Что есть Книга, или Правила пользования библиотекой - Ирина Чеботарь

Галя, ты тоже приезжая?

- Мы здесь все приезжие. Я из Днепропетровска.

Я улыбнулась собственной проницательности.

- Из детдома. – Продолжила Галя, и мне, в который раз за сегодняшний день, стало неловко, щёки обдало тёплым покалыванием.

Я-то предвкушала интереснейшую историю про несчастную любовь и вытекающую из неё сору с родными. И на тебе! Галя сирота. Не с кем ей сориться. Наверное, ей было нестерпимо больно, когда я с шерлокохолмовской въедливостью спрашивала её о родственниках, которым она не пишет. Я поспешила перевести разговор в другое, не менее важное, русло.

- А скажи, как так получилось, - я, наконец, наелась и отодвинулась от стола, - что электричество есть, а связи нет?

- У нас своя электростанция. Она и свет и тепло даёт.

Я покосилась в сторону батарей. Здорово, что они здесь, но всё же жаль, что не удастся насладиться теплом от настоящей русской печки.

- А что это Ванечка так мало ест? – Галя расстроено поглядела на моего сына, словно пиявка, отвалившегося от стола и выжидательно уставившегося на меня. Галя подтолкнула к Ване тарелку с грибами. – Ешь грибочки. Очень вкусно.

- А чай можно? – Ванины глаза забегали по кухне в поисках чайника. – Я грибы не ем.

- Ой, конечно. – Спохватилась Галя и бросилась к самому дальнему столу за самоваром. Я достала чашки из сушилки.

– Не ешь грибы - отведай салатика. – В Гале явно томилась несостоявшаяся пока мамаша.

- Я люблю котлеты и колбасу. – Без задних мыслей сообщил Иван.

Галя с упрёком уставилась на меня.

- Что? – Я не поняла её взгляда.

- Ты кормишь его мясом?

- Я и сама иногда ем мясо. – Не знаю отчего, но мне стало вдруг стыдно, даже жаром обдало.

Галя растерялась, но скоро примирительно сказала:

- Закажем Валере, когда он в следующий раз в Питер поедет.

- Лучше попросим его привезти каких-нибудь сладостей. – Мне всё ещё было неловко. Если в Непорочном живут одни только вегетарианцы, то и мы потерпим. – Без мяса Ваня обойдётся, а вот без конфет…

- Что это я? – Галя открыла стол. – У меня же пирог есть. К вашему приезду испекла. Правда, за три дня очерствел немного. И конфеты найдутся. Я тоже сладости обожаю.

К сервировке стола добавились ваза с конфетами и печеньями и пирог, слегка присохший, но вполне аппетитного вида.

Ваня мой повеселел, а я озадаченно покосилась на Галю.

- Скажи, - осторожно начала я, - ты пирог испекла заранее, потому что боялась, что не найдёшь времени поближе к нашему приезду.

Честное слово, я не знала, как деликатнее подойти к теме. Галя, в отличие от меня, прекрасная хозяйка. Достаточно было переступить порог её дома, чтобы в этом убедиться. Но мой вопрос прозвучал, как сомнение, намёк на то, что пирог не соответствует моим ожиданиям. Однако, Галя разгадала мою уловку.

- Понимаешь, Люба, - она провела рукой по лицу, убирая волосы и собираясь с мыслями. – Судя по карте, Питер не так уж и далеко. Обычно, если Валера выезжал рано утром, то к вечеру уже возвращался, успев при этом справиться со всеми намеченными делами.

- Но мы ехали три дня. И это только в один конец!

Галя опустила глаза. Похоже, прямой вопрос её испугал.

- Это такое свойство нашего леса…

- А ближе Ленинграда нет городов или ещё каких-нибудь поселений? – Я нетерпеливо перебила Галю.

Сейчас у меня достаёт смелости признаться себе в тогдашнем страхе, но в тот вечер лимит несообразностей был исчерпан. Я устала удивляться, а подозрения мои с каждой минутой возрастали. Все вокруг лгут, всё вокруг ложь. Может, меня и Ваню наркотиками накачали?

- Ну, на карте, вроде, есть, а на самом деле…

- А вы карту где покупали? – Я догадывалась, что даже на самой точной и крупномасштабной карте дыры, подобной Непорочному, где нет почты, а дома находятся друг от друга на астрономическом расстоянии, может попросту не оказаться. Знают ли в Питере о существовании этого…гм…населённого пункта.

- Понятия не имею. Карта старая, но достоверная. – Галя не слышала моего сарказма и потому отвечала спокойно, как экскурсовод на экскурсии, заранее знающий все вопросы.

Я подтянула к себе чашечку от самовара и, рассеяно глядя на Ванечку, с упоением откусывающего от пирога, стала ворочать ложкой по дну чашки.

- Там нет сахара, - предупредила Галя. – Вот.

Перед моим носом возникла сахарница. Но я её проигнорировала.

- Врёт ваша достоверная карта. – Горячо выпалила я.

Галя растерянно пожала плечами.

- Раньше не врала, а в последнее время…шут его знает…

О, Господи. Мне вдруг захотелось поскорее допить чай и идти спать. Каждое новое слово моей собеседницы было лживее предыдущего. Напустила туману, овеяла себя и болото, в котором живёт, ореолом тайны.

И ради чего, спрашивается?

Напугать нас?

Или это способ привлечь внимание к себе и к своему дорогому Мухосранску?

Непорочное!!!

Лживое! — Вот достойное название для этой дыры. Неожиданно я ощутила острую потребность сказать Гале что-нибудь неприятное. Задеть её. Но сделать это невзначай.

- А эта ваша Наташа, ну которую медведь задрал… - я видела, как болезненно исказилось Галино лицо. Ей без сомнения стало не по себе. – Она давно в Непорочном обосновалась?

Галя переборола себя, задумалась.

- Несколько лет жила здесь. Приехала сразу после института.

- Откуда приехала?

- Она из Владивостока. Там у неё родители остались. – Галя подавила такой тяжёлый вздох. Если бы у меня не возникло нового подозрения, я бы немедленно прекратила допрос.

- Ты, кажется, говорила, что её тело поездом отправили? Почему не самолётом? – Владивосток. Это ж где-то на краю Вселенной. Если гроб выслали в тот же день, что позвонили мне. Получается, я успела узнать о командировке, собраться в дорогу, приехать с двумя пересадками, а мёртвая Наташа всё ещё тащится по рельсам на свои похороны. Бедные её родители.

- Наташа летать боялась.

- Что? – Продолжать сыпать вопросами не имело смысла, у меня уже мозги набекрень перевешивались.

Вы когда-нибудь слышали о покойниках, которые боятся летать самолетами? Которые вообще чего-то бояться?

Куда я попала?

В «Город лжецов»?

Я до сих пор не поверила в отсутствие связи. В конце концов, придумали же для таких случаев рацию. Но тут новая неприятная мысль замаячила на горизонте моего сознания.

- Библиотека лишилась библиотекаря.