Доктор Варя. Еще одна жизнь попаданки. - Элен Скор

- Вы, Кравцов, ему диагностику-то хоть делали? – устало спросила Татьяна Сергеевна, выбравшись из-за спин своих коллег.

- Делал, конечно, - уши Кравцова резко покраснели, всем сразу стало ясно, что никакой диагностики и в помине не было.

Незадачливого младшего лекаря пожурили, но на этом всё и закончилось. Ночной целитель забрал своего подопечного, оправившись делать обход, а мы разбрелись по домам.

Так я узнала, что мужских палат в городской поликлинике нет, всех мужчин сразу направляют в госпиталь. Целителей на всех не хватает!

Городская больница с трудом может содержать две женские палаты для самых тяжелых, остальные долечиваются по домам. Или нанимают платного доктора, но это по карману только зажиточным горожанам.

Теперь я видела картину целиком и многое становилось понятным. Никольску сильно повезло, что тут есть госпиталь. Иван говорил, что в отдалённых поселках жители и вовсе пользуются услугами травниц и знахарок.

- Варвара! – окликнули меня уже на крыльце. – Подожди!

Я обернулась.

- Зоя Павловна?

- Вот, держи, постирали и погладили! – она вручила мне белоснежный передник.

Прачки не только его постирали, но ещё и накрахмалили, и теперь ткань аж скрипела под пальцами. Они явно хотели завлечь потенциального клиента, вот и расстарались. Теперь я знаю, что им можно доверить и более деликатные вещи, порадовавшись, что хоть одна часть бытового вопроса решилась.

Но это не значит, что нас ждёт спокойный вечер.

Нам нужно где-то мыться, что-то готовить. Вспомнилась больничная столовая и полные кастрюли каши. Что если брать немного домой? А вдруг тут такое не принято? Нужно как-то деликатно расспросить об этом у Зои Павловны. А сегодня мы, скорее всего, снова на сухомятке.

- О чём задумалась? – Ольга искоса на меня глянула.

- Ты готовить умеешь? – прямо спросила я.

- Маменька учила меня пироги печь, ты же знаешь, какие у меня знатные ватрушки получаются.

Одними ватрушками сыт не будешь, нам бы щей кастрюлю, да на неделю, чтобы не заморачиваться. Но холодильника нет. Даже продуктов впрок не купишь. Зимой с этим попроще, но скоро лето, жара. Как же хозяйки с этим справляются?

Ольга замолчала, наверное тоже задумалась о нашем житье-бытье. Романтика - это издалека красиво, но от бытовухи никуда не деться.

Ладно, будем решать вопросы по мере их поступления. У меня тут ещё с лекарствами проблема образовалась.

- Оль, ты случайно учебники не прихватила? Или конспекты?

- Нет, - покачала она головой, - зачем?

- Память освежить, - вздохнула я. – Как думаешь, есть тут библиотека?

Ответить она не успела, впереди показался наш дом, на крыльце сидел Санёк с братом, радом на травке лежал новый матрас.

Появление этой долгожданной постельной принадлежности разом перечеркнуло события сегодняшнего дня. Теперь у меня была не только собственная кровать, но и отдельная комната.

Не удержавшись, я сразу застелила постель новеньким бельём, подушка гордо заняла место в изголовье. Только после этого переоделась в домашнее платье и, достав из сумочки кошелёк, вышла к ждавшим на кухне мальчишкам.

Заработанные за доставку матраса деньги Санёк бережно завернул в тряпицу, служившую ему носовым платком, спрятав за пазуху. В это время у Гриньки, который не сводил глаз с брата, громко заурчал живот.

- Да вы, наверное, голодные? Поужинаете с нами?

Это малое, чем я могла отблагодарить мальчишек за их помощь.

- Только сначала надо печь растопить, - вспомнила я.

- Это я сейчас! Это я быстро!

Санёк занялся печью.

- Гринька, сходи до сарая, принеси поленьев, - велел он брату.

Сам тем временем выгреб из поддувала золу, только потом положил в печь дрова, подсунув под них горсть мелких щепок. Все получалось у него быстро и ловко, даже огонь разгорелся с первого раза, не то, что у нас с Ольгой.

Но на этом Санёк не успокоился, подхватив пустое ведро, он дважды сбегал к колодцу. К этому времени от печи потянуло теплом, кастрюля с водой отправилась на плиту, очень хотелось чаю.

Ольга нарезала хлеб, я взяла миску и оставшиеся яйца, решив приготовить омлет. Для «нажористости» покрошила в миску кусочек хлеба и долила немного молока. Больше у нас, увы, ничего не было. Разве что кусок солёного сала.

Вот на нём и пожарю омлет!

- Как вкусно пахнет! – Гринька громко сглотнул.

- Почти готово, - улыбнулась я, - мойте руки и садитесь за стол, а я пока чай заварю.

Достав жестяную банку, я насыпала в кружку, служившую нам заварником, горсть сухих чайных листьев, залила кипятком и накрыла перевёрнутым блюдцем.

Ольга успела поставить на стол тарелки, достав вилки, которых на всех не хватило, так что Гриньке досталась ложка. Это его ничуть не смутило, мальчишка за обе щеки уминал горячий омлет. А вот Санёк не спешил, ел аккуратно, с достоинством.

Чай заварился, я разбавила заварку кипятком и поставила перед каждым по кружке бледно желтого ароматного напитка.

- Это мне? – протянутая к кружке рука Санька дрогнула.

- Да, но если ты не любишь чай, там осталось немного молока.

- Он же такой дорогой! – мальчишка обхватил кружку ладонями, но пить не спешил, вдыхая исходящий от кипятка аромат.

Потом наклонил голову, сделал небольшой глоточек и прикрыл глаза. На губах мальчишки появилась блаженная улыбка.

- Нам же никто не поверит! Чай только знатные господа пьют!

Пил он мелкими глоточками, смакуя. А вот Гриньке чай не понравился.

- Сеном пахнет, - сморщил он нос.

Мы с Ольгой переглянулись и, не удержавшись, рассмеялись.

Вместе с этим смехом уходили тяготы подходившего к концу дня. Все как-то сразу расслабились, я стала расспрашивать мальчишек, как они везли матрас, не возникло ли у них сложностей. В ответ простодушный Гринька проболтался, что никакого извозчика они не брали, добравшись до артели пешком. И так же пешком несли матрас через весь город до нашего дома.

- В одну сторону извозчику пять копеек отдай, - сварливо повторял он чьи-то слова, - а в обратную так все десять будет! Это же два фунта муки купить можно!

Санёк пытался пихнуть брата под столом ногой, но тот так разошёлся, что намеков не понял, дополняя рассказ новыми подробностями. Про то, как они несколько раз останавливались отдыхать, как из переулка на них выскочила брехливая собака и они отгоняли её, кидаясь камнями. А я думала, какие же они молодцы, как могут, помогают матери. Для их семьи даже эти десять копеек –