Юлька в поисках любви - Мари Соль

не имею против профессии, как таковой. Но секретарша сродни официантке. Всегда быть на чеку! Знать все предпочтения шефа. Вплоть до того, какие цветы любит его жена. Немудрено, что многие спят со своими «патронами». Так Инка хотя бы замужняя. Я-то ещё и одна!

— Нет, не моё, — отвечаю, — Весь день на виду. Я уж лучше бухгалтером.

— Зря, — отвечает Инуся, — С твоей-то мордашкой самое то быть лицом, а не задницей офиса.

Игриво шлёпнув меня пачкой свежих бумаг, она удаляется. Я же какое-то время стою неподвижно. Инка помладше меня, лет на пять. А сейчас я себя ощущаю на много лет старше! Радость сменяется грустью. Вот, у людей все как надо. И белое платье, и муж и семья. А я — обречённая вечно скитаться в бессмысленных поискать спутника жизни. Я — планета без спутника. Где мой Сатурн?

Ближе к концу дня, на смартфон поступает звонок. Номер неизвестный. Такого нет у меня в записной. Я думаю, Димка решил позвонить с чужого смартфона! Потому и готовлюсь дать бой.

Но это не Димка. На том конце провода женщина. И голос её отдалённо знаком.

— Юленька! — говорит она радостно, стоит мне взять.

— Э... Да, это я, — отвечаю. И понимаю, кто это, только когда собеседница пылко журчит:

— А что же ты к Паше совсем не приходишь? Он ведь скучает!

«Господи», — думаю. Пашина мама узнала мой номер! Может, она ещё и адрес мой знает? Как хорошо, что её сына я не звала к себе в гости. Представляю, как бы она заявилась с огромным, украшенным розами, тортом. И мамину физиономию, когда бы она объявила, что «Пашенька с Юлей — чудесная пара».

Отвечаю как можно тактичнее:

— Да всё как-то некогда. Я же работаю...

Но Пашину маму ничем не проймёшь:

— Ну так после работы зашла бы на чаёк!

— Да, обязательно, — я решаю во всём потакать, чтобы скорее закончить беседу.

— Пашенька, он у меня очень скромный! Сам не скажет. Но я же вижу, как ты ему нравишься, — кричит голос в трубке. Я даже слегка отстраняю динамик. В ушах дребезжит!

— Здорово, — скулы свело, мысли мечутся. Как бы не сболтнуть лишнего! Не сказать, что Паша мне тоже нравится. Она только этого и ждёт.

— Я как про Юлю спрошу, так он сразу грустнеет! — доносится хохот, затем громогласное, — Я говорю — позвони! Пригласи. Так нет же, боится! Всё нужно матери делать.

— Да, Паша такой, — отвечаю, — Без вас, как без рук!

Может быть, Паше не нужно жену? Ему достаточно мамы. Помню, первое время звонил и писал.

«Что мне сделать?», «Скажи!».

Я пыталась его убедить: «Ничего! Просто мы не подходим друг другу».

Но, видимо, не убедила!

— Простите, мне пора, — ускоряю конец разговора. Понимаю, что так и не знаю, как Пашину маму зовут. Оно и к лучшему.

Она требует:

— Так приходи! Хоть сегодня! Я вон блинов напекла.

— Сегодня никак не могу, — вместо твёрдого «нет» я опять начинаю искать оправдания, — Как-нибудь в другой раз.

Отделавшись, я выдыхаю. Представить себе не могу, какая женщина способна выдержать этакий прессинг! Эх, Паша, Паша! Быть тебе одному.

«Юль, я беру свои слова обратно. Давай представим, что я ничего не писал. Просто забудь!», — пишет Димка.

Забудь! Как это? Я ж не компьютер. Взять и очистить «корзину». И снова с ним спать?

«Это было незабываемо», — отправляю ему. Имея ввиду всё и сразу! Насколько чудесным был секс, настолько же тягостным было прозрение. МЖМ, — представляю себе эту оргию. Точнее... представить себе не могу.

Глава 12

Корпоратив получился зачётный. Ресторан, все дела. Но мне всё равно как-то «тухло»! Как сказала бы Лёля. Не охота ни есть, ни уж тем более, пить. Может, мозг ещё помнит недавний девичник? И те несчастные пару бокалов вина, что я выпила здесь, лежат тяжким грузом в желудке. Туда же отправила рыбный стейк и салат. А пюре не влезает! Я вяло его ковыряю. Ищу взглядом «хороших мужчин».

Ну, вот, к примеру, один. Неприметный айтишник, Григорий. Сколько раз с ним ругалась по внутренней связи, когда зависала программа? По телефону он умный, как Бог.

— Кнопочку видишь? Такая большая квадратная. Ну, вот, нажимай на неё! — говорил снисходительно.

А как нос к носу столкнёмся, вечно отводит глаза. Как будто знает обо мне нечто такое, что ему не положено знать.

Вот ещё один, Вовка Давыдов. Продажник. Причём, продаёт он не только продукцию, но и себя. Все знают, что Вовчик живёт с поварихой Светланой. Но гуляет, как мартовский кот! Сколько раз мне самой приходилось его отвергать? То в архивчик заглянет, когда я одна. То в коридоре прицепится. И сейчас строит глазки, посылает по воздуху пламенный чмок.

Вдалеке наш директор танцует с главбухом. А сбоку в кружке́ женских тел, источает свои феромоны водитель Толян. Он регулярно приходит ко мне за доверенностями. Но, в силу возраста, симпатизирует маме, а вовсе не мне. Два года назад он пытался ухаживать. Но мы ж — «королевы»! Нам управляющий класс подавай. А там все женаты.

Смотрю, как он пляшет под «Хуторянку», Софии Ротару. И смеюсь про себя. Да уж, мать с её пуританскими взглядами, довела бы его до депрессии.

В этот раз она отказалась идти. С надеждой напутствовав мне:

— Чего я буду тебя смущать? Повеселишься хоть!

«Ага», — размышляю я, — «Весело, жуть!».

Хуторянка стихает. Ей на замену включают Антонова Юрия. И компания танцующих дружно поёт:

— Фантазёр! Ты меня называлаааа!

Фантазёр! Только этого малооооо!

Дискотека для старших продлится ещё полчаса. А потом обещали дать что-нибудь посовременнее. Контингент-то у нас разнообразный. Сложно всем угодить!

Вот только дождусь ли я, не знаю. Девчонки бухгалтерши весело пьют, обсуждают последние сплетни. Их прибавится после корпоратива. Так бывает всегда! Обязательно кто-то напьётся, а кто-то уснёт. Другие сольются в экстазе, дав пищу для скудных умов. Я не сплетница, меня мало волнует тот факт, кто с кем спит. Но однажды, сама того не желая, стала объектом для сплетен.

Я застряла в архиве. Притом не одна, а с электриком Мишей. Он там лампы менял. Замок электронный и двери заклинило. Мы два часа просидели внутри! Помню, долго ещё гудел весь этаж, сочиняя, чем мы там с ним занимались.

Из фруктовой тарелки беру виноград. Луч прожектора мягко скользит по огромному залу. За одним из дальних столов заседают закупки. И менеджер Женя Самохин. Вот с ним-то у нас чуть-чуть не случился служебный роман.

Четыре года назад у нас