Пожиратель Людей - Никки Сент Кроу

коридор, едва достаточно широкий для одного человека, с локтями, прижатыми к бокам. На стенах висят горящие факелы в канделябрах, и тени пляшут, пока мы спускаемся всё глубже во дворец.

Когда мы выходим дальше, наши сапоги начинают ступать бесшумно по мягкому красному ковру.

Мы уже близко.

Каменная стена уступает место всё большему количеству окон, и резкие золотые лучи солнца льются внутрь сквозь цветные витражи.

— Сюда, — говорит стражник и жестом велит нам повернуть направо в арочный коридор.

— Если нам предстоит увидеть королеву, — спрашиваю я, проходя мимо, — нам правда нужны наручники?

— Я бы сказал, тебе нужно больше, чем наручники, но не я главный.

— Обожаю хорошие вечеринки с бондажом.

Он толкает меня, и я гремлю вперёд.

Когда мы входим в конечный пункт, от дверей к возвышению тянется красная дорожка, а наверху, на помосте, стоит изящный трон, пустой.

Приёмная королевы.

Здесь нет окон. Нет галереи второго этажа. Почти нет мебели.

Это не та комната, где королева принимает гостей.

Когда нас толкают по ковру вперёд, я замечаю скромный силуэт, ожидающий в тенях у помоста. Всё устроено как сцена: тяжёлые парчовые портьеры, подвязанные по бокам, отбрасывают глубокие тени в нишу.

Когда мы достигаем пяти каменных ступеней, ведущих на помост, нас рывком останавливают, затем пихают на колени.

— Ночь официально закончилась, Капитан, но, подозреваю, веселье только начинается.

— Ты заткнёшься?

— Тихо! — её голос звучит властно, но в нём нет старческой слабости. Он ясный и ровный.

Зрение у меня лучше, чем у смертного, но, кажется, она нарочно скрыла себя, чтобы мне было труднее её разглядеть.

И во мне снова ползёт тревога.

Если она намеренно прячется от меня, значит, она знает, кто я. Не только мою репутацию. Но и то, что я не смертен. Не человек.

Кое-что другое.

И так мало людей знают это «кое-что».

— Капитан, — говорю я.

— Тсс, — шипит он в ответ.

— Капитан, по-моему⁠…

— Тишина! — кричит она, и стражник бьёт меня деревянной дубинкой.

Сила удара вибрацией проходит через череп и вниз по позвоночнику.

Этот стражник теперь дважды мёртв.

Каблуки её туфель громко цокают по камню, а затем резко стихает, когда она ступает на красный ковёр.

Этот контраст режет, громкость, потом тишина, и я хмурюсь от сенсорного дискомфорта.

До тех пор, пока она не выходит из тени. Пока мои глаза не видят её.

Хмурость сменяется разинутым ртом. Я не разеваю рот. Не часто. Иногда, может быть. Иногда, когда вижу что-то красивое, что мне нравится и что я хочу выебать или укусить.

Когда-то я хотел от неё всего. Хотел, блядь, утонуть в ней. Хотел, чтобы она заставила меня забыть.

— Когда королева требует тишины, вы подчиняетесь, — говорит она.

У капитана тоже отвисает челюсть, и он нарушает её правило через считаные секунды после того, как она его объявила.

— Венди Дарлинг, — говорит он. — Ты жива.

Они здесь.

Они, мать их, здесь.

Я сцепляю руки за спиной, чтобы скрыть дрожь, но не уверена, что смогу утаить своё беспокойство от Рока. От него ничего не ускользало.

Расправляю плечи, когда взгляд Тео смещается на меня. Тео — капитан Королевской Стражи, и именно ему я поручила эту миссию. Во всём этом богом проклятом дворе есть лишь двое, кому я доверяю: Тео и Эша. И Эша говорила мне не делать этого.

Глядя на них сейчас, на двоих мужчин, которых я когда-то желала больше всего на свете, я понимаю, что Эша была права.

Это было ошибкой.

Но я зашла слишком далеко, и теперь мне придётся выкапываться обратно.

Когда до меня дошло, что в городе двое мужчин спрашивают меня по моему старому имени, первой моей мыслью был Питер Пэн, может, кто-то из Потерянных Мальчишек.

Когда Эша сказала, что это Рок и Джеймс, что не только они оба ищут меня, но ещё и, похоже, действуют вместе, я должна была увидеть это своими глазами.

Когда-то они были смертельными врагами. Рок забрал у Джеймса руку в наказание за то, что тот прикоснулся ко мне.

А теперь они стоят на коленях бок о бок, их плечи почти соприкасаются.

Кажется, я просчиталась.

Во всём.

В них.

В себе.

В том, насколько рискованно было приводить их сюда, перед Королевской Стражей.

Тео мой союзник, но надолго ли? Один неверный шаг, и он переметнётся. Я знаю, что переметнётся. Тео всегда за Тео, а сейчас я дала ему понять, что, если он останется рядом со мной, я выйду за него и сделаю королём.

Даже он должен понимать, насколько шаткое это обещание. В конце концов, я вошла в королевскую семью через брак, я не родилась в ней, и хуже того, я начинала как их пленница.

Чудо, что я дошла до этой точки.

И именно это чудо теперь грозит закончиться тем, что мне отрубят голову.

Я на шаткой почве. И возвращение Рока и Джеймса последнее, что мне нужно.

Если Хэлли пронюхает, что люди из моей прежней жизни объявились снова…

Я сглатываю, когда в горле встаёт ком.

Мне нужно вытащить их отсюда. Из Эверленда.

— Венди Дарлинг мертва, — говорю я им. — И вам лучше держать это имя подальше от своего языка. Понимаете?

Джеймс давится воздухом.

Рок толкает его локтем.

Джеймс бросает на него резкий взгляд, но замолкает.

— Конечно, мы понимаем, Ваше Величество, — говорит Рок и слегка склоняет голову.

У меня так много вопросов.

Что изменилось? Они теперь друзья? И где Питер Пэн? Потерянные Мальчишки? И что с женщинами Дарлинг?

Что с моим ребёнком?

Когда я стала королевой Эверленда, двери к Семи Островам открылись для меня, и любую информацию, какую бы я ни захотела, я могла получить.

Но я не спрашивала. Слишком боялась того, какими могут оказаться ответы.

Сми добралась обратно в смертный мир с моей дочерью? Оно смогла спрятать её? Закончилось ли тираническое проклятие Питера Пэна вместе со мной?

Я так близка к тому, чтобы спросить их об этом сейчас, что мне приходится прикусить язык, чтобы остановиться. Тео не понравится, если я начну оглядываться назад — это посеет сомнения.

Но что-то изменилось, раз Рок и Джеймс здесь.

Я и хочу знать, и не хочу.

Я не стану раскапывать старые могилы.

Они оставили меня здесь умирать, выживать самой. Я не должна никогда об этом забывать.

Я смотрю на Тео.

— Проводи их к докам. На землю Эверленда им возвращаться нельзя.

— Да, Ваше Величество, — отвечает он.

— И побыстрее, Тео, — добавляю