Молия - Маргарита Серрон

Глава 35

— Крей привет, это Серега, ну Серьга, помнишь?

— Ну, и че? Долг хочешь отдать?

— Нет, ну не в деньгах, инфа же тоже денег стоит?

— Это я решу, чего стоит твоя инфа.

— Ну ладно, короче, я подслушал, как твои черти трепались, они сейчас бегают по Москве и ищут какого-то Киана, а я вспомнил, что к тебе в клуб ходил один такой, на гота похож и ты с ним мило беседовал.

— А мне какое дело, мне он нафиг не сдался.

— Может и так, только тот, кто этого черта найдет, получит вольную.

— Что?!

— Что слышал, то и говорю, они так и сказали, кто первый позвонит, его сразу домой вернут без суда и следствия. Крей, ты врубаешься? Я не очень, но думаю тебе интересно. Ага, молчишь, значит я по адресу. Так вот, я тебе телефон заказчика, а ты с меня долг списываешь. Лады?

— Лады. Диктуй.

— Крей, деталь есть, маленькая такая, посылка живой должна быть иначе почтальон грозится всех к пожизненному приговорить. Ты уж сам как хочешь, так и понимай. Мое дело запомнить и передать. Пиши телефон…

Крей записал телефон и задумался. Все складывалось лучше, чем он и мог представить. Киан его не видел, да и подельника тоже. Менты, которые задержали машину на дороге, уже по России гастролируют, это бомжи местные, их никогда не найдут. Вот и все, концы в воду. Он герой и народный любимец, досрочно освобожденный за спасение жреца. Все нужно продумать до мелочей. И даже если захотят в голове его покопаться, пусть, жрецы никогда не меняют своего решения. Закон един для всех. Его все равно вернут на родную планету, ну а там он затаится как мышь. Никто его не найдет. Ему все равно терять нечего, конец его на Земле ждет один, так почему не использовать шанс на жизнь? Крей соскочил с кровати точно ужаленный и кинулся в подвал. Только бы проклятый жрец еще не сдох, только бы он выжил.

— Муха, как там наш клиент. Жив? Ты его перебинтовал еще раз? — Крей старался не выдавать своего нервоза, но внутри у него все тряслось от волнения.

— Да, я бы сказал скорее мертв, чем жив. Не знаю, как он еще держится. Я бы уже давно разложился на атомы, ну у меня дистрофия с детства. И не называй меня Мухой, я — Муахи, слепой ублюдок.

— Да заткнись уже. Набери мне номер на мобиле, я продиктую, другу позвонить нужно, сто лет его не видел, а у него сегодня день рождения.

— Ну, давай инвалид хренов, только предупреждаю, запалишь, я тебя похороню вместе с клиентом и срать я на твои деньги хотел, шкура важнее. Говори при мне, а то, что-то ты вспотел, вроде не жарко в доме.

— Да без проблем.

Крей сразу сосредоточился, он бы уже завалил своего напарника, задушил бы глиста субтильного голыми руками, но ему нужно было сделать единственный звонок. Сам бы он не за что справился с абсолютно гладкой панелью своего Айфона. Черт бы побрал новые технологии, где слепой на ощупь не может даже набрать номер. Крей улыбнулся, лохом он никогда не был, Муха просто ребенок по сравнению с ним.

— Ало, Жрец привет, это ссыльный звонит, ну Крей, что забыл меня приятель? Так вместе же сидели в КП-13, пять лет назад, ну и память у тебя короткая. Я тебя с Днюхой поздравляю, даже подарок тебе приготовил, все, как ты просил, в точности. И торт куплю со сливками. Поспеши только, сливки растаять могут. Как будешь в Москве сразу заезжай, дело есть. Не забудь, что должок за тобой числится, ты уж не подведи, раз сам прокукарекал. Ну давай. Будь.

— Бля, буду, ты что слепой, педик?

— А тебе какое дело? Ты пожрать приготовил? Пойдем, хватит лясы точить.

Как только Крей очутился на кухне, он незаметно спрятал кухонный нож в рукаве рубашки. Услышав, что Муха открыл холодильник и стал греметь посудой, он двинулся на звук, на ощупь ориентируясь в комнате, которую вчера изучил вдоль и поперек, рассчитав точное количество шагов от стола до угла, где стоял холодильник. План убийства он продумал заранее, поэтому сейчас действовал быстро и решительно. Как только он дотянулся левой рукой до худой спины мужчины, его широкая ладонь, точно сканер, моментально оценила рельеф остро выпирающих лопаток без грамма мышц, переименовав Муху в унизительное прозвище Хлюпик. Приободрившись и оскалившись, Крег выхватил правой рукой нож и одним отработанным движением перерезал напарнику горло. Все произошло так быстро, что Муха не успел ничего понять. Захлебываясь в собственной крови, он завалился на пол, роняя тарелки с едой. Крей отступил. Дело оставалось за малым-дождаться приезда жрецов.

— Я еду с вами, Матвей, дай мне адрес! — Моля металла гром и молнии, но никто ее не слушал. Когда Матвей по своим связям пробил телефон и вычислил откуда звонил Крей, все жрецы собрались ехать, но Моле приказали оставаться в коттедже.

— Это мой жених и я целитель, а если он ранен? Что вы тогда будете делать? — Моля знала точно, что ей нужно ехать, но достучаться до упрямых вершителей судеб, помешавшихся на ее безопасности и контроле, она не могла. — Хорошо, я останусь и буду вас ждать здесь! Ваша взяла.

Все встали, как вкопанные, с удивлением обнаружив, что в доме наступила долгожданная тишина и девушка перестала орать как резанная.

— Вот и хорошо, а то от твоих криков, малышка у нас уже уши заложило. — Кариан переоделся в черную мантию с капюшоном и был похож на падшего ангела, улыбаясь грешной улыбкой соблазнителя, просто по-другому он не умел общаться с женщинами. Только Арим подозрительно смотрел на землянку, которая, как ни в чем не, бывало, стала подниматься себе в спальню, не обращая внимание на его пронзительный взгляд. Торр в это время был поглощен своим мечом и другими видами оружия, которого у него под мантией было спрятано в огромном количестве и не обращал внимание на перебранку. Он теперь очень терпимо относился к землянке, понимая, что беременная женщина просто не в себе. Это умный Матвей навел его на эту мысль, объяснив, что землянки становятся несдержанные и эмоционально нестабильные во время беременности. И виноваты в этом гормоны. Он не знал, как еще защитить свою подругу, понимая, что терпение жрецов не беспредельно, особенно Торра. А о любви и о чувствах, что Молю одолевали им знать было не нужно, все-равно не поймут,