Недотрога для хищников. Единственная для двоих - Олеся Рияко

— Корабль… Эджу улетел?

Рину язвительно усмехнулся и провёл рукой по бритому затылку от шеи вверх.

— Ну… можно сказать и так.

Мне стало гадко… Это ведь случилось из-за меня. Я привела его к ним. Уж лучше бы тогда всё-таки застрелилась в лесу, честное слово!

— Мне очень жаль, Рину. — Искренне сказала я, не представляя как ещё выразить свои чувства.

Но он вдруг широко улыбнулся мне и громко сказал:

— О чём ты, Ив?! Да этот говнюк нам буквально жизнь спас!

Мне показалось, что я ослышалась.

Потому что… какого чёрта вообще?

— Спас жизнь… о чём ты?

Рину досадливо фыркнул и сел у моих ног на импровизированную кровать.

— Жаль, конечно, что ты не помнишь… Это ведь был эпичнейший фейерверк! Рэвул сказал, что собиратели скорее всего заложили бомбу в один из топливных циркуляров. Они были герметичные и в заводской упаковке, поэтому мы поставили их не проверив. Кто же знал, что так оно всё обернётся…

Я смотрела на него во все глаза.

— Собиратели, бомба… я не понимаю. Что случилось?

Рину придвинулся ко мне и, поставив на пол кружку с остатками воды, бережно взял меня за руку.

— Когда наш корабль набрал высоту, он взорвался прямо вместе с этим кровососущим ублюдком. Нам с Рэвулом некогда было радоваться, мы реанимировали тебя после остановки сердца, но в душе мы ликовали, поверь.

Я заскользила взглядом по шатру, пытаясь всё осознать и сосредоточиться. Ведь выходит… что мы так или иначе суть не умерли.

— Собиратели хотели нас убить… — Произнесла я вслух свои мысли и тут вспомнила важное: — Эджу говорил, что их главарь на самом деле не намерен покидать эту планету! Что его всё устраивает и он скрывает от своих, что их корабль старое корыто, неспособное взлететь и никакой ремонт ему уже не поможет!

Рину задумчиво провёл длинным пальцем по подбородку и медленно кивнул.

— Тогда всё складывается. Как говорится, ничего личного, он Господин С Отвисшими Сиськами просто не хочет, чтобы это место попало на звёздные карты и его уютный мирок стал достоянием общественности. А он обязательно станет, когда хоть кто-то выберется хотя бы на орбиту этой планеты и сможет послать в космос сигнал с просьбой о помощи.

Я кивнула ему и опустила взгляд. Попыталась улыбнуться… но как-то не вышло.

Несмотря ни на что у киранцев больше не было их корабля. Теперь они вынуждены были жить в брезентовом шатре на улице и я была одной из тех, кто непосредственно приложил к этому руку.

— Эй…

Рину осторожно коснулся пальцами моей щеки и заставил поднять на него взгляд и посмотреть в яркие голубые глаза.

Он тепло мне улыбался. Искренне. И губами, и глазами, а не как этот психопат Эджу у которого одно жило от другого отдельно, потому что все эмоции были пластиковыми. Не настоящими.

— Главное, что мы живы, Ив. Главное, что ты жива. Остальное неважно.

Тихо сказал он и вдруг судорожно вздохнул, словно усилием воли подавив комом подступившие к горлу слёзы.

Пальцы Рину снова скользнули по моей шеке, а затем огладили плечо и судорожно сжались на нём. Будто бы киранец едва смог подавить желание притянуть меня к себе и обнять так крепко, как только мог.

— Ив…

Обречённо прошептал он, смотря мне прямо в глаза. Искренне и обезоруживающе нежно.

— Прости меня. Я бы хотел понять, что должен сделать, чтобы ты меня простила, но не знаю, можно ли такое простить. Но я… не смогу без тебя… Я задыхаюсь, когда тебя нет рядом… Я распадаюсь на части! Прошу, скажи, как мне вернуть тебя? Знай, я на всё готов, чтобы ты… хотя бы перестала отворачиваться от меня и снова смотрела как прежде.

Он поджал губы, стараясь держать себя в руках. Все эти слова были сказаны с болью и вырваны из самого сердца.

Но и мне от них было больно тоже.

Я подумала, что он слишком торопит события… По крайней мере я сейчас была не в том состоянии. Слишком слаба, слишком не готова сдаваться, потому что раны свежи. И те, что нанесли мне… И те, что нанесла я…

— Рину, пожалуйста… давай оставим это. Я… я пока не готова это обсуждать.

— Ив?

Голос Рэвула заставил меня сжаться и инстинктивно обхватить себя за плечи. Не от страха… от совсем другого болезненного чувства. Тоски, смешанной с обидой?

Брезентовый угол шатра с шумом был отброшен в сторону и Рэвул вошёл под полог заметно покачнувшись. Рину тут же скользнул к нему и успел подхватить под руку.

— Тихо, тихо, тихо… Какого тара ты встал?! — Проворчал красноволосый на брата, когда тот с усилием выпрямился, делая вид, что всё с ним в порядке, хотя я никогда не видела Рэвула таким болезненно бледным. — Тебе нужно лежать, пока не восстановишься!

— Отвянь, мамуля… — буркнул тот, отбросив в сторону его руку, — сам разберусь.

И обернулся ко мне, посмотрев на меня так, что у меня сердце ухнуло во внезапно разверзшуюся в грудной клетке чёрную дыру.

— Разобрался уже! — Не унимался Рину. — Ещё тебя теперь нахватало откачивать! Я знаешь ли, тоже не железный! Слышал? Ты не железный! Вали спать! Ты же выпил ту настойку, которую я тебе принёс час назад? — Немного успокоившись, деловито спросил он, но Рэвул его словно и не слышал.

— Ив… — как завороженный прошептал он, но словно не нашёл слов как продолжить.

— Всё в порядке. — Вместо меня ответил Рину. — Теперь с ней всё будет в порядке. Слышишь?

Он положил брату руку на плечо, попытавшись подтолкнуть его в нужном направлении, но Рэвул даже не шелохнулся.

— Ив, я должен…

— Я бы хотела отдохнуть. — Громко оборвала я его и потянула на себя большой спальник, которым была укрыта.

Отвернулась от Рэвула, сосредоточила взгляд на Рину.

— Голова кружится. И тошнит. Можно мне ещё воды и немного полежать в тишине?

— Да, да. Конечно. — Торопливо ответил он и снова взял брата под локоть. — Пойдём Рэв, тебе тоже лучше бы ещё поспать. Я провожу…

— Отпусти.

Рэвул с раздражением освободился от его руки и обречённо добавил, не сводя с меня взгляда:

— Пару шагов я и сам как-нибудь сделаю. Ив, я просто хотел сказать… я рад что