Босс и его малышка - Амелия Лавель

Ухмыляется. Откидывается на спинку дивана, кладет ногу на ногу. Как будто цирком наслаждается. Это бесполезно. Вздыхаю.

— Мы будем сегодня работать?

— Нет.

— Тогда я пойду к себе.

Нечего тут почти голой попой сверкать при этом. У него наверняка жена, ато и дети. Только сейчас посещает эта мысль. Бедные. В голове сочувствую им искренне.

— Где мои ключи? — Говорю и начинаю их искать. Он куда — то швырнул на диван. Тот, на котором сидит. Поднимаю подушки, сидит, не помогает. Ждет, когда попрошу помочь? Не попрошу! Вот еще!

Смотрю везде, даже под диваном проверяю, вдруг выпали. А этот усмехается. Не обращаю внимания. Прохожу между диваном и столиком, нечаянно наступаю больной ногой на что — то типа кубика лего. Вскрикиваю.

— Ай! — Хватаюсь за нее, не справляюсь с координацией. Падаю на диван. Точнее, на того, кто на нем сидит.

Аланский резко берет меня за ягодицы и легко переворачивает так, что я оказываюсь на нем. Мамочки!

Неожиданно прижимается ко мне всем своим телом. Хватает рукой затылок, фиксирует и давит свои лбом на мой.

— Ты что, специально меня провоцируешь?

Глава 15

Господи, меня бросает в дрожь. Забываю, как дышать.

Я сижу на огромном мужчине, на этом изверге! Пошевелиться боюсь. Потому что то, что подо мной, твердеет и пульсирует. Пожалуйста, пусть это будет не то, о чем я думаю.

Я его видела, мельком но видела. Когда без спросу заглянула, а босс бессовестно щеголял при мне голым. И это было, пожалуй, одно из самых шокирующих зрелищ.

И если я сейчас сижу на том самом гиганте, то спасибо, но не надо.

Самое страшное, что мое тело тоже дает ответную реакцию, у меня тоже все пульсирует. Страх граничит с диким возбуждением. Только бы он не заметил.

Вот это финальная точка, до которой я доходила со своими ухажерами. Их, к слову, было не много. Всего двое. А дальше я говорила «стоп», и мы расставались. То ли я все это время была не готова, то ли вообще никогда не буду к этому готовой.

И сейчас тоже. Только вот мужчина, который подо мной, не торопится меня отпускать. И если мои мальчишки, что были до этого, легко и без проблем отступали, то этот вообще меня слушать не будет.

— Куда? — Резко хватает меня за бедра, когда я пытаюсь отстраниться.

— Я, я, я не провоцировала вас, честное слово.

— Да что ты? — Этот взгляд. До ужаса пугающий и возбуждающий еще сильнее. Он хочет меня. Черт побери, он меня очень сильно хочет.

Если бы не этот чертов алкоголь, если бы не ноющая нога… Я бы встала и убежала. Но я продолжаю сидеть, и его сильные руки прижимают меня к своему паху. Дыхание рваное у обоих. Вот, вот и случится точка невозврата.

Так ли я представляла свой первый раз? С боссом — самодуром, пьяной и с больной ногой? Вопрос риторический. Но мой разум туманится, и я перестаю владеть собой.

Упираюсь руками о стенку дивана по обе стороны от его головы, чтобы сохранять равновесие.

— Правда, Дмитрий Германович. — Облизываю пересохшие губы. Сразу ловлю себя на мысли, что и это он распознает как флирт. А у меня просто во рту пересохло и говорить трудно. Слова еле вырываются. — Я не соблазняла вас. Мне это не нужно. — Жалобно оправдываюсь. — Мне ни к чему эти проблемы.

Прожигает взглядом, опускается к груди.

— А твои соски говорят об обратном. — Возвращает взгляд обратно, ловит мою реакцию, жадно изучает. Я скоро сгорю со стыда. Уверена, что лицо пылает пламенем. Он же говорил, что людей насквозь видит. И меня тоже, получается? Черт. Как все сложно.

— Я, я… Я замерзла. — Выпаливаю. Боже, сжалься надо мной, прекрати эту пытку.

— А тут почему так влажно? — Резким движением он забирается в трусы и касается меня там…

Я пытаюсь вырваться, он не отпускает. Подаюсь вниз, в сторону его плеча, лишь бы его не видеть. Теперь опираюсь локтями в спинку дивана. И тут же жалею об этом.

Мы еще ближе. Я касаюсь его своей грудью, левой рукой он прижимает к себе сильнее. Правой надавливает на мое лоно, и я то ли вскрикиваю, то ли постанываю от удовольствия. Какой стыд, боже.

— Блять. — Шепчет в ухо. — Откуда ты вообще взялась?

Не знаю, что ответить, не могу. И мне бы остановить это безумие, но сердце стучит так быстро, что звуки не ввяжутся в слова.

— По — жалуйста…

— Пожалуйста, продолжить? — Спрашивает и впивается губами в мою шею, вызывая табун мурашек по всему телу.

— Не надо. Пожалуйста.

— Почему? — Спрашивает между делом, пробираясь пальцами в самое сокровенное. Нет, я не дам ему продолжить. Только не так, только не с ним… Гигантскими усилиями пытаюсь собраться.

— Я, я не могу.

— Почему? — Не унимается.

Надо сказать. Это его приземлит и отобьет желание. Я же ничего не умею. А он такой мужчина! Да перед ним наверняка штабелями ложатся опытные, красивые, сексуальные.

А насчет меня он снова ошибся. Быстро выводы сделал. Нифига он не разбирается в людях.

— Потому что я девственница. — Говорю, снова поднимаясь на дрожащие руки и смотря ему в глаза.

Его хватка слабеет, рука медленно вылазит из трусов и перебирается на попу. Сработало!

Но вот взгляд остается прежним. Кажется, еще сильнее темнеет, веки чуть прикрываются. Язык на мгновение упирается в щеку. Изучающе пробегается по мне глазами. Лицо на секунду кажется каким — то странно довольным. Меня чуть отпускает, но лишь на мгновение.

— Ты серьезно? — Говорит с хрипотцой. Я пытаюсь встать, чтобы прекратить это безумие, но он сильно сжимает пальцами попу, заставляя сидеть на нем дальше.

— В этом нет ничего смешного. — Выдаю обиженно, замечая, как