Это мы не проходили - Мугуа Хуан

персонажи — они требовали не только аплодисментов, но и «радужных комплиментов»: «Так, прежде чем я продемонстрирую свой потрясающий вокал, я даю вам три минуты на то, чтобы похвалить меня. А то боюсь, что потом, когда заиграет музыка, я не услышу ваших восхищений».

Сюй Шэн высказался прямо: «Не лесть, Цзыцян. Лучше не пой».

Юань Цзыцян сделал вид, что вот-вот заплачет: «Почему вы подыгрываете Старшему Шэну, а мне нет?!»

«Какой уровень у Старшего Шэна, — съязвил Хоу Цзюнь. — И какой у тебя. Один — бронзовый, другой — король».

«…»

Юань Цзыцян завопил: «Всё равно! Сначала похвалите меня!»

В итоге Хоу Цзюнь, напрягшись, выдал: «Ты настаиваешь нас заставлять, да? Ну ладно. Ты крут! Ты — Чжоу Цзелунь[1] из Линьцзяна!»

Цю Цю рассмеялась, камера в её руках бешено затряслась.

Для учеников Шестой школы Линьцзяна учёба занимала слишком большую часть их школьной жизни. Каждый день, кроме решения задач, было только решение задач. Раз в месяц удавалось выбраться домой, и то приходилось нагонять с домашним заданием. В горячую пору даже мыть голову было лень — слишком много времени отнимало. Такие редкие моменты, когда можно было дать себе волю, выпадали нечасто.

Сюй Шэн допил тот напиток, который держал в руке. Оказалось, что на вкус он довольно неплох, и он открыл ещё одну бутылку. После двух-трёх бутылок он не мог понять то ли воздух в кабинке стал слишком душным, то ли ещё что, но он почувствовал, что его слегка покачивает.

— Тебе не кажется, что здесь душно? — спросил Сюй Шэн, придвигаясь к Шао Чжаню, когда аккомпанемент стих. — Меня что-то покачивает.

Уголки глаз Сюй Шэна покраснели, и говорил он как-то не так. Даже манера речи показалась Шао Чжаню знакомой.

Шао Чжань быстро вспомнил, как Сюй Шэн напился на прошлом банкете.

Он вытащил из его рук бутылку с тем самым «соком» и, подсветив экраном телефона, разглядел надпись: «Фруктовый ликёр, крепость 15°».

Шао Чжань помолчал и спросил: «Сколько ты выпил?»

Сюй Шэн уставился на него, выставил три пальца и сказал: «Выпил… одну бутылку».

«…»

Похоже, он действительно был пьян.

Градус фруктового ликёра был невысок, но Сюй Шэн выпил много. Сначала он ничего не чувствовал, а когда хмель ударил в голову, понял, что этот напиток оказался коварным и его сильно развезло.

Сюй Шэн говорил, что его «покачивает», и всё равно тянулся за бутылкой. Шао Чжаню пришлось схватить его за руку: «Хватит пить».

Рука Сюй Шэна оказалась в плену, и он уже не мог дотянуться до бутылки. Он автоматически ответил: «О».

Сначала он на мгновение затих, а потом принялся играть с пальцами Шао Чжаня. Опустив глаза, будто нашёл какую-то забавную игрушку, он кончиками слегка замёрзших от бутылки пальцев касался костяшек юноши. К счастью, в кабинке было темно, и никто не обращал внимания на эти мелкие шалости.

Кабинку заказали на четыре часа. Когда они вышли, уже стемнело. Ужинать не пошли — обед был плотным, к тому же в кабинке они съели немало снеков и фруктов, так что эта трапеза отпадала сама собой.

Сюй Шэн не помнил, когда успел заснуть, скорчившись на диване. Переносимость алкоголя у него была никудышная. После трёх бутылок он уже не мог разобрать, кто сидит напротив. Он открыл глаза, только услышав голос Шао Чжаня.

— Вставай, пошли.

«…»

Остальные с шумом и гамом выходили наружу. В кабинке остались только они вдвоём. Голос Хоу Цзюня донёсся из коридора: «Брат Чжань, вы двое, побыстрее!»

После короткого сна сознание Сюй Шэна немного прояснилось, но соображал он всё ещё крайне медленно. Четыре слова, сказанные Шао Чжанем, прокрутились в его голове несколько раз, и когда он собрался отреагировать, Шао Чжань добавил: «Чтобы мне отнести тебя обратно?»

Подсознательно Сюй Шэн, кажется, ещё помнил, что натворил в прошлый раз, когда напился.

Не дожидаясь, пока Шао Чжань закончит, он сам обхватил его за шею и тихо сказал: «Неси».

Шао Чжаню очень хотелось отнести его на руках.

Но остальные одноклассники седьмого класса всё ещё ждали у входа.

Шао Чжань, не меняя позы, поднял его с дивана и поставил на ноги, дожидаясь, пока тот устоится: «Сам идти сможешь?»

Сюй Шэн кое-как мог идти, но только держась за Шао Чжаня. Вся компания седьмого класса спустилась на лифте и пошла обратно. Сюй Шэн всё ещё был в тумане и смутно услышал, как Хоу Цзюнь спросил: «Что со Старшим Шэном?» — а Шао Чжань ответил: «Он перебрал».

Хоу Цзюнь было обратил внимание на их сцепленные руки, но после слов «перебрал» больше ни о чём не думал. Все дошли до школьных ворот и собирались расходиться. «Тот ящик с алкоголем, да? Я немного выпил, градус там высоковат. С такими способностями, как у Старшего Шэна, точно не вывезти… Короче, ты отвечаешь за то, чтобы отвести Старшего Шэна обратно, а мы с Тань Каем пойдём в класс за домашним заданием».

С этими словами компания разделилась.

Сюй Шэн пошёл за Шао Чжанем наверх. После того как проветрился на улице, способность соображать заметно улучшилась. Шао Чжань сперва открыл дверь своей комнаты в общежитии, чтобы поискать что-нибудь от похмелья, а потом собирался отвести Сюй Шэна обратно. Но когда он обернулся от письменного стола, Сюй Шэн, который прошёл следом, обнял его.

Сюй Шэн наклонил голову, упёршись подбородком в плечо Шао Чжаня. Голос у него был слегка хриплый. Он помолчал и наконец сказал: «Давай ещё постоим так. Я тогда не наобнимался».

Шао Чжань медленно провёл пальцами по волосам Сюй Шэна, а затем приложил небольшое усилие, заставляя его запрокинуть голову, и спросил холодным голосом: «Только обниматься?»

Уже невозможно было разобрать, кто к кому потянулся первым. Постепенно их дыхания переплелись. Возможно, из-за алкоголя поцелуй казался крепким, как ликёр. Нижняя губа Сюй Шэна защипала, и он рефлекторно провёл по ней языком — и наткнулся на язык Шао Чжаня. Этот подпитый поцелуй был гораздо горячее предыдущих двух, он словно сжигал остатки скудного рассудка.

Шао Чжань сжал талию Сюй Шэна, с трудом останавливая руку, норовившую скользнуть ниже: «Хватит. Если сегодня хочешь нормально отдохнуть, меня больше не провоцируй».

Но Сюй Шэн не ответил. Сквозь мутную пелену опьянения он уставился на выступающий кадык юноши. Затем его тело среагировало быстрее, чем голова, — он даже сам не понял, как открыл рот и легонько прикусил его.

Этот укус был словно молчаливое согласие и намёк.

Но Сюй Шэн не остановился