двор, огороженный изгородью из бамбуковых стволов – неподалеку произрастал бамбуковый лес, в ночи казавшийся невнятной, сплошной темной массой. Несмотря на поздний час, здесь царило оживление: бегали то туда, то сюда с поручениями слуги, постояльцы ужинали или размещались на ночлег… В общем, жизнь кипела.

Юн Хо помог девушкам спешиться и, передав поводья обеих лошадей подбежавшему мальчишке-подростку, снял седельные сумки и решительно зашагал к приземистому большому ханоку, поставленному буквой П, вокруг которого теснились другие здания. Девушки поспешили за ним.

Внутри помещения, несомненно, служившего харчевней, звучал непрерывный гомон от множества голосов, бегали подавальщицы с блюдами, а в стороне, за сколоченной из потемневшего от времени дерева широкой конторкой расположился не старый еще, довольно крепкий мужчина в темно-сером ханбоке. От его пронзительного взора, казалось, не укрывалось ни одно движение в помещении. Вот и вошедшую троицу он сразу же приметил, однако невозмутимо следил за тем, как они остановились на входе, а затем молодой мужчина, одетый довольно неприметно, однако же, с ножнами у бедра, говорившими о том, что он владеет оружием, окинул глазами помещение и, безошибочно определив хозяина, двинулся к нему. За парнем, не отставая ни на шаг, шли тощий мальчишка в шляпе, надвинутой на лоб, и круглолицая простоватая девица, скрывавшая волосы под коричневым чанотом-накидкой.

Подойдя, молодой человек остановился в паре шагов перед конторкой и негромко, но отчетливо произнес, едва заметно поклонившись:

- Доброй ночи, хозяин! Нам нужен ужин и крыша над головой!

Тот окинул по очереди внимательным взглядом всех троих и спросил:

- А девица тебе кем приходится? Я разврата тут не потерплю! У нас приличное заведение!

- Не беспокойтесь, аджосси (дядюшка)! Это моя сестра и младший брат! Мы возвращаемся с похорон от родственников матери – ее брат скончался недавно, – спокойным тоном пояснил Юн Хо.

Ха Юль потупила взор, посильнее натянув на голову чанот, а Лера, не глядя на хозяина, изучала помещение трактира, словно ничего из сказанного ватажником не касалось ее никоим образом.

Хозяин пожевал тонкими губами с редкой щеткой усов над ними и, наконец, выдал:

- У нас остановился на ночь купец со своим караваном. Но одну комнату я вам, так и быть, найду!

- Спасибо, господин! Этого будет вполне достаточно! Но сначала – велите нас накормить!

- Хва Сон! Хва Сон, негодный мальчишка!

Откуда-то выскочил парнишка-подросток с заплетенными в простую косу длинными волосами, кончик которой при каждом движении ударял его в спину.

- Да, отец! – запыхавшись, ответил он.

- Скажи матери, чтобы подала ужин новым постояльцам, а потом проводи их в свободную комнату!

- Так, э-э-э… Абоджи, не осталось больше свободных-то…

- Как – не осталось?! – рявкнул, бахнув ладонью по поверхности конторки, хозяин. – А угловая?..

- Так это… Ее еще вечером отдали тому господину… Ну, который…

- Довольно! – прервал его Юн Хо. – Моим спутникам нужен отдых! Я не прошу многого – три матраса, чтобы было куда лечь,