Эльф. Выбор без права возврата - Mya Fox

Лиана посмотрела на девушку. Молоденькая, глупенькая, но добрая. Единственная, кто не смеялся над ней все эти годы.

— Нет, Мила. Останься здесь. Присмотри за моими книгами, ладно? Я вернусь за ними когда-нибудь.

Она сунула девушке в руку золотой и вышла, не оглядываясь.

Конюшня встретила ее знакомым запахом сена и лошадей. И тишиной.

Кэйлем сидел там же, где она оставила его ночью — на куче соломы, прислонившись спиной к стене. Штаны были застегнуты, рубаха кое-как запахнута на груди. Он поднял голову, когда она вошла, и Лиана перехватила его взгляд.

В темно-синих глазах не было сна. Он тоже не спал.

— С добрым утром, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал бодро. — Как спалось?

Он не ответил. Только смотрел на нее, и в этом взгляде было столько всего, что Лиане стало не по себе.

— Ладно, глупый вопрос, — она подошла ближе, рассматривая цепь, которой он был прикован к кольцу в стене. — Сейчас поедем. Ты как, держишься?

— Куда? — голос его был хриплым, низким, и от этого одного слова у Лианы почему-то мурашки побежали по спине.

— В мое поместье. В Вересковый Лог. Месяц пути, если повезет. Там... там никого нет. Только мы и слуги. И вереск.

Она говорила и говорила, лишь бы заполнить тишину. Потому что, когда он молчал, ей казалось, что он видит ее насквозь. Все ее страхи, все сомнения, всю ее глупую, наивную веру в то, что побег решит все проблемы.

— Я не кусаюсь, — вдруг сказал он, и в уголках его губ мелькнуло что-то похожее на усмешку. — Можешь не бояться.

— Я не боюсь, — быстро ответила она, но поняла, что краснеет. — То есть... я не тебя боюсь. Я вообще ничего не боюсь. Ну, почти.

Он смотрел на нее, и усмешка становилась шире. Совсем чуть-чуть, но Лиана заметила. И почему-то от этого стало легче.

— Сейчас придут слуги, отцепят тебя, — она кивнула на цепь. — Поведут к карете. Не сопротивляйся, ладно? Я не хочу, чтобы тебя били.

Он ничего не ответил, но кивнул. Один раз. Коротко. И Лиана выдохнула.

— Я скоро вернусь. Надо проверить, все ли готово.

Двор перед поместьем гудел, как растревоженный улей.

Слуги суетились вокруг двух карет — огромной, парадной, в которой обычно ездила мачеха с дочерьми, и маленькой дорожной кибитки, которую Лиана выбрала для себя. В кибитку грузили припасы: мешки с крупой, вяленое мясо, бочонки с водой, теплые одеяла.

Лиана стояла в стороне, кусая губы. Она хотела взять минимум слуг — только кучера и одного охранника, но мачеха настояла на сопровождении. «Для твоей же безопасности, дорогая». Лиана подозревала, что на самом деле эти слуги будут следить за ней и докладывать мачехе обо всем, но спорить не стала. Главное — уехать.

— Выходит наша путешественница! — раздался знакомый голос.

Лиана обернулась. На крыльце стояла Ингрид в утреннем халате, с идеальной укладкой (она всегда вставала раньше всех, чтобы успеть привести себя в порядок до появления слуг). Рядом с ней — Розалинда и Берта, обе с темными кругами под глазами и злыми, невыспавшимися лицами.

— Доброе утро, мачеха, — Лиана присела в легком реверансе, не сводя глаз с сестер. — Не ожидала, что вы встанете меня провожать.

— Как же мы могли пропустить такое событие? — Ингрид улыбнулась своей обычной ледяной улыбкой. — Наша девочка отправляется в самостоятельную жизнь. Мы все так за тебя рады.

— Правда? — Лиана посмотрела на сестер. Розалинда сверлила ее взглядом, полным ненависти. Берта прятала глаза. — Что-то не похоже.

— Розалинда просто не выспалась, — сладко пропела Ингрид. — Ночью ей не