Джентльмен Джим (ЛП) - Мими Мэтьюз

class="p1">— Какой именно? — Мэттингли вновь поднёс бинокль к глазам. — Он? В золотом жилете? Это наследник Трамблов, Джордж. Вполне сносный малый. Ни капли не похож на Бертона-Смита. Нет необходимости… Постой-ка. Ты только представь. Я слышал, что мисс Ханиуэлл вернулась в город. Не видел её… дай вспомнить… лет четыре уже.

Сент-Клер перевёл взгляд на друга. Мэттингли был темноволос, почти так же высок, и в целом считался весьма привлекательным.

— Ты знаком с ней? Откуда?

— Встретил во время её первого сезона.

— Отлично, — Сент-Клер забрал бинокль обратно и снова навёл его на мисс Ханиуэлл. — Ты представишь меня ей в антракте.

Войдя в театральную ложу мисс Ханиуэлл, Сент-Клер и лорд Мэттингли застали её беседующей с высокой светловолосой молодой особой, которую Мэттингли представил как мисс Джейн Трамбл. Пожилая дама, сопровождавшая их, тихо похрапывала в кресле, а Джорджа Трамбла нигде не было видно.

— Мой брат отправился за лимонадом, — пояснила мисс Трамбл после представления.

Сент-Клер понимал, что, вероятно, должен испытывать угрызения совести. Несомненно, дамы в ложе его деда ожидали, что он и Мэттингли тоже озаботятся их угощением. Но, глядя на Маргарет Ханиуэлл, он не чувствовал ни малейшего раскаяния, что пренебрёг своими обязанностями.

Пусть какой-нибудь другой предприимчивый джентльмен позаботится о мисс Стил и внучках вдовы.

— Как вам первый акт? — спросил Мэттингли, ловко устраиваясь рядом с мисс Трамбл. Он не был самым проницательным человеком, но Сент-Клер отдавал ему должное в умении чувствовать, когда другу требуется помощь. С той же лёгкостью, с какой он одолжил бинокль, он теперь занимал мисс Трамбл, оставляя мисс Ханиуэлл для Сент-Клера. — Видел Кина в «Отелло». Не уверен, что его «Макбет» выдерживает тот же уровень.

— Мне кажется, он прекрасно справляется, — ответила мисс Трамбл. — Но мне не с чем сравнить. Неужели он и вправду так блистателен в роли Отелло, как говорят?

Пока Мэттингли и мисс Трамбл обсуждали Шекспира, Сент-Клер приблизился к мисс Ханиуэлл. В её голубых глазах читалось странное, почти неприязненное выражение.

— Можно? — он указал на свободное место рядом с ней.

— Если желаете, — холодно ответила она.

Он сел на стул, который незадолго до этого занимал Джордж Трамбл. С этого ракурса вид был ничуть не хуже. Прозрачное платье облегало её чуть округлые обнажённые плечи и ниспадало мерцающими складками до изящных туфелек. Кремовая кожа играла в свете свечей канделябров. Вызывающее декольте, украшенное в самом центре небольшой веточкой полевых цветов. И это незабываемое лицо: широко распахнутые глаза, мягкие губы и маленький подбородок с упрямой ямочкой, обрамлённый завитками блестящих волос цвета норки.

Вблизи она была ещё очаровательнее, чем казалась с другого конца зала.

И держалась с поразительным достоинством.

Сент-Клер почувствовал себя странно неуверенным, словно дерзкий школьник, добивающийся внимания прекрасной леди на своём первом деревенском балу.

Нелепая мысль.

Из-за чего ему было нервничать? Он ужинал с титулованной знатью на континенте. Вальсировал с принцессой и танцевал кадриль с эрцгерцогиней.

Но мисс Ханиуэлл смотрела на него прямо, словно могла разглядеть сквозь элегантный чёрный фрак и замысловато повязанный белый галстук. Словно могла заглянуть прямо в душу. «Что ты обо мне думаешь?» — хотел спросить он её. Но ответ он уже знал. Она не придавала ему большого значения. И всё же…

Вскоре до него дошло, что жёсткость её осанки и воинственный блеск в глазах вызваны, скорее всего, не общей оценкой его достоинств, а какой-то конкретной обидой, которую он ей нанёс. Возможно, она что-то слышала о нём? Что он повеса? Искатель приключений?

Эта мысль невероятно обнадёжила его.

— Вам нравится пьеса, мисс Ханиуэлл? — спросил он.

— Да, благодарю.

— Кин — редкий талант, не находите?

— Как скажете.

— Мне довелось посмотреть эту пьесу на прошлой неделе. Игра миссис Бартли в роли леди Макбет была особенно хороша. Я не думал, что другая актриса сможет сравниться с ней, но миссис Хилл весьма достойно справляется. Интересно будет посмотреть, как она сыграет сцену лунатизма в пятом акте. — Сент-Клер выждал. Ответа не последовало.

— Простите, я чем-то вас обидел?

Наконец она повернулась к нему, и её голос понизился до обвиняющего шёпота.

— Вы знаете, что да.

Он приподнял брови.

— Право, не знаю.

— Вы считаете меня круглой дурой, милорд? Я узнала о дуэли, не так ли? Неужели вы полагали, что я не услышу о её исходе немедленно?

— Ничего подобного я не предполагал.

— Тогда чего же вы ждали? — спросила она.

Он задумчиво посмотрел на неё.

— Я начинаю думать, что результат дуэли вам не понравился.

— Конечно, не понравился! — Мисс Ханиуэлл наклонилась ближе, её голос стал ещё тише. Сент-Клер уловил лёгкий, тонкий аромат её духов. — Вы подстрелили мистера Бертона-Смита. Вы же обещали мне, клялись честью, что…

— Что не убью его. И не убил.

— Но вы в него выстрелили.

— В плечо.

— А вам не приходило в голову, что пуля могла случайно уйти выше или в сторону? Осмелюсь предположить, что при сильном ветре вы могли бы и вовсе снести ему голову!

Сент-Клер не смог сдержать улыбку. Ей-богу, ему нравилась её вспыльчивость. Это была приятная перемена после той хрупкости, которую она явила на Гросвенор-сквер.

— Моя стрельба не знает случайностей, мисс Ханиуэлл. Пуля попала именно туда, куда я целился. В то место, где ему будет больнее всего.

Она скептически взглянула на него.

— В плечо?

— В его гордость. Вы не хуже меня знаете, что, оставь я его невредимым, это лишь придало бы ему дерзости. Вашему мистеру Бертону-Смиту требовался урок. Его нужно было унизить. Надеюсь, теперь он станет смиреннее.

Мисс Ханиуэлл ощетинилась.

— Он не мой мистер Бертон-Смит.

— Чрезвычайно рад это слышать.

— И если вы полагаете, что что-либо способно его улучшить, то глубоко заблуждаетесь.

— Да, возможно, это так. По правде говоря, подозреваю, что в него пришлось бы выстрелить ещё не раз, чтобы добиться заметных перемен.

Мисс Ханиуэлл резко отвела взгляд. На её губах дрогнула улыбка — было видно, как она с трудом её сдерживает.

— Я думаю, вы негодяй.

Сент-Клер усмехнулся. На мгновение он забыл о множестве театральных биноклей, без сомнения, нацеленных на них двоих.

— Негодяй, которому вы задолжали три услуги.

— О, неужели?

— Полно, мисс Ханиуэлл. Отказываюсь верить, что вы из тех, кто не держит слова.

— Моего слова? — повторила она. — Как вы можете ожидать, что я выполню условия нашего соглашения, если вы его нарушили?

— Я сделал в точности то, о чём вы просили. Я не убил его.

Она принялась поправлять длинную перчатку.

— Вы придерживались буквы нашего соглашения, это я признаю, — неохотно сказала она. — Но вы нарушили