Молия - Маргарита Серрон

открыла глаза и увидела перед собой неправильное голубое небо. Она сразу поняла, что это не Земля. В голубом пространстве сияла радуга, а за ней выстроившись в ряд виднелись очертания золотисто-оранжевых планет. Их было три и все они напоминали солнце, в период заката. Она лежала в мягкой траве, ощущая голым телом ее прохладу. Было так хорошо, что не хотелось вставать. В Москве сейчас лютовала зима, а она валялась в теплой летней траве, греясь аж под тремя ласковыми солнышками. Но куда делось ее красивое новое платье, которое она надела специально, чтобы встретиться с Кианом? На ней было белое короткое платье-рубашка. Кто-то ее переодел, сняв с нее не только платье, но и нижнее белье. Но с этим она разберется потом. Моля принюхалась, луг благоухал разнотравьем. Сладко-терпкий запах цветущих полевых цветов смешивался с ароматом только что скошенной травы. Моле показалось, что она попала в рай. Она сразу вспомнила свое детство в деревне, стало спокойно и уютно. Она почувствовала небывалый прилив сил. Чужая земля, пропитанная энергетическими потоками, питала ее, как родную дочь. Может ей здесь и понравится, кто знает. Она поднялась и поняла, что ее тело стало легче, гравитация по-другому ощущалась на этой удивительной планете, но запахи были так же прекрасны, как и в ее детстве, а может и лучше. И вдруг Моля увидела, что к ней летят полупрозрачные тени. И были они абсолютно не дружелюбные. Мурашки поползли по коже от страха — только не это, только не здесь. Но тени кольцом окружили ведьму, пытаясь залезть ей в голову.

— Пошли прочь, сейчас же день, как же вы меня нашли? — Моля тряслась, она уже не боялась, это была лишь рефлексивная реакция нервной системы на мертвое поле, но от этого ей было не легче. И тогда она закричала во все горло, удивляя даже себя своим криком. Кажется, в этом мире не только воздух, но даже и звуки были чище и прозрачнее. Получилось очень громко. Крик эхом пронесся через луг, точно через горное ущелье.

— Киан!!!

Жрец услышал крик. Он выбежал из деревянного домика, стоявшего на краю прекрасного луга и побежал на зов. Он не знал, что могло так испугать его любимую, ведь на десятки километров не было ни одной души. Домик был его убежищем, его норой, в которую он прятался, когда никого не хотел видеть. Это была полностью его частная территория. Он был богат, несметно богат в своем мире, и мог каждый месяц жить в разных домах. Но он захотел, чтобы его невесту жрецы перенесли именно в это место, где природа сама позаботится о восстановлении землянки, напитав ее тело нужной энергией.

Моля увидела, что к ней бежит Киан. Он был в белой рубашке и в белых простых брюках и выглядел как Бог, сошедший со своего пьедестала, чтобы помочь смертной. Моля хотела бы тысячу раз восхищаться красотой своего любимого жреца, но тени перешли в атаку. И чем больше она злилась, дрожащими руками отгоняя от себя невидимых врагов, точно воюя со стаей разъяренных пчел, тем более настойчивыми становились тени. Они напитывались ее раздражением, полностью проецируя на себя ее эмоции. И тогда ведьма сменила тактику, она замерла и стала ждать, что произойдет. Тени вдруг тоже замерли, подрагивая, казалось, они стали изучать ее также, как и она их. И вдруг все пятна собрались в один клубок и воздух завибрировал. Тут же Моля увидела лицо мужчины. Оно было полупрозрачным и точно плыло в воздухе. За лицом сформировалась фигура и можно было рассмотреть ее еле заметные очертания. Моля ахнула, тень была точной копией Киана, только немного старше, хотя в этом мире внешность не всегда указывала на возраст. Волосы у призрака были такие же черные как у Киана, но в них были видны вкрапления седины, а лицо прорезали немногочисленные морщины. Мужчина был так же красив, как и Киан, только смотрел он не по-доброму, угрожающе хмурясь на чужестранку.

— Ты его отец, о боги, этого мне еще не хватало. Мальчику твоему триста лет, а ты его все охраняешь? Тебе что заняться нечем? — Моля закрыла глаза и провела обряд очищения. Бабуля учила ее как вызывать призраков, так и отзывать их обратно. То ли обряд сработал, то ли призрак решил на время ретироваться, но, когда Киан подбежал и прижал к себе Молю, рядом никакого уже не было.

— Любовь моя, ты пришла в себя. Как ты себя чувствуешь? — Киан целовал и ласкал свою женщину, он не мог насладиться ее кожей, ее телом. Он до сих пор не мог поверить, что она здесь, в его мире, живая и невредимая. Моля растаяла, слезы сами начали катиться по щекам. Она так ждала этого момента, через столько прошла, чтобы быть с любимым, а сейчас не могла произнести ни слова. Глупая мокрая от слез курица — только так она могла себя назвать, а ей столько всего нужно было рассказать Киану.

— Я в твоем мире, ты даже не спросил меня, хочу ли я здесь быть?

— А ты отказалась бы?

— Нет.

— Так зачем слова? Если бы ты знала, что произойдет, твой мозг мог заблокировать от страха распад тела и это только усложнило бы весь процесс. Поверь мне, я дважды проходил эту процедуру и не хочу еще раз ее испытать, находясь в сознании. Теперь ты — часть моего мира и ребенок, которого ты носишь тоже принадлежит этой планете.

Моля беспокойно задергалась. Она сама хотела Киану все рассказать, но гадкие жрецы все разболтали раньше времени. Они испортили ее сюрприз.

— Ты все знаешь?

— Моля, только ребенок дал тебе пропуск в наш мир. Он наш ангел.

Девушка замерла, оказывается не любовь их соединила, а ребенок? Это как брак по залету, когда деваться жениху некуда, совесть мучает, да и выбора особо нет — родственники наседают.

— Скажи Киан, а если бы я не была беременна, ты бы смог меня отправить в свой мир? Или сам бы вернулся ко мне? — Моля внимательно смотрела в обсидиановые глаза мужчины.

— Я старался, что думаешь я делал после того, как жрецы меня похитили из моего собственного дома? Я сопротивлялся их воли, каждый день и каждый час, пытаясь их убедить, что ты-моя единственная невеста, одна и на всю жизнь. Но они запрещали мне связываться с тобой, даже лишили меня моей силы. Моля, посмотри мне в глаза и найди там правду. Я люблю тебя, и только эта мысль должна занимать