Магнит для ангелов - Тимофей Александрович Решетов

собственно купол, высотой метров двадцать. На самом верху, в центре, ребра каркаса формировали красивую семиконечную звезду, и оттуда причудливым узором расходились к основанию. За исключением ребер, купол был абсолютно прозрачен. Основание зала было круглым, метров пятьдесят или шестьдесят в диаметре. По периферии в зал поднималось со второго уровня семь лестниц, шириной метра по три, они были отгорожены от внутреннего пространства невысокой перегородкой, вдоль которой по всей внутренней окружности был устроен невысокий широкий светлый диван. На диване стопками лежали подушки и пледы.

Пол зала был выложен деревянным паркетом из различных сортов дерева, образуя удивительной красоты и сложности узор. Центр зала представлял собой круг диаметром порядка десяти метров, от него расходилось семь лучей, деливших все пространство зала на разные по оттенку участки, которые, как объяснили Севе ребята, назывались «рощами». Вся группа, в составе которой он сюда попал и которая тут уже пополнилась еще несколькими участниками, расположилась в «дубовой роще» на юго-востоке. Еще тут были тополь, береза, осина, сосна, клен и ясень. Зал казался (да он и был!) огромным и, залитый светом предзакатного солнца, выглядел впечатляюще грандиозно.

Когда они только пришли, тут уже было человек сто, и люди продолжали собираться, поднимаясь по лестницам. Все рассаживались на диванах по периметру. Разговаривали очень мало, все внешнее общение сводилось к коротким репликам и каким-то междометиям. По всему было видно, что все люди отлично знают, зачем они сюда пришли, что сейчас тут будет происходить, и пребывали в напряженном ожидании. Дима, который казался главарем всей «дубовой» команды, выглядел сосредоточенным и, не отрываясь, наблюдал за происходящим в зале. Да и все остальные также пребывали в состоянии включенности в процесс. Женя усадила Севу на диван и сказала ему:

– Наблюдай пока. Скоро начнется…

Ребята все вместе встали метрах в пяти от дивана шеренгой, на небольшом расстоянии друг от друга.

Сева сидел на диване, скрестив ноги, выпрямил спину и пытался сосредоточиться на шаре. Он прислушался к окружающим звукам. Ему казалось, что он улавливает какой-то ритм, как бы пульсацию. Через пару минут этот ритм сделался совершенно очевидным. Сева закрыл глаза и увидел, что весь зал залит плотным слоем света. Это было похоже на море, и это море пульсировало. Сева скорее ощутил, чем понял, что это море сформировано из нескольких потоков: те, что исходили от земли, снизу, поднимались как своего рода туман, а лучи закатного солнца проникали в эту базу сверху, сквозь прозрачный купол, насыщая ее белой лучистой субстанцией. Но самая главная, живая составляющая приходила от собравшихся, и она имела янтарный оттенок. Именно благодаря сознательному участию людей две базовые компоненты соединялись в единое целое.

Затем Сева обнаружил, что стоящие по кругу люди как бы закручивают эту энергию в вихрь. Каждый из них направил свой персональный шар внимания в самый центр круга, и таким образом сложился большой общий шар, который как бы скользил по образовавшемуся морю энергии, купался в ней. Это море постепенно заполнило собой весь купол и сформировало общую плотную атмосферу. Сева отчетливо почувствовал ее всем своим телом как направленный поток ветра, вихрь, который окутал всех присутствующих. Через некоторое время под куполом образовалась устойчивая атмосфера, и, когда заходящее солнце полностью скрылось за горизонтом, под куполом сохранялось видимое глазом свечение воздуха. Никаких больше излучателей тут не было, Луна еще не взошла, и только звезды светили где-то в там, вверху, впрочем, через купол свет их был практически незаметен.

Сформировав атмосферу, все участники, казалось, немного расслабились, разошлись и расселись на диванах, не переставая удерживать в центре круга большой общий шар, который, после того как каждый занял свое место, начал движение по кругу. Сначала он облетел весь купол на некоторой высоте от пола, затем снизился и пошел кругом перед линией диванов, при этом он постепенно становился более прозрачным, светился ярче. Через некоторое время он пошел прямо по людям: на несколько секунд каждый из присутствующих попадал внутрь него и оставался внутри, как если бы это была некая колба.

Сева с волнением и трепетом ждал своей очереди. Он понял уже, что это касается всех присутствующих. Когда сидящие слева от него участники его «дубовой» команды, с которыми днем он уже успел познакомиться, попадали внутрь шара, он видел, как они преображались, лиц их не было видно, но тело словно вспыхивало каким-то внутренним огнем. Все это происходило в полной тишине, сохранялась только неслышимая ухом равномерная пульсация общей атмосферы под куполом.

Наконец, шар поглотил Севу. Поначалу он ощутил жжение, которое тут же превратилось в разливающуюся по всему телу негу. Каждый вдох и каждый выдох приносили немыслимое блаженство. Было ощущение парения, как если бы его слегка приподняли над тем местом, где он сидел. Сева почувствовал, что его внутренние границы растворяются и он вливается внутрь общей атмосферы как отдельное равноправное существо. На какой-то миг он забыл даже собственное имя. Шар общей энергии как бы взял его личный кокон и восстановил его целостность, уничтожая все те дыры, про которые ему рассказывали в избе. Это было переживание тотальной реинтеграции себя самого в самом себе. Все это длилось несколько долгих мгновений, и вот шар оставил его и перешел к следующему участнику, сидевшему справа от Севы.

Однако ощущение парения не исчезло сразу, равно как и блаженство, которым сопровождалось дыхание. Сева понял, что это только начало, спокойно сидел и ждал, что же будет дальше. Ощущение времени совершенно исчезло, время как таковое перестало иметь значение. Купол, в котором они сейчас находились, превратился в отдельный целостный мир. Просто быть тут вместе со всеми, быть частью всего этого действа показалось Севе верхом земного блаженства. Вся его предыдущая жизнь была прелюдией к этому, он вдруг ощутил внутри себя странное чувство, как будто то, что сейчас с ним происходит, он уже когда-то переживал, но затем прочно забыл, и вот он снова тут, дома! Ему подумалось, что все наиболее значимые события в его жизни имели одну единственную цель – снова оказаться здесь.

Между тем шар закончил свой обход и переместился на середину. Возникла некоторая пауза, как вдруг одна из фигур – женская – поднялась с дивана и медленно вышла в центр круга, будто примагниченная туда силой шара. Она встала в самом центре, шар поглотил ее, и Сева услышал пение. Тело девушки начало ритмично двигаться внутри шара, и каждое движение, казалось, издавало определенный звук. Это было похоже на соло на флейте. Звуки этих движений были пронзительными, но они