Да, моя королева! Дилогия - Татьяна Ткачук

Глава 36

Лера

Проснувшись утром, она, на удивление, почувствовала себя отдохнувшей и выспавшейся. Хотя, похоже, было еще очень рано – в комнатенке царил предрассветный зыбкий сумрак, свидетельствующий, однако же, что ночь подходит к концу, и скоро начнет светать. Девушка открыла глаза и встретилась с нежным взглядом черных глаз напротив. Увидев, что она проснулась, Юн Хо улыбнулся и, легко чмокнув Леру в кончик носа, прошептал:

- С добрым утром, сердце мое!

- С добрым утром, милый! А… Ха Юль?.. – он завозилась в объятиях мужчины, стараясь повернуться и посмотреть наперсницу, но мужчина удержал ее.

- Тсс… Не ёрзай, красавица! Она еще спит, – шепнул он в девичье ушко, попутно легонько прикусив мягкую мочку, отчего по коже Леры побежали морозные мурашки, заставившие ее передернуться всем телом.

- Юн Хо, не балуй! – шлепнула она мужчину по плечу и тут же обвила его шею. – И разве мы не собирались выехать на рассвете?

- Собирались, – вздохнул он. – Но давай полежим так еще чуть-чуть!

И девушка сдалась. Ей и самой не хотелось выбираться из надежных, теплых объятий. Юн Хо прижал ее к себе и затих, время от времени целуя ее в макушку, вдыхая аромат женских волос и желая, казалось, укрыть ее в своих руках от всего мира.

Но разлеживаться долго они не могли. Поэтому, тихо вздохнув, мужчина приподнял пальцами подбородок Леры и коснулся поцелуем ее губ, прошептав:

- Люблю тебя, душа моя!

- Люблю тебя, – тихим эхом отозвалась девушка, и они разомкнули объятия.

Валерия села и повернулась к наперснице. Та спала на своем тюфяке, свернувшись клубочком и укутавшись в одеяло так, что наружу торчал лишь нос.

Лера умилилась: за все время их знакомства она практически не видела, чтобы Ха Юль спала при ней. Сейчас, во сне, та казалась совсем девчонкой. Хотя она и так была совсем юной, сверстницей Со Хён. Девушки ведь и выросли вместе, припомнила Лера. Она переползла на свой матрас и легко прикоснулась к укрытому одеялом плечу служанки:

- Ха Юль! Просыпайся! Пора ехать!

- А? Что?.. – взметнулась вверх служанка, еще не открывая глаз.

Лера хихикнула едва слышно и повторила:

- Просыпайся! Уже светает!..

- А!.. Это вы, барышня? – та разлепила, наконец, ресницы и еще совсем сонным взглядом проводила поднявшегося со своего места ватажника, направившегося к двери.

Он еще сказал, задержавшись на миг перед дверью:

- Вставайте! Я договорюсь о завтраке для нас! – а потом, привычно подхватил сумки с их добром и вышел.

В углу комнатушки, рядом с дверью, расположилась сколоченная из деревянных брусков табуретка, на которой стоял медный таз, а к нему притулился глиняный кувшин с водой – умыться. На широком низком комоде у стены – пожалуй, единственном предмете мебели в этом «номере» – лежало свернутое в несколько раз мягкое полотно серо-голубого цвета, предназначенное для вытирания.

Девушки и занялись собственной гигиеной, поочередно поливая друг другу на руки воду, а потом так же, по очереди, воспользовались полотенцем. И, конечно же, Ха Юль уступила первенство своей барышне.

Косы переплетать не стали, тем более что у Леры она так и была собрана в пучок, который девушка накрыла плетеной шляпой. А служанка просто опять накинула на голову чанот.

Они поспешили в просторный зал харчевни, который, по причине слишком раннего утра, был практически пуст – лишь несколько человек разместились в разных концах его, сонно поглощая свою еду. Видимо, они, так же, как и Валерия со своими спутниками, торопились покинуть гостеприимное место и отправиться дальше по своим делам.

Юн Хо уже заказал завтрак для всех троих и, завидев спутниц, помахал рукой, обозначая свое местоположение. Девушки, не привлекая особого внимания к себе, быстро подошли к нему и уселись за стол.

- Завтракайте, и будем выезжать!

В общей миске на столе лежали вареные яйца, глубокая плошка была наполнена горячим, свежесваренным рисом, другая миска полна острым кимчи. В кувшине исходил ароматом душистый травяной отвар, а глиняные чашки уже ожидали, когда их наполнят живительным напитком.

Девушки без дополнительных приглашений принялись за еду. Полчаса спустя наши путешественники уже выезжали за распахнутые ворота постоялого двора, спеша продолжить свой путь. Лера снова ехала одна, а Ха Юль заняла ее место за спиной ватажника.

Ночь неохотно уступала нарождающемуся новому дню: небо на востоке порозовело, в зарослях кустарника вдоль извивающейся между холмами дороги уже вовсю щебетали проснувшиеся птахи. Отдохнувшие за ночь кони бежали бодро и норовисто, унося своих всадников все дальше на восток. Они остановились лишь четыре часа спустя, решив дать передышку лошадям и немного размяться самим.

И Ха Юль вдруг спросила:

- А разве мы едем не в сторону Ёнджу? Я узнаю дорогу. По ней мы ехали в столицу…

- Все верно, – спокойно отозвался мужчина, покусывая длинную тонкую травинку, сорванную около толстого ствола дерева, на которое он оперся спиной. – Но в город мы въезжать не будем, обогнем его по дуге, сократив путь на побережье. Но если ты хочешь вернуться в родные места – мы завезем тебя!

- Нет! – поспешно ответила девушка. – Я – с вами! Все равно в городском доме господина советника у меня нет никого родных…

- Конечно, Юн Хо! Пусть Ха Юль едет с нами… Так мы хотя бы будем уверены, что у нее все хорошо.

Мужчина скептически хмыкнул, но промолчал. Больше к этой теме они не возвращались.

Две последующие ночи путники проводили на постоялых дворах, расположенных как раз в дне конного перехода друг от друга. Это были другие гостиные дворы, не те, на которых останавливался разбойник вместе с погибшим Дон Соком, направляясь в Ханян.

Но это было и к лучшему – меньше было вероятности, что кто-то из хозяев узнает молодого господина. Да и снова появляться на том подворье, где случилась стычка с бандитами, у парня не было никакого желания.

Девушки не роптали по поводу трудностей пути – они прекрасно понимали, что Юн Хо и так старается сделать их путешествие максимально удобным. К тому же, в одной маленькой деревеньке, мимо которой они проезжали, и куда Юн Хо, дабы привлекать как можно меньше внимания со стороны местных, отправился один, оставив девушек в ближайшей роще, удалось, помимо еды в дорогу, купить и мужскую одежду для Ха Юль, Вернувшись из деревеньки, мужчина