Инферниум - Кери Лейк

Он потер рукой подбородок и покачал головой.

-Мне не требуется клеймо на ладони, чтобы оставаться верным. Для этого требуется только, чтобы ты вытащил нас к чертовой матери из этого бардака, который ты создал .

Я хотел улыбнуться этому, но агония состояния Фаррин все еще терзала меня. Я кивнул.

-Береги и сердце в безопасности.

С этими прощальными словами он зашагал обратно к Фаррин, перекидывая ее через плечо, сжимая сердце в другой руке. Мальчик последовал за ним, оглянувшись на меня, когда дошел до двери.

По моему кивку он продолжил погоню за Васжаго.

-Ты убил нас всех. Пострадает каждое царство.

Я обернулся и увидел епископа Венейбла, спотыкающегося с другой стороны шкафа, его рука прижималась к окровавленному паху.

-Ты не можешь победить Летифера.

-Разве ты когда-нибудь просто не умираешь, черт возьми? -Я застонал, поворачиваясь обратно к окну и наблюдая, как из-за горизонта появляется все больше Мортунат.

Через несколько окон Венейбл выглянул наружу и издал гортанный скулящий звук.

-Они будут поглощать нас до тех пор, пока ничего не останется.

-Если это так, то я должен надеяться, что они начнутся с твоего языка, чтобы я мог быть благословлен твоим молчанием.

Схватившись за деревянную раму, я откинулся назад и выстрелил сквозь оконное стекло в небо. Ветер подхватил мои крылья, поднимая меня все выше в воздух. Боги, это было так приятно. Невероятно.

С высоты птичьего полета я мог видеть расположение армии внизу. Черное море движущихся фигур, чье рычание звучало как панихида. Сильный жар разлился по моим ладоням. Электричество танцевало над ними. В уголке моего здорового глаза сверкнуло серебро. Я откинул руку назад и послал электрический разряд в толпу внизу. Пламя вспыхнуло, как лесной пожар. Черная пыль обозначила попадание в цель, когда Мортунат взорвался темным шлейфом.

Я выбросил обе руки, посылая молнии в обоих направлениях, и полетел через море Мортунат, уничтожая сотни из них за раз. Среди них стояли гиганты, большие гуманоидные существа с обугленной плотью, которые замахивались на меня. Я увернулся от их массивных ладоней и поджег их ноги. Как и Мортунат, они взорвались черным пеплом, который дождем посыпался на двор. Костры горели отдельными участками, но существа продолжали прибывать. Я взлетел выше и закрыл глаза, собирая энергию витаилема в свои ладони. Одним размашистым движением я окутал участок Мортуната подо мной стеной пламени, уничтожив еще несколько сотен. Пыль загрязняла воздух густым туманом пепла.

Неясная фигура приближалась со стороны горизонта, одетая в окрашенный в красный цвет стальной бронекостюм и шлем с тремя заостренными зубцами, которые загибались назад на его голове. Два угрожающих глаза ярко светились из глубин стальной маски, скрывающей его лицо.

-Привет, дедушка, - пробормотал я.

Черные рогатые крылья появились у него за спиной, и он взлетел. Сгустилась тьма, поглотив затянутое тучами небо. С ладони его закованной в сталь руки он выстрелил красным пламенем в мою сторону, и когда оно задело мою ногу, сильная боль пронзила мою голень. Я посмотрел вниз и увидела глубокую рану, которая прожгла мои кожаные брюки, и, как будто пламя содержало в себе какую-то едкую кислоту, боль пронзила мои кости.

Стиснув зубы, я выпустил молнию, которая ударила в его броню. Его тело содрогнулось в конвульсиях, когда электричество заплясало по металлу, а его глаза вспыхнули краснее, чем раньше. Зарычав, он помчался по небу ко мне.

Я бросился к нему.

Мы столкнулись в воздухе во вспышке белой молнии и пламени.

Я издал рычание, когда боль захлестнула меня во время драки. Он вонзил свои металлические когти в мою плоть, и я выпустил еще один разряд электричества по его костюму. Мы вдвоем кувыркались в небе, мир вращался на моей периферии слишком быстро, чтобы различить, был я наверху или внизу. Я только знал, что ослабить свою хватку на нем означало бы мою гибель.

Я ударил его ладонью в живот, и удар молнии проделал дыру в его теле. Он издал яростный рев и схватился за мой череп обеими руками. Внутри моего черепа раздался пронзительный звук, настолько изнуряющий, что я забился в конвульсиях.

В животе у меня стало легко, а секундой позже какая-то сила врезалась в позвоночник, и я рухнул на землю с тошнотворным треском. Высота звука усилилась, и я лег на землю, свернувшись калачиком, корчась от напряжения.

Летифер шагнул ко мне, нависая надо мной, как темное облако, но звук повлиял на мое зрение, и я мог сосредоточиться только на его стальных ботинках, стоящих рядом со мной.

-Я заключу тебя в тюрьму, точно так же, как я это сделал с твоим отцом. Я привяжу тебя к своему сердцу. Так что, если оно будет уничтожено, ты погибнешь вместе с ним.

66

ВАСЖАГО

Коридор тянулся, казалось, целую вечность, пока Васжаго шагал обратно к началу с перекинутым через плечо Фаррин и сердцем Летифера, зажатым в его ладони. Мальчик последовал за ним, неся фонарь, который освещал путь, хотя Васжаго мог легко видеть в темноте.

Звуки достигли его ушей. Топот ног по бетону. Он ускорил шаг и остановился рядом с дверью. Фигуры появились из-за угла перед ним. Некоторые мортунаты, другие существа, с которыми он еще не сталкивался. Те, у которых были костлявые ноги, как у паука с черепообразной головой и клыками. Издав болезненный вопль, они бросились к ним троим.

-Гребаный ад, - пробормотал он и нырнул в комнату рядом с ними, оглядываясь вокруг, чтобы обнаружить, что они находятся в тюрьме, из которой Иерихон освободил его несколько недель назад.

Платформа отходила к центру комнаты, а за ней - уровни за уровнями камер. Демоны размером с огра шагали вокруг платформы, угрожающе оскалив неровные зубы.

-Трахни меня.- Аккуратно опустив Фаррин на пол, Васжаго провел рукой по его лицу и покачал головой, передавая сердце мальчику. -Посмотри за этим. Храни это в безопасности. И если что-нибудь приблизится к тебе, кричи как можно громче, хорошо?

Мальчик взял сердце в руки и кивнул.

-Мне нужно, чтобы ты присмотрел за ней. Охраняй ее, да?

Он снова кивнул, и Васжаго поднялся на ноги, поворачиваясь лицом к демонам, чьи глаза светились угрожающим красным.

-Это дерьмо не для меня я уже стар.

Он вытянул руки, посылая в них заряд своей парализующей силы, но место взяло свое. Слабость поглотила